Капкан Хранителя

Зерно сомнения, брошенное первым недовольным, подхваченное неуместно робкой чародейкой, расползлось как чумная хвороба, среди дюжины магов, глядящих на Алеонта. Только трое оказались стойки: в их лицах Алеонт читал твердое намерение мстить Стражам Вечного до конца.

— Но ведь есть рыцари-чародеи, — возразил еще кто-то. — Они могут изучать и владеть двумя школами магии без силы Разлома, и никто не препятствует им.

— Рыцари-чародеи, — с глубокой неприязнью осек Алеонт, — псы, прогнувшиеся под кнутами Стражей Вечного! Знаете, почему их единицы? Потому что ни один уважающий себя маг никогда не разделит убеждение, будто наше место под надзором у стражей! Рыцарем-чародеем мог бы стать любой, в ком достаточно таланта, но на деле ими становятся только те, кто готов вылизывать зад нашим тюремщикам! И разве я уже не доказал вам этого?! Вы все, — он провел указующим перстом по всем собравшимся, — получили здесь, от меня и Умбратиса в дар сущность, с которой ваша сила приросла. Вы открыли новые способности, которые позволили вам сегодня отомстить обидчикам! Неужели вы думаете, вас одних били или насиловали стражи, обещая, в случае жалоб, заклеймить поглощенными!

— Но теперь мы в самом деле поглощенные! — не выдержал самый первый из недовольных.

Алеонт расстроился. Настолько, что молодой маг, который осмелился не подчиниться, вдруг застыл, где стоял. Его лицо успело исказиться в ужасе боли перед тем, как Алеонт обратил его в камень. В следующий миг Умбратис исчез с места, где был, красноватой дымкой. Перетек на новое, но не материализовался как обычно демоном, а бросился прыжком на статую. Острые когти — длиной с ладонь каждый — вонзились в колдуна. С силой демон дернул руками в стороны — и вслед за движением в воздух полетела кроваво-красная каменная крошка.

Алеонт обвел собравшихся блестящими глазами, и от скуки в его взгляде сердца магов примерзли к ребрам.

— Только я один среди всех знаю, как открыть портал наружу. Вам придется следовать за мной, если хотите выбраться. Следовать и делать, что я говорю.

— Что именно? — тут же оживился один из тех, кто не дрогнул и разделял намерения Алеонта с самого начала. Лео встретился с колдуном взглядом и кивнул: так держать!

— Сперва дождемся, когда пламя вокруг цитадели уляжется, и люди Диенара уберутся. Потом вернемся назад, выйдем наружу. Август наверняка отвел тех, кого удалось спасти, в крепость неподалеку. Ему потребуется несколько дней, чтобы выходить раненых и сообщить в столицу, это даст нам фору. Мы измажемся в грязи и пойдем к нему, к Айонасу. Скажем, что спаслись из огня, и очень, очень хотим вернуться в Цитадель Тайн. Только теперь в северную. Потому что два десятка братьев и сестер в нашем — это слишком мало, не так ли, Умбратис? — оглянулся Алеонт на демона. — Нам нужно больше.

Умбратис согласно качнул головой с шипастым гребнем.

— Намного больше, — подтвердил он.

— И во второй Цитадели, мы найдем соратников.

Умбратис с легким вопросом улыбнулся, и Алеонт, поняв, что час настал, сказал:

— Идем.

Молодой маг вытянул к демону руку, тот поплыл вперед. Его четкие очертания будто бы физической формы смягчились, он весь стал плавучим, как хмарь вокруг. Подобравшись к Алеонту, Умбратис протянул нараспев:

— Лео, Лео, Лео, — опять оскалился и нырнул в тело мага, исчезнув там.

Алеонт почувствовал, как его сотрясло. Что-то тугое наполняло его, словно пролезая под кожу. Маг качнулся вперед — внутреннее давление со стороны сопатки было особенно сильным. Потом шатнулся назад, отбросив голову и развернув плечи. Капюшон колдовской мантии спал. Почувствовав головокружение, Алеонт схватился за черные коротко остриженные волосы. Ничего, успокоил он себя. Умбратис предупреждал, что так будет, это быстро пройдет.

Умбратис не соврал. Через несколько секунд все закончилось. Алеонт привел сюда, за Разлом, больше тридцати человек, отдав их сущностям и духам, которых поработил или убедил Умбратис. И только теперь молодой мужчина сам полноценно принял дар, что прежде вручил остальным.

«Ну что ж, теперь наша сделка действительна» — услышал Алеонт голос демона изнутри себя. Он вскинул взгляд, с некоторой опаской посмотрев на остальных. Нет, никто другой Умбратиса не слышал, только он сам. Алеонт хмыкнул. Насколько он помнил, те трое, кто не стал с ним спорить здесь, в Разломе — чародеи достаточной силы. Им, подбирая демонов, Умбратис выбрал кого-то сродни себе — с волей, телом, голосом, властью. Остальным достались сущности полета пониже — безгласные, потерянные души, не оказывавшие никакого другого влияния на новых владельцев, кроме прямого усиления их способностей. Так, как если бы любое из применяемых ими заклятий колдовали одновременно два чародея.

— Идем, — повторил Алеонт. Он снова пробежался взглядом по лицам магов. Неуверенность, робость, сомнение. И лишь несколько выглядели довольными. По их ответным взглядам Алеонт понял, что эти маги тоже ощущают и осознают разницу между ними и теми, кто слишком слаб.

Глава 2

Айонас не спешил покидать крепость, где расположил спасенных из Цитадели Тайн стражей. Более того, спустя пару дней сюда явились бежавшие из цитадели маги. Всего несколько человек, но встретили их враждебно. Айонас велел держать магов и стражей подальше друг от друга до тех пор, пока не прибудет гонец от короля с каким-то решением.

Тайерар, однако, считал, что изоляции магов явно недостаточно. Он почти с яростью кидался на вновь прибывших, настаивая, что они перебьют и тут всех тоже. Айонасу не осталось выбора, кроме как снова запереть капитана стражей за решеткой до лучших времен. Видеть агрессию, застящую Тайерару здравомыслие, было для него равно удивительно и больно. Тай отличный парень, если подумать, и пережил ненамного меньше дерьма, чем сам Айонас. То, что он увидел в Цитадели Тайн, похоже, обескуражило и потрясло его. Диенару оставалось надеяться, что со временем Тайерар придет в себя. А пока стоит ждать, ведь и сам Айонас несколько растерялся: Цитадель Тайн стояла на землях его клана столетиями, и то, что сейчас её не стало, означало серьезные перемены.

Того же мнения — о переменах и о Тайераре — держался и страж-коммандер Хаген.

Клан Стабальт, на чьих землях располагалась вторая Цитадель Тайн в Даэрдине, прислал ответ даже вперед короля, хотя путь до него занимал заметно больше времени, чем до столицы. Встречая прибывших на крыльце крепости, Айонас улыбался с глубоким, искренним радушием и млел от внутреннего удовольствия. Не следовало сомневаться или ждать чего-то иного: Альфстанна Стабальт не только прислала в помощь людей, включая самого стража-коммандера северной Цитадели Хагена, но и личные заверения в поддержке. Хаген привез двадцать человек — и магов, и стражей, — чтобы помочь Айонасу разобраться в происходящем. Взяв письмо от Альфстанны, Айонас не сдержался и открыл прямо здесь. Текст был кратким и не особенно душевным, но Айонас видел, что Альфстанна написала его собственной рукой. Это уже кое-что значило.

«Август! Я сожалею о потере, которую понес клан Диенар и весь Даэрдин. Я готова помочь всем, что мне доступно, но пока не совсем понимаю, как лучше действовать. Направляю к Вам Хагена и несколько человек с обеих сторон конфликта. Уверена, Хаген не выберет абы кого и возьмет только твердо проверенных магов. Надеюсь, его содействие и светлая голова помогут решить ближайший вопрос: что делать. Помните, что покуда в нашей Цитадели все тихо, её двери открыты для всех, кто пострадал при мятеже чародеев у Вас.

Сообщите, какое решение примет впоследствии король. Я также буду рада узнать о Вашем благополучии.

Владетельная августа Стабальт»

Хаген — смуглый, въедливый, с паутиной морщин вокруг темных глаз, которая за последние годы стала до того густой, словно её сплел старый маститый паук — не без причин прослыл в Даэрдине человеком крутого нрава. Однако даже он, глядя на эмоции в лице августа Диенара, когда тот читал письмо, сменил вросшую в его суть подозрительность на добрую усмешку.