Каратель

Игнорируя камеру, я присел на одно колено, приложил ладонь к брусчатке и врубил ретроскоп. Те, кто за мной наблюдал, прекрасно понимали, что я делаю. Наглость несусветная. Вот только мне — можно.

Камни отбросили меня в прошлое на несколько недель.

Я быстро прокручивал события, это выглядело как ускоренная перемотка на видеомагнитофоне. Внутри меня разворачивалась вереница дней, снаружи тикали жалкие секунды. Вот такая теория относительности. Так, а вот и Зубр… Приближается к парадному входу. Фиксирую в памяти дату и время.

— Чем могу служить, господин инквизитор?

Голос из встроенного в стену динамика оторвал меня от киносеанса.

Выпрямляюсь, натягиваю на лицо добродушное выражение.

— У меня назначено.

Динамик поскрипел, пошуршал и выдал:

— Брат Ростислав?

— Он самый.

— Проходите, пожалуйста.

Замок щёлкнул.

Я поднялся по ступенькам, толкнул дверь и оказался внутри просторного холла трапециевидной формы. Полотно за моей спиной закрылось автоматически — видимо, дверь оснастили современными доводчиками. Удивительно, но ребята не вкладывались в каббалистические преграды, хотя могли. Взносы за постоянное членство в клубе я бы назвал астрономическими. Не для меня, но суммы, с которыми аристо готовы расстаться ради конфиденциальности, впечатляют.

Холл воплощал все представления смертных о респектабельности, высоком классе и уровне, которому должны соответствовать дворянские клубы. Отделка дорогими породами древесины, мягкое освещение, не режущее глаз, классический интерьер. Кожаные кресла и диваны, разверстая пасть камина, чучело неизвестного разломного зверя, оскалившегося клыками в палец длиной… Картина на стене, изображающая штурм средневекового замка. Огромное полотно, на котором баталия была выписана в мельчайших подробностях. Журнальный столик, высокое окно, выходящее в переулок. И ни малейшего намёка на телевизор. Звукоизоляция, кстати, была настолько мощная, что я почувствовал себя на борту подводной лодки.

Ко мне приблизился человек в безликом сером костюме и маске Совы.

— Господин инквизитор, моё почтение.

Я ослабил доспех, который противостоял зимней стуже, но полностью его снимать не стал. Мало ли что. От Бронислава я получил довольно широкие полномочия с одной лишь оговоркой — не превращать местный персонал в недвижимость. То есть, в трупы.

— Доброе утро, — поздоровался я.

— Вас уже ждут, — слегка поклонился дворецкий, или кто он там у них. — Но сперва я бы хотел предложить вам перчатки и маску.

Я бросил мимолётный взгляд на поднос, который держал в руках дворецкий. Там лежали белые лайковые перчатки и маска Оленя. Интересно, это такой намёк, или всем новичкам без ВИП-статуса Оленей раздают?

Медленно качают головой:

— Боюсь, мне придётся отказаться от вашего предложения.

— Боюсь, это не предложение, — в голосе дворецкого зазвенел металл. — Таковы правила нашего клуба.

— Вы в своём уме? — я смерил собеседника надменным взглядом. — Меня ваши правила не касаются.

— Тогда нам придётся…

— Отменить встречу? — на моём лице появилась очень нехорошая улыбка. — Нет, вы не можете этого сделать. И остановить меня тоже будет проблематично.

— Угроза? — искренне удивился дворецкий.

— Предупреждение.

Дворецкий на несколько секунд завис. Когда он повернул голову, я увидел, что в ухе моего собеседника прячется миниатюрный микрофон. Ах, да. Вы же глушите телепатические передачи помехами.

— Разрешение получено, — наконец выдал дворецкий. — Следуйте за мной.

Мы поднялись по лестнице на второй этаж и оказались на стыке двух коридоров. Повернули направо. Прошли мимо атриума, занимавшего два этажа и отгороженного от нас мраморной балюстрадой. Крыша здесь представляла изогнутый прозрачный купол, сквозь который лился яркий солнечный свет. Внизу я заметил нескольких аристократов, вальяжно развалившихся в креслах с газетами и книгами в руках. Все члены клуба носили маски, но с такого расстояния я не мог идентифицировать животных.

Зверинец какой-то…

Ковровая дорожка заглушала шаги.

Мы прошли в западное крыло здания и остановились перед массивной дверью, которая сплошь состояла из геометрических линий и Знаков. На двери висела медная табличка:

ПРЕДСЕДАТЕЛЬ

— Вас ждут, — холодно произнёс дворецкий.

И, не говоря больше ни слова, двинулся в обратном направлении.

Открыв дверь, я вошёл в кабинет.

Первое, что бросилось в глаза, — это человек в уже знакомой маске Совы, восседавший в кресле с высокой спинкой за массивной столешницей. Человек не двигался и молчал, его руки лежали на краю стола. Едва входная дверь затворилась, из пола начали выдвигаться тёмно-коричневые ростки. Или ветви, я так и не понял, что это за хрень. Ростки свивались, формируя каркас, быстро расширялись, увеличивая детализацию…

И вот уже передо мной стояло удобное кресло с изогнутой спинкой.

Кресло, выращенное председателем прямо из паркета.

— Присаживайтесь, брат Ростислав, — донёсся до моего слуха отстранённый голос. — У меня есть немного времени, и я готов ответить на ваши вопросы.

Глава 14

Академия Таска

Личные покои Лориана Торна

После разговора с Гримауном, патриарх занялся подготовкой своего путешествия в Чертоги Ушедших. Ему попросту не оставили выбора. Живой Хаос — неприятная и очень опасная тварь, но гораздо хуже те, кто спустил этого зверя с поводка. И если они вернулись, Торн должен об этом узнать. Потому что опасность грозит не только миру, в котором переродился Гримаун, но и всей многомерной вселенной.

Настал день, когда все вязи были начитаны, артефакты установлены в нужных местах, а сам Торн подготовился к странствию, максимально расширив свои каналы. Сотни тысяч лет прошли с тех пор, как боги решили устраниться от дел, оставив после себя наместника. Того, кто провинился и вынужден был понести справедливое наказание. Да, патриарх Академии был богом, но павшим, лишённым части своих сил и отправленным в ссылку. Именно ему было поручено создать Академию, отыскать далёких потомков богов и земных женщин, а также обучить магии тех, кто проявлял к этому склонность. А всё потому, что демоны могли навредить смертным.

Торн намеревался воспользоваться Тропой Вечных, чтобы встретиться со своими и получить ответы на вопросы. Встав в центре пустой комнаты, он раскинул руки, призвал потоки эфира и влил их в отложенные заклинания, которые ждали своего часа. Вспыхнули ярко-голубые линии на полу, очертились широкие дуги, сформировался круг, пробились радиальные прямые, а потом начали проступать символы, более древние, чем само человечество. Артефакты, размещённые по углам комнаты, загрохотали, изменили конфигурацию, выдвинули из себя дополнительные блоки и влились в общую структуру.