Каратель

Я протянул наставнику колпачок от термоса, наполненный горячим чаем. Холод стоял собачий, и Бронислав с благодарностью принял подношение.

— Развлекаюсь как могу. Чем ещё заняться в этом медвежьем углу?

— Охотой на медведей, — хмыкнул Бронислав.

— Что подвернулось, — я печально вздохнул.

— Ладно, хватит паясничать. Меня толком не ввели в курс дела. Что это за хрень?

— Сам не видишь? — мне нравилось наблюдать за реакцией собеседника. — Неправильный полесский медведь. Пришёл за мёдом и набросился на мой броневик. Перепутал с ульем.

Бронислав заржал и чуть не подавился чаем.

Я решил всё же не тянуть кота за причиндалы и вкратце поведал о том, что случилось. Не забыв упомянуть про личное погружение в режиме ретроскопа.

— Мы об одном и том же подумали? — спросил Бронислав, допивая чай.

Пожимаю плечами:

— Те самые ублюдки, на которых работал Адельберг.

Учитель кивнул.

— Доказать мы ничего не можем, Рост. Пока. Но знаешь, как я это вижу? Кто-то серьёзный из Дома Рыси за всем этим стоит. Не может такая дичь происходить в губернии без ведома клана. Ты хоть представляешь, какие бабки вбуханы в секретные лаборатории, Мобильные Крепости, разломных охотников и доставку всей этой мерзости на Землю? В биологические и каббалистические исследования?

— Не представляю, — честно признался я. — Но есть ещё одна интересная деталь.

— Какая? — заинтересовался каратель.

— В этом звере нет разломных воспоминаний. Он родился и вырос на Земле.

Повисло гробовое молчание.

— Уверен? — переспросил Бронислав.

— А то. Как ты сам себе представляешь адаптацию такой твари? Может, он и воздухом нашим дышать не умел. Или умер бы от земных бактерий. Нет, его вывели искусственно. Этот хищник не помнит Пустошь. Возможно, это не второе и даже не третье поколение. А ведь ты понимаешь, чтобы вымахала такая дура, нужно несколько лет. Законы биологии плюс-минус везде одинаковы. За редким исключением.

— Хочешь сказать… — до Бронислава начал доходить смысл сказанного. — Что в этих лабораториях выводят монстров десятилетиями?

— Возможно. И всё это — под носом у консистории.

Бронислав хмыкнул:

— Тогда поздравляю. Тебя записали в личные враги.

— Почему меня?

— Ну, не ко мне же в кабинет этого мутанта забросили. Ты у нас теперь любимчик кураторов Адельберга, мир его праху.

Настала моя очередь хмуриться.

Я сражаюсь с монстрами в Пустоши и Разломах, но встретить одного из них под стенами собственной усадьбы… приятного в этом мало.

Один из наших кинетиков аккуратно поднял останки зверя, переместил по воздуху к саркофагу и упаковал внутрь. Сразу после этого инквизиторы в коричневых и пурпурных сутанах забегали, засуетились, начали собирать образцы в пробирки, делать какие-то соскобы, проверять местность неизвестными приборами… Кто-то забрал отсечённую лапу, несколько человек направились вдоль озера к броневику и растерзанным псам.

— Думаешь, есть крыса? — задал я риторический вопрос.

— Она всегда есть, Рост. Уж поверь моему опыту. В последние годы у меня серьёзные проблемы с доверием. Не только коллегам, а вообще всем.

Глава 10

В Пустоши снега нет.

И это меня несказанно радует.

Можно сказать, я отправился на истребление инфернальных тварей, как на курорт. Жаль только, в море не искупаешься и на полуобнажённых девочек не посмотришь! Хотя, слышал я байки от опытных экспедиторов, которые уверяли, что за пределами Фронтира моря есть. И кое-кто даже ухитрился там поплавать… прежде чем его сожрали подводные обитатели. А всё потому, что некоторые Разломы открываются прямо в глубину, и оттуда выползает такое непотребство, что даже наваленному золотой пылью нарику не снилось.

Короче, нет у меня желания омывать стопы в морях Пустоши.

Вторжение неведомой зверушки в мою усадьбу, как и следовало ожидать, взял на себя Бронислав. Сказал, что будет сам понемногу рыть, а я могу взяться за «геноцид инопланетных монстров». Что ж, я такое люблю, но перед своим отбытием пришлось организовать усиленную оборону не только своего дома, но и всех подконтрольных мне родовых земель. Гвардейцы доставили в усадьбу с десяток злобных переделанных псов, приученных носить на себе броневые пластины. А ещё этих мутантов снабдили острыми шипами на голове и какими-то хитрыми накладками на лапах, здорово смахивающими на кастеты с выдвижными лезвиями. Я спросил у Бронислава, в чём разница между этими зверушками и тем отмороженным медведем, что хранится в биоконтейнере отдела экспертизы. На что получил вполне конкретный ответ: псы ЧВК соответствуют неким «нормам» и не умеют пользоваться энергией ки. Все эти животины лицензированы, их родословные утверждены «где надо». Дальше я вникать не стал.

Сложнее всего было создавать иллюзию, что я куда-то уехал, а не спустился в подвал и исчез с концами. Я не хотел, чтобы Карина и остальные непосвящённые были в курсе моих похождений. Так что пришлось сделать вид, что улетаю на «Соколе» через лес, сбросить высоту до пары метров, свернуть к внешнему спуску в катакомбы, припрятать аэрокар с помощью одной хитрой вязи и спуститься к Вратам через тоннель, по которому обычно ездят грузовики.

Пока я колесил по окрестностям рудника, забираясь всё дальше со своей бригадой, Бьёрг наращивала оборону. На базу просачивались големы, матёрые наёмники из разных уголков планеты и первые мехи, упакованные в металлические контейнеры без маркировки. Валькирия регулярно устраивала учебные тревоги, отрабатывала со своими бойцами молниеносное развёртывание сил в тоннелях, у ворот и на гребне кальдеры, перебрасывала отдельные отряды по степи в условные точки, где мог появиться воображаемый противник. Зенитчики тоже устраивали учения, поскольку Крепость Нарышкина могла нести на себе летающие машины.

Я наблюдал за укреплением своего рудника с удовольствием, но понимал, что не собираюсь доводить до штурма или многонедельной осады. Скорее всего, мне придётся проникнуть на борт вражеской Крепости и перебить всех, кто в ней находится. Это гораздо проще, чем ремонтировать груду металлолома и кусать себя за локти. Есть у меня, знаете ли, чудесный план. Обзавестись собственной Мобильной Крепостью, выйти на торговцев оружием и больше не зависеть от поставок Перевозчика. Мужик он классный, но я во всём люблю основательность. Четвёртый Железный Принцип гласит: никогда не расслабляйся.

Потянулись развесёлые дни в Пустоши.

Фронтир, он тем и примечателен, что не обязательно искать приключения на пятую точку, шастая по Разломам. Область, в которой мои героические предки захватили рудник, была необитаемой. То есть, в радиусе нескольких сотен, если не тысяч километров напрочь отсутствовали человеческие поселения. Даже аванпосты вездесущих азиатов и Наска не транслировали в эфир свои передачи. И твари, как несложно догадаться, размножались бесконтрольно. Дело в том, что не всем зверушкам нравится сидеть внутри Разломов, многие хотят резвиться на бескрайних равнинах и жрать всё, что попадётся под горячую лапу. Кормовая база в Разломах заканчивается быстро, ведь карманы ограничены в пространстве. Так что экспансия хищников, если вдуматься, предопределена самой природой. И если колоссы наподобие туннельщиков попадаются в Пустоши крайне редко, то другой гадости тут завались. Пока мы с Семёном, Василисой и Колей гоняли по диким территориям, нанося разные интересные штуки на карту, на нас то и дело охотились всевозможные… особи.

В первый же день рейда мы столкнулись со здоровенной стаей собакров, которых я зачистил за полтора часа — не без помощи котоморфа. В теории могли бы и пострелять псинок, не вылезая из броневика, но боеприпасы дорогие, а энергии у меня бесконечное количество. Правда, в этот раз на драку напросилась Василиса — девушке позарез хотелось размяться и получить больше опыта в стычках с монстрами. Я за ней присматривал, но девчонка оказалась не промах и орудовала мечом будь здоров. Кроме того, Василиса была прыгуном и быстро телепортировалась, сбивая хищников с толку.