Каратель

А потом мне было не до дистанционных атак.

Собакры непредсказуемо быстро оказались рядом, и мы с котоморфом вступили в драку.

Вжух перестроился, приняв облик одного из медведюков, только мелкого и более шустрого. Я применил Дорогу Ярости — весьма эффективную технику, позволяющую биться в толпе врагов. По сути, увеличение стихийного и физического урона в сочетании с запредельной скоростью. Работает только на усилении, тянет много ки и не рекомендуется в сочетании с пассивными вязями.

На несколько секунд я превратился в размытый пламенеющий вихрь, раздающий удары направо и налево. Я не уклонялся, не блокировал, просто бил. Мечом и левой рукой, сжав кулак и напитав его огненной стихией. Меч Разрубал пластины собакров, а самих тварей превращал в груды дымящихся угольков и пепел. Кулак прожигал в монстрах огромные дыры, отрывал головы, сворачивал челюсти и усеивал асфальт тлеющими ошмётками. При хорошем замахе я отшвыривал зверей, которые уже не поднимались.

И всё это время моя аура поглощала энергию погибших душ.

Быстро разобравшись с собакрами, я переключил своё внимание на ящеров, которые уже неслись вперёд, огибая замороженных медведюков. Последних отправился добивать Вжух. Я же встретил шипованных когтистых тварей огненным шквалом, после чего вновь запустил Дорогу Ярости и отправился на пир воронов. Ящерицы оказались неспособными что-либо генерировать под воздействием холода, и я просто выкашивал их пачками. Тем временем, Вжух методично расправлялся с застывшими во льду медведюками.

Когда стало ясно, что перевес на нашей стороне, в голове прозвучал голос отца Бронислава:

Работаем. Асаби, двигай вон к тому зданию. Въезжаем через стену. Дина, прыгай на позицию. Клавдий, снеси уже к хренам собачьим эту вышку!

Одновременно начали происходить весёлые вещи.

Слева от меня проехало нечто невидимое — я отметил лёгкие искажения пространства, но в целом, если бы не звук мотора… А потом в лесу обрушилась пулемётная вышка. Выглядело всё так, словно её смяло невидимыми руками, но я-то понимал, что происходит. Дина просто вырвала опорные столбы усилием воли. Раздался жуткий грохот, а ещё через несколько секунд броневик врезался в стену ближайшего здания, проломив внушительных размеров дыру. Проём заволокло цементной пылью. Асаби тут же сдала назад, расширяя пролом. Затем — вперёд, продвинувшись в обширное, тускло освещённое помещение.

Мы организовали штурм в дневное время, поскольку не хотели воевать в темноте на чужой территории. В таких условиях хищники и местная гвардия всегда имеют преимущество.

В голове раздался рык Бронислава:

Погнали!

И тут же прилетело сообщение от Айминь:

Крыша зачищена.

Взмахнув мечом, я развалил надвое очередного медведюка. Тварь разлетелась на тысячу осколков. Вжух раскроил череп излишне резвому собакру, и мы осознали, что враги закончились.

Рост, гони ко второму корпусу. Там как-то шумно.

Я уже и сам слышал грохот вертолётный лопастей. Пришлось оторвать Вжуха от пожирания чьих-то останков, заставить перестроиться и взлететь повыше. Приняв обличье морозного птерха, питомец сделал круг над лесом.

Со стороны первого корпуса слышались звуки выстрелов, грохот взрывающихся гранат и чьи-то истошные вопли. Я видел, как вылетают стёкла в комнатах, где побывал Бронислав.

Бегу ко второму корпусу.

Пули свистят, врезаются в доспех, но это меня не останавливает. Даже не задерживает. Выбрасываю перед собой воздушный щит, вздымая снежный вихрь и мешая засевшим в здании врагам прицелиться. Так, на всякий случай. Вдруг у этих упырей что-то каббалистическое завалялось…

Вжух присылает первые образы.

Здоровенный холм, который высился за вторым корпусом, развалился на две части. Щель расширилась, и стало понятно, что это половинки заснеженного ангара, которые под воздействием сервоприводов опускаются вниз. Моему взгляду открылась вертолётная площадка, на которой уже вращал лопастями двухместный коптёр. Значит, кто-то важный собирается отсюда слинять под шумок.

Я перекинул картинки Валерию.

В голове прозвучал голос Бронислава:

Рост, делай что хочешь, но останови этих уродов. Мы зачищаем первый корпус, можем не успеть.

Понял. Принял.

Ускоряюсь на усилении. Ныряю в огненный сгусток, который отправляет мне навстречу местный пирокинетик. Доспех всё держит, я же запускаю под первый этаж здания «мясорубку». Часть стены проседает и обрушивается, я вижу человеческие фигурки. Отправляю туда огненный шквал.

Вжух, дружище, разберись с этой машинкой.

Посылаю котоморфу образ вертолёта.

Честно говоря, наше вторжение больше напоминает карательную экспедицию, чем осмотр места преступления. Если здесь останутся живые свидетели, я сильно удивлюсь. Разве что тот недоносок, который сейчас выбегает со стороны чёрного хода второго корпуса и несётся к рокочущей вертушке.

Пора делать ставки.

Кто быстрее.

В мой доспех врезалась особо хитрозаточенная пуля, слегка его просадив. Стреляли с крыши, и я отправил туда концентрат с приличным запасом электричества. Когда шарик с треском разорвался, от снайпера остались только обугленные кости.

Котоморф продолжал транслировать вести с полей.

Парень, бежавший к вертолёту, таки успел заскочить в кабину, и пилот оторвал коптёр от земли. Винты подняли тучу снежной пыли, но такие мелочи Вжуха никогда не останавливали. Не успела машина набрать высоту, как моя птичка врезалась в дно аппарата, вынудив его качнуться. Подъём закончился, а перепуганный пилот едва не потерял управление. Ну, это я предполагаю, что мужик перепуган. Новые ракурсы не особо впечатляли — погнутое дно и размытый круг на фоне голубого неба.

В голове ожил Бронислав:

Дина, прыгай во второй корпус. Олаф, выруби этого грёбаного пироса!

Вертолёт уже поднялся над крышами зданий, и я увидел, как полиморф, вцепившийся в него когтями, превращается в нечто невообразимое.

Я отдал приказ:

Пассажира доставь ко мне живым. Пилота в расход.

Вжух с моей позиции казался размытой кляксой, приставшей к вертолёту, но я понимал, что происходит. Отростки кляксы удлинялись, ползли вверх, трансформировались в нитевидные щупальца… И вот уже дверца со стороны пилота выдрана с корнем и летит вниз, а отростки выдёргивают орущего человека из кресла и вышвыривают прочь из кабины. Потерявший управление аппарат начинает выписывать кренделя над лесом, но моего питомца это не смутило. Клякса наполовину втянулась в кабину, извлекла оттуда второго человека и отвалилась, словно грязь. В полёте Вжух вновь перестроился, выдвинул из себя крылья, а щупальца превратил в лапы с когтями.