Караваль

Скарлетт посмотрела на Хулиана.

– Что такое? – спросил он.

– Кажется, я догадалась, в чем состоит последняя подсказка. Это розы.

Скарлетт вспомнила вазу с двумя цветками, стоящую рядом с коробкой с платьем. По глупости она предположила, что их послали вместе. Она не знала их значения, хотя то и дело встречала в игре, так что имело смысл предположить, что они являются частью пятой подсказки и символизируют что-то еще помимо скорбной дани уважения почившей Розе.

– Нам нужно вернуться в «Стеклянную змею» и взглянуть на розы, – объявила Скарлетт. – Возможно, к вазе прилагалась какая-нибудь записка или мы обнаружим особенные лепестки.

– Что, если твой отец перехватит нас по дороге туда?

– Мы воспользуемся подземным ходом.

Скарлетт потащила Хулиана через двор замка. На улице было довольно прохладно, но в заброшенном саду воздух казался особенно холодным. Со всех сторон их обступили похожие на скелеты растения, а унылый фонтан в центре меланхолично выводил песнь сирены.

– Не кажется мне твоя затея хорошей, – заметил Хулиан.

– С каких это пор ты сделался таким осторожным? – поддразнила Скарлет, хотя ей тоже было не по себе, и вовсе не из-за чар сада.

Она только что совершила огромную ошибку, отправившись в шляпно-галантерейную лавку, и не хотела опять сделать что-нибудь не так. Но, как справедливо заметила Айко, некоторые вещи оправдывают любую стоимость. Скарлетт не отпускало ощущение, что теперь она пытается спасти не только Теллу, но и саму себя тоже. Если прежде она особо не задумывалась об обещанном победителю призе – исполнении желания – то сейчас определенно им заинтересовалась. Выиграй она и, возможно, удастся вызволить и сестру, и себя.

Мягко высвободив руку из ладони Хулиана, Скарлетт надавила пальцем на символ Караваля внутри фонтана. Как и в прошлый раз, вода ушла, а чаша раздвинулась в стороны, явив уходящую вниз винтовую лестницу.

– Идем же! – Она приглашающе махнула ему. – Солнце взойдет в любую минуту.

Скарлетт представила себе светило, разгоняющее лучами ночную тьму и расцвечивающее небо рассветными красками. Занималась заря дня, который она изначально наметила для отплытия с острова. Несмотря на все, что случилось, она впервые порадовалась тому, что осталась, потому что теперь преисполнилась решимости не только спасти сестру, но и выиграть кое-что еще.

Поставив ногу на первую ступеньку лестницы, Скарлетт снова потянулась к руке Хулиана.

– Сдается мне, что всякий раз, стоит мне появиться, вы тут же торопитесь исчезнуть, – раздался вдруг голос губернатора Драньи, а через мгновение и сам он показался в дальнем конце неосвещенного сада. Граф, с темных волос которого на глаза капала вода, по-прежнему сопровождал его, но больше не казался взволнованным преследованием.

Схватив Хулиана за руку, Скарлетт стала поспешно спускаться по влажным ступеням в туннель. Ее отец и граф бросились в погоню. Оглянуться она не осмеливалась, но, устремляясь все ниже, слышала грохот их ботинок за спиной, то, как содрогается земля и колотится ее собственное сердце.

– Хулиан, иди впереди меня и найди рычаг. Нужно перекрыть вход в туннель, прежде чем…

Скарлетт замолчала, заметив тянущиеся к ней в золотистом свете тени, напоминающие когти – значит, отец и граф уже достигли лестницы и скоро окажутся в подземелье. Но они с Хулианом успели спуститься раньше и теперь стояли у развилки, от которой в трех разных направлениях расходились туннели: один сияющий золотистым светом, второй черный, как смоль, а третий серебристо-голубой.

Высвободив руку из надежной хватки Хулиана, она подтолкнула его к самому темному туннелю.

– Нам нужно разделиться. Спрячься там.

– Нет… – Он потянулся было к ней, но Скарлетт проворно отпрянула.

– Как же ты не понимаешь! После всего случившегося сегодня мой отец захочет тебя убить.

– Тогда не позволим ему нас поймать!

Переплетя свои пальцы с ее, Хулиан бросился в золотой туннель слева, увлекая Скарлетт за собой. Золотой цвет, исполненный надежды и волшебства, всегда был ей по душе. На долю мгновения она позволила себе поверить, что все осуществимо. Что ей удастся убежать от отца и стать хозяйкой собственной судьбы. У нее почти получилось.

Но скрыться от своего жениха не удалось. Затянутой в перчатку ладонью он схватил ее за запястье, а мгновение спустя ее голова резко откинулась назад, и ее точно огнем обожгло – это отец вцепился ей в волосы. Совместными усилиями они оторвали Скарлетт от Хулиана.

– Отпустите ее! – закричал он.

– Ни шагу больше, или хуже будет.

Губернатор Дранья одной рукой обхватил горло Скарлетт, а второй продолжал тянуть ее за волосы. Скарлетт подавила вопль, но одинокая слезинка боли все же скатилась по щеке. Из-за того, что шея ее была вывернута под неестественным углом, видеть отца она не могла, зато отчетливо представляла озлобленное выражение его лица. И ведь это только начало!

– Хулиан, – взмолилась она. – Пожалуйста, уходи отсюда!

– Я тебя не брошу.

– Ни шагу больше, – повторил губернатор Дранья. – Неужели забыл, что было, когда мы в прошлый раз играли в эту игру? Одно неверное движение – и моя драгоценная доченька заплатит.

Хулиан замер на месте.

– Так гораздо лучше, но чтобы ты не забыл…

Губернатор отпустил Скарлетт и тут же ударил ее кулаком в живот. Хватая ртом воздух, лишившись возможности видеть из-за затянувшей глаза пелены, она упала на колени. Не чувствуя ничего, кроме болезненной вибрации во всем теле и слякотной грязи на ладонях, Скарлетт попыталась встать.

В стенах туннеля эхом разносились голоса, разгневанные и напуганные. Наконец, поднявшись на ноги, она заметила, как сильно все вокруг изменилось.

– Разве нельзя было обойтись без рукоприкладства?

– Только троньте ее снова, и я…

– Похоже, молодой человек, ты так меня и не понял.

Скарлетт с трудом соотносила эти фразы с произносившими их мужчинами. На холеное лицо графа словно тень набежала, придавая ему оттенок неуверенности, когда он помогал своей невесте подняться. Напротив них – на значительном расстоянии, так что не дотянуться – стоял отец, прижимающий нож к горлу Хулиана.

– Иначе он ведь в покое тебя не оставит.

– Отец, не делайте этого, – прохрипела Скарлетт. – Я очень раскаиваюсь в том, что сбежала из дома. Но теперь я снова в ваших руках. Прошу, отпустите его.

– Но если я его отпущу, где гарантии, что впредь ты будешь вести себя подобающим образом?

– Я согласен с вашей дочерью, – сказал граф, почти защитным жестом обнимая Скарлетт рукой за талию. – Не стоит заходить слишком далеко.

– Я же не собираюсь его убивать. – Губернатор Дранья прищурился, словно разговаривал с несмышлеными детьми. – Просто преподам доченьке еще один урок, после которого ей точно не захочется снова пуститься в бегство.