Караваль

– Что такое? – удивился он.

– Мне нужно узнать кое-что о твоей сестре.

Он ощутимо напрягся.

– Я бы не стала спрашивать, не будь это важно дня поиска Теллы.

– Что ж, давай! – отозвался он мягким голосом, хотя выражение лица оставалось непроницаемым. – Спрашивай, о чем хочешь.

– Я слышала о смерти Розы из разных источников, но все они друг другу противоречат. Скажи, как она на самом деле умерла?

Хулиан глубоко вздохнул. Очевидно, эта тема была ему неприятна, но все же он ответил:

– После того как Легендо отверг ее, Роза спрыгнула с балкона и разбилась насмерть.

С балкона, а не из окна, как подслушала Скарлетт во сне. Неудивительно, что вид многочисленных балконов в самом начале игры Хулиана совсем не впечатлил. Такое жестокое напоминание о его утрате! Легендо и правда сущее чудовище! Похоже, нынешняя игра является извращенным повторением той, в которой погибла Роза, только теперь роль жертвы отводится либо самой Скарлетт, либо Телле. Но, похоже, чтобы спасти сестру, ей придется самой отважиться на решительный шаг и прыгнуть с балкона.

Держа эти соображения при себе, она пересказала Хулиану свой сон о Легендо и балконе.

– Думаю, ради последней подсказки нам придется внимательно осмотреть балконы.

Хулиан провел рукой по волосам.

– Их тут десятки, и все с разными входами. Нет ли у тебя плана получше?

– Значит, нужно немедленно приступить к поискам, – предложила Скарлетт и, не давая ему возможности возразить, поспешно продолжила: – Знаю, что выходить на улицу днем против правил, но не думаю, что Легендо их придерживается. Да и хозяйка, говоря, что мы не сможем принять участие в игре, если не вернемся на постоялый двор до окончания первой ночи, ни словом не обмолвилась обо всех последующих. – Понизив голос на случай, если кто-то из спящих на полу игроков уже проснулся и подслушивает, Скарлетт добавила: – Двери запираются для того, чтобы люди думали, будто выйти на улицу нельзя, но ведь мы можем воспользоваться подземным ходом! Если отправимся прямо сейчас, сумеем опередить графа и моего отца и, возможно, окажемся победителями.

– Наконец-то ты заговорила как истинный игрок.

Хулиан улыбнулся, но улыбка вышла плоской, как проведенная на холсте линия, и Скарлетт задалась вопросом, неужели ее бесстрашный друг боится ее отца? Или его терзает тот же страх, что и ее, – что для спасения Теллы одному из них придется отважиться на решительный шаг и совершить смертельный прыжок?

32

Крепко держа Хулиана за руку – единственную твердыню в окружающей неизвестности – Скарлетт вышла вместе с ним из туннелей. Освещенный лучами позднего послеполуденного солнца, мир выглядел иначе. Небо напоминало растекшиеся ванильные сливки с завитками масла. Глотнув воздуха, Скарлет ожидала, что и на вкус он будет как подслащенное молоко и засахаренные мечты, но на языке остался лишь привкус пыли и тумана.

– Где ты хочешь посмотреть в первую очередь? – спросил Хулиан.

Сцену Караваля по периметру обрамляли балконы. Скарлетт вытянула шею, выискивая на ближайших из них проблеск движения или чего-нибудь необычного, но пелена тумана закрывала ей обзор. От расположенных внизу торговых лавок, таких красочных в полумраке ночи, теперь остались лишь нечеткие силуэты. Замысловатые фонтаны, встречающиеся чуть не на каждом углу, больше не радовали журчанием воды, по каналам не скользили разноцветные лодки, на тротуарах не было видно ни одного прохожего. Вокруг царило окутанное молочным туманом безмолвие.

Скарлетт почувствовала себя так, словно попала в чье-то поблекшее воспоминание. Она как будто вернулась в волшебный город, давным-давно заброшенный, и ничего в нем не узнавала.

– Это место кажется совсем иным. – Она подошла поближе к Хулиану, страшась, что теперь, когда они выбрались на поверхность, их попытаются исключить из игры. К тому же странная окружающая реальность сама по себе представлялась пугающей. – Никаких балконов не видно.

– Тогда давай пока о них позабудем. Может быть, решительный шаг означает что-то другое, – предложил Хулиан. – По твоим собственным словам, прежде тебе казалось, что подсказка как-то связана с розами. Что-нибудь еще здесь напоминает тебе о том сне, в котором фигурировал Легендо?

«Легендо покинул это место», – тут же мелькнуло в голове у Скарлетт. Нигде не видно ни цилиндров, ни лепестков роз, ни оттенков цвета ярче бледно-желтого. Однако хоть глаза и не замечали ничего особенного, уши уловили нежную мелодию: едва слышную, точно отзвук далеких воспоминаний.

По мере того как Скарлетт с Хулианом продвигались вперед, мелодия набирала мощь, делалась более проникновенной. Она доносилась с единственной улицы, куда не добрался туман, – той самой, на которой стояла карусель из роз. Скарлетт вспомнила, что лепестки цветов не утратили цвета, когда окружающий мир сделался черно-белый.

Вот и сейчас карусель показалась ей ярче свежепролитой крови и куда более живой, чем когда она видела ее в последний раз. Завороженная быстрым кружением, Скарлетт не сразу заметила сидящего рядом шарманщика. Он выглядел гораздо старше большинства людей, обслуживающих Караваль, его лицо было морщинистым, обветренным и немного грустным, что отражалось и в его музыке. Он перестал играть, когда Скарлетт и Хулиан подошли ближе, но отголоски мелодии растаяли не сразу, как витающий в воздухе аромат духов.

– Сыграю еще тому, кто подаст, – сказал он, протягивая руку и выжидающе глядя на Скарлетт.

Ей давно бы следовало насторожиться оттого, что он выпрашивает монеты, ведь на Каравале они совсем не в ходу. Она повернулась к Хулиану, не желая повторять ошибку, совершенную в шляпно-галантерейной лавке.

– Тебе не кажется, что тут повсюду ощущается присутствие Легендо?

– Если это означает тревожную и пугающую атмосферу, то да, согласен. – Прищурившись, Хулиан окинул взглядом карусель из роз и краснолицего шарманщика. – Полагаешь, отсюда мы попадем на балкон, где находится твоя сестра?

– Пока не уверена, но куда-нибудь мы точно попадем.

Айко была права, предупреждая Скарлетт и Хулиана, что им не стоит заходить в шляпную лавку. Следовательно, имеет смысл предположить, что она пыталась помочь, приведя Скарлетт к этой странной карусели. Конечно, это могло быть совпадением, но теперь, оказавшись здесь, когда вокруг не было ни души, и обнаружив ожидающего их шарманщика, Скарлетт в случайности больше не верила.

– Что ж, ладно. Держите! – Хулиан выудил из кармана несколько монет.

Вспомнив слова Айко, Скарлетт добавила:

– Сыграйте нам, пожалуйста, что-нибудь ласкающее слух!

Однако звуки, полившиеся из шарманки, приятными назвать было никак нельзя. Куда больше они походили на предсмертный хрип. Карусель тем не менее начала медленно вращаться, гипнотизируя плавностью хода. Скарлетт могла бы стоять и смотреть вечно, однако во сне, как раз перед тем, как сбросить ее с балкона, Легендо предупредил, чтобы она не наблюдала, но принимала активное участие.

– Идем же!