Касиан

— Лучше я умру от голода, чем отведу вас в свой дом. Если правитель узнает, что я остался жив, всю мою семью сожгут.

Судя по всему, паренёк был настроен более, чем решительно. Денис обдумывал, как же заставить его выполнить то, что он хочет, не применяя насилие. Хотя, похоже, что бедолага предпочтёт смерть, сколь мучительна она бы не была, чем отвести чужаков к своим соплеменникам. И тут его размышления были прерваны. В лагерь прибыли разведчики, которые каждый день выезжали вперёд разведать дорогу. Они сообщили Денису, что видели большую группу пожирателей.

— Они движутся к лагерю. Ещё немного, и они будут здесь!

Не теряя ни минуты, Денис приказал готовиться к обороне. Вокруг лагеря были размещены вооруженные мужчины. Они взяли лагерь в плотное кольцо, используя для укрытия рельеф местности. Не успели все занять свои места, как из-за ближайшего каменного возвышения показались первые монстры. Денис услышал душераздирающий крик. За это время, он совсем забыл о Маугате, а тот так и остался возле шатра с припасами. Он с истошным воплем упал, стал рвать на себе волосы и царапать кожу, так что вскоре показались капельки крови. Потом он вдруг встал и, что-то бормоча себе под нос, то завывая, то понижая голос до неслышного бормотания, словно находился в каком-то трансе, побежал навстречу быстро приближающимся пожирателям.

— Куда?! Сумасшедший, а ну вернись!

Но тот продолжал двигаться вперёд, совершенно не обращая внимания на крик Дениса. Чертыхнувшись, тот бросился за ним, но он был слишком далеко, когда один из пожирателей, совершив гигантский прыжок, оказался возле продолжающего бессмысленно завывать Маугата. Монстр навис над бедолагой, и тот неотрывно глядя чудовищу в глаза, рухнул перед ним на колени, в молитве сложив руки. Пожиратель потянулся к нему своими отвратительными лапами, одновременно разевая пасть. Обреченный замер. Денис, совершив невероятный рывок вперёд, оказался рядом с ним, выбросив вперёд своё оружие. Он выстрелил чудовищу прямо в разинутую пасть, и то с визгом повалилось навзничь, задрав лапы кверху и в предсмертных судорогах, беспорядочно дёргая ими. Тем временем, Денис, схватив в охапку полубесчувственного парня, побежал назад. Вокруг него летели многочисленные разряды. Это касианцы по команде Тренка открыли огонь по пожирателям, не давая тем напасть на их капитана.

В конце концов, Денис достиг своих товарищей и присоединился к ним, бесцеремонно запихав спасенного им в какую-то расщелину. Несколько часов длился беспощадный бой, но снова, как уже было в городе отеотисов, пожиратели вдруг прекратили атаку. Они, словно подчиняясь чему-то приказу, обратились в бегство. Теперь усталые касианцы смогли, наконец, передохнуть. Оглядевшись, Денис увидел Маугата, он так и сидел меж камней, и глаза его буквально вылезали на лоб. От его вида Денис невольно рассмеялся. Тот же очень медленно покинул своё укрытие и, не замечая ничего и никого, подошел к мёртвому пожирателю, лежащему ближе всех остальных. Осторожно, будто, не веря в реальность всего происходящего, притронулся к мёртвому телу и тут же отскочил от него, словно ужаленный. Несколько раз он подходил и вновь отскакивал от него, пока не поверил, что тот действительно мёртв. Потом, развернувшись, он почти бегом бросился назад к лагерю, упав в ноги Дениса.

— Ты — великий бог! Ты сумел убить пожирателя! Ты самый верховный бог!

— Эй, приятель, перестань, никакой я не бог!

Он попытался поднять паренька с земли. Того била крупная дрожь, и он, дрожащим голосом, прошептал:

— Нет, ты верховный бог. Только он способен убить пожирателей.

— Но не я один их убивал, в конце-то концов!

— Да-да, вы все верховные могущественные боги! А Маугат воровал еду у богов. Маугат достоин самой ужасной смерти. Нет прощения Маугату!

— Да хватит, никто тебя убивать не собирается. Однако я всё ещё хочу, чтобы ты отвёл меня к своим, ты это сделаешь?

— Да-да, Маугат отведёт. Теперь мою семью не станут убивать, ведь я приведу богов к правителю. Боги сумеют защитить нас!

— Ну, по крайней мере, тебя мы уж точно не дадим в обиду!

Парень с воплем снова бросился на колени и принялся кланяться. На силу Денису удалось того поднять и успокоить. К этому времени уже было далеко за полдень, и было принято решение остаться остаток дня на месте, а в путь трогаться на рассвете.

Утром, едва небо начало светлеть, он приказал трогаться в путь. Так что к тому времени, когда солнце поднялось на небосклон и начало свой привычный путь, путники уже давно были в пути. Маугат вёл их едва заметными тропами, в сердце гор. Пять дней они провели в дороге. На исходе шестого, они подошли к входу, ведущему куда-то внутрь горы. Проход был так огромен, что Денис невольно вспомнил о подгорном храме отеотисов. Здесь Маугат знаками велел всем остановиться.

— В чём дело? Разве мы уже пришли? Здесь обитает твой народ?

— Нет, ваша милость, этот проход только ведёт в наше поселение.

— Тогда почему мы остановились? Ты передумал вести нас туда?

— О нет, у меня такого и в мыслях не было. Просто вход в наше поселение охраняют орексы, и, если не обработать кожу соком ватааха, они накидываются на всякого, кто посмеет сюда войти. Наши предки здесь спасались от злобных отеотисов. Наше убежище окружено горами, которые те не смогли перелететь, так что это единственный вход в него.

— Ладно. Ну, рассказывай, где брать этот твой сок, как его там?…

— О, об этом не беспокойтесь, ваша милость. Я сам обо всём позабочусь, а вы пока отдохните.

С этими словами, Маугат почти молниеносно исчез. Делать было нечего, и Денис решил отдать приказ о разбитии лагеря. Только когда уже наступила ночь, вернулся Маугат с огромной плетёной корзиной, доверху наполненной колючими плодами сизо-фиолетового цвета, источающие довольно-таки едкий запах. Поставив корзину в небольшое углубление между больших валунов, он устало опустился возле костра.

— Что это ты принёс?

— Это плоды дерева ватааха. Их нужно будет размять и обтереть соком всё тело очень тщательно. Только после этого можно будет ступить на запретную тропу.

— Ты говорил, что эти твари, обитающие в пещере, набрасываются на всякого, кто туда посмеет войти. А как насчёт бутанов?

— Думаю, их тоже нужно будет натереть, — произнёс Маугат и бросил в огонь какой-то странного вида камешек. Огонь на мгновение вспыхнул, и от него пошёл дым с едким запахом.

— А это ещё зачем?

— Орексы вылетают из пещеры, как только восходит луна, — с этими словами, он указал на небо, где показался из-за горизонта край ночного светила. — Этот запах отпугнёт их от этого места. Вы можете спокойно ложиться спать, ваша милость, я буду стеречь ваш сон.

— Это совсем не обязательно. Расскажи постовым, что и как нужно делать, а сам иди отдыхать.

Маугат с явной неохотой подчинился. На следующий день Денис настоял, чтобы с ним вместе за плодами пошли несколько его охотников.

— Для обработки такого количества животных и людей, плодов понадобится очень много, а нам нужно торопиться.

Юноша, попытавшись несколько раз возразить, в конце концов, сдался. Почти неделю, сменяя друг друга, касианцы собирали плоды. Деревья, на которых те росли, произрастали довольно-таки высоко в горах, в труднодоступных районах, так что на их сбор и доставку уходило немало сил.