Касиан

— Ладно, но только впредь обойдемся без поцелуев. Не хочу, чтобы меня обвинили в бесстыдстве.

— Ладно, как скажешь. Но, если ты позволишь мне высказать своё мнение. Только твоему Денису стоит чаще демонстрировать нашу близость. У него не должно появиться подозрений, что всё происходящее между нами несерьёзно, а поцелуй демонстрирует это, как нельзя лучше. Повторюсь, это видеть будет только он, для остальных мы будем придерживаться строгих рамок приличия, обещаю. Ты только подумай, как он будет злиться, видя наше сближение. Это не даст ему повода тешить себя мыслью, что ничего такого между нами не происходит.

— Ладно, я, пожалуй, соглашусь, но только с одним условием — мы прекратим всё это, при первой же моей просьбе, хорошо?

— Как скажешь. А сейчас, может, выпьем по бокалу? Скрепим, как говорится, наш договор. Ты не против, я надеюсь?

— Нет, конечно.

Они вместе пошли к дому Торона. Но, не смотря на их уговор, ее все же угнетало неприятное чувство, от мысли о том, что они собираются сделать. Она мысленно произносила вновь и вновь, словно убеждая себя:

«Я делаю это ради нас. Надеюсь, ты простишь мне этот фарс, но я не вижу иного способа спасти нашу любовь, просто не вижу».

***

— Капитан, с тобой всё нормально? Что-то ты какой-то рассеянный.

— Да, всё нормально, лучше не придумать. Так, что вы там говорили? Я немного задумался, можете повторить?

— Детеныши здешних крылатых существ не приняли пищу, которой мы пробовали их накормить. Они все погибли. По результатам моих исследований, их естественной едой является пища, которой нет в здешних территориях. Я понаблюдал за их сородичами на воле и узнал, что их родители приносят еду откуда-то из бескрайней водной глади. Так что, чтобы развести этот вид, нам придется искать пищу там и нигде более. Иначе с мыслями о разводе домашней живности можно распрощаться.

— Да, хорошо. Я подумаю, что можно будет с этим сделать. Мне тут пришло сообщение от группы пилотов. Они что-то обнаружили, обследуя границу водной преграды. Возможно, там найдется что-то, что поможет нам научиться добывать еду для детенышей.

Закончив разговор, Денис распрощался с доктором Роултом и вышел из его лаборатории. Не спеша он пошёл к своему дому, стараясь сосредоточиться на мыслях о предстоящей экспедиции. Однако вместо этого, мысли его всё время возвращались к Алис и Торону. Уж очень часто он стал видеть их вместе, при этом. нередко он заставал их за тем, что они или обнимались, или целовались. От этих мыслей он чувствовал, как закипает его кровь, но он всеми силами старался подавить в себе это чувство, словно заклинание, повторяя:

«Я верю Алис. Она верна мне, а остальное просто глупость».

Он старался внушить себе эти мысли, но это слабо помогало. Незаметно, он подошёл к дому. Оглянувшись, он облегчённо вздохнул. Алис и Торона не было видно, хотя, не зная почему, он был уверен, что снова в очередной раз застанет их в самый неподходящий момент. Помедлив мгновение, он вошёл в дом. Пройдя в столовую, он увидел Анит, накрывающую стол к ужину. За едой он сообщил о предстоящей экспедиции и о том, что хочет взять с собой Нейрона. Тот от радости вскочил со своего места, не обращая внимание на сердитый оклик Анит:

— Когда в путь, завтра?

— Не торопись, для начала надо подготовиться, как следует. Путь неблизкий, так что ты уж точно успеешь доесть свою еду, — произнес он, кивком указывая на его полупустую тарелку.

Подросток сел на место, но, почти давясь, продолжал возбужденно говорить:

— А бластер мне дадут?

Денис не успел ему ответить, как в разговор вмешалась Анит:

— Не слишком ли опасная игрушка?!

— Но я же уже…

Он не успел договорить, как в разговор снова вмешался Денис:

— Вот именно, что не игрушка. Так что получишь его, только если до отбытия сумеешь доказать, что готов владеть им. Думаю, сдача экзамена господину Делу вполне будет тому доказательством. У тебя примерно пятнадцать дней.

Воспитанник Анит с готовностью принял условие. Когда ужин подошёл к концу, и дети отправились спать, Анит стала горячо возражать против того, чтобы Нейрон отправился с остальными пилотами. Но Денис не собирался менять своего решения:

— Пойми, он уже немаленький. Ему пора привыкать к взрослой жизни, да и учиться дисциплине. Сама не раз ведь сетовала, что он от рук отбился. Не волнуйся, я присмотрю за ним.

— Но оружие…

— Я же сказал, только если он пройдет экзамен, а его пройти нелегко. Поверь, я его прошел только с третьего раза, учась не один микроцикл. Так что шанс у него почти равен нулю.

Хоть и с неохотой Анит сдалась, понимая, что, по большому счету, он прав. Напоследок, она все же взяла с него клятвенное обещание беречь мальчика, что тот с готовностью дал, уверив ее, что в их путешествии не будет никаких опасностей, кроме долгого пути.

Последующие дни были наполнены заботами по приготовлению к походу. У юного капитана было столько дел, что думать о поведении Алис и Торона у него просто не хватало ни сил, ни времени. Почти перед самым началом похода, Денис с немалым удивлением узнал, что Нейрон, вопреки всему, смог сдать экзамен на владение оружием, так что Денису ничего не оставалось, как выполнить свое обещание и вручить ему его собственный бластер, к большому восторгу подростка, и такому же возмущению Анит. В конце концов, она была вынуждена принять данный факт.

Наконец, все было готово, и был назначен день начала экспедиции. Прежде чем Денис покинул поселение, к нему пришла Алис. К этому времени, он уже облачился в походный костюм и заканчивал собирать свой заплечный мешок.

— Денис, мне нужно поговорить с тобой!

— Потом, Алис, мне нужно идти. До водной преграды путь неблизкий, а движущихся дорожек у нас нет. Так что поговорим, когда я вернусь.

Он открыл дверь и уже собирался шагнуть за порог, но тут услышал окрик Алис:

— Смотри, как бы не было поздно! Меня может уже не быть здесь, когда ты вернёшься!

Денис резко обернулся и встретился глазами с её. В них стояли слёзы, и читалось отчаяние. Он заколебался и уже было хотел закрыть дверь и подойти к ней, но тут услышал голос Нейрона, с нетерпением ждущего его на улице:

— Капитан, нам пора, люди уже ждут!

Поколебавшись, он обратился к девушке:

— Пожалуйста, мне нужно идти. Поговорим, когда я вернусь.

Поспешно отвернувшись, он вышел из дома. Обходя дом, он в боковом окне снова увидел лицо Алис. По её щекам текли слёзы, а в глазах застыла тоска. Выдавив из себя улыбку, он помахал ей рукой и торопливо зашагал прочь. Сердце его при этом просто разрывалось от невыносимой боли, от желания бросить всё и вернуться к ней, но чувство долга было сильнее. Поэтому, загнав боль поглубже, он с усилием заставил себя сосредоточиться на том, что его ждало впереди. На краю города его и Нейрона ждала группа пилотов, ставших теперь охотниками. Они должны были сопровождать капитана туда, где один из них обнаружил очень странное, на его взгляд, место.

После его ухода, Алис бегом вернулась в свой дом и почти полдня проплакала, уткнувшись лицом в подушку. Когда она, наконец, успокоилась, ей на ум пришли одни из последних слов деда:

«Алис, вы слишком разные, и твоё упрямство не принесёт тебе счастья».

Сейчас, лёжа на кровати и глядя в потолок, она была на грани того, чтобы согласиться с ним, но упрямство снова взяло верх. Глянув на часы, она поняла, что опаздывает на встречу, назначенной ей Тороном. Сегодня он пригласил её на представление, устраиваемое группой артистов в их новом театре. Решительно встав с постели, она стала собираться. Опоздав примерно на полчаса, она встретилась с Тороном, изнывающим к тому времени от нетерпения.