Катарсис

Ходячая машинка по вылизыванию до блеска анального кольца босса. Я пошёл за ним, но смотрел исключительно в пол, обдумывая возможный поворот нашей беседы: что он мне сейчас скажет, как оправдать свои слова и стоит ли стоять на том, что мысли были мои. Странно, что у нашего шефа так мало женщин в окружении, может, он действительно любитель помесить глину на заднем дворе? Главное, чтобы моё очко ему не приглянулось. Тогда зачем я шёл в направлении его кабинета? Не за порцией анальной порки ли? Ну что же, придётся выпутываться.

– Вы хотели меня видеть? – зайдя в кабинет мистера Барреля, произнёс я. Движения мои немного сковались, но я по-прежнему пытался контролировать себя.

– Да, Вик, проходи, пожалуйста, – Сэм Баррель выглядел в своём кресле, как типичный коррупционер: огромное пузо, спрятанное за столом и костюмом, лысая башка и наглоё круглое лицо, покрытое морщинами слегка сильнее, чем положено было бы в его возрасте. Правда, я не знал его возраста, да и было как-то похер.

Бля, в кабинете сидел и этот говнарь Валетти. Ладно, я не был пьян, но сказать колкое словцо смог бы в любом случае, если он только попробовал бы меня вывести, тварь такая.

– Присаживайся, – продолжил этот жирдяй.

– Это что, надолго? Мне ещё стоило бы поработать, знаете ли, – ответил я.

– Нам будет что обсудить, – сказал он.

Зависла неловкая пауза, а я начал разглядывать всё в кабинете Сэма. Тут было уютно, хотя и много лишнего говна повсюду тоже хватало: картины на стенах, будто выкраденные из музея, столы и стулья из дорогого дерева, плазма на стене, – надо же куда-то спускать деньги, заработанные нашим трудом.

– Так, мистер Мейсон, – потирая руками, продолжил жиртрест, мистер Баррель, – мы хотели бы обсудить твоё поведение на нашем банкете. На наш взгляд было неуместно говорить всё то, что вы высказали в нашем коллективе.

А Карл всё молчал, потупив взгляд в дорогущий стол. Он напялил сегодня очки, и они настолько ему не шли, что аж противно смотреть было. Что Эни нашла в этом долбоёбе? Так, я только что подумал насчёт его одежды и стиля? Кажется, Тони превращал меня в женщину.

– Я всё понимаю, – начал я, чуть, будем честны, однако, замешкавшись, – но я не вызывался говорить каких-либо слов со сцены вообще, так почему вы меня сейчас вызываете и говорите, что я сказал неправильно?

– Потому что есть рамки приличия, а говорить что угодно, даже если есть такая возможность, не представляется возможным, уж извините.

– Да? Вот как это называется? Сказать правду, которую и так все знают, значит нарушить рамки приличия. Отлично, просто замечательно.

– Ведите себя немного сдержаннее, Мейсон, – открыл, наконец, рот любимчик босса – ебучий подсос.

– Ну и, конечно же, трахать чужую жену, а затем уводить её от меня вместе с дочерью было в этих самых рамках. Вот это у нас рамки приличия в обществе.

– Вик, твою жену, вероятно, никто насильно не заставлял это делать. Верно, Карл? – заявил жирдяй.

– Точно так, мистер Баррель, – ответил тот.

– Да и вообще, не для рабочей обстановки это дело, поэтому мы хотели бы, чтобы таких выходок больше не было. Тебе всё ясно, Вик?

– Предельно ясно, – сказал я, глядя в сторону выхода. – Теперь у меня некого уводить, так что вряд ли мне будет, что ещё сказать.

– Надеюсь, мы больше не вернёмся к этому. А теперь иди, работай.

Я встал и вышел из кабинета, я вёл себя, как и просил Тони, иначе меня давно бы избивала охрана, а сам остался без работы. Но мать его, рано или поздно всё это закончится, и никто меня не удержит.

После этого инцидента я был на взводе, и боялся зацепиться взглядами с кем-то ещё в нашем офисе. Попытался абстрагироваться от всего окружающего меня персонала, дабы не набить кому-либо морду. Но тут подошла Кэтрин.

– Привет, – мило проговорила она.

– Здравствуй, Кэт, – резко ответил ей я. – Можно я побуду один, пожалуйста? Очень херовое настроение, а работать нужно.

– Ой, да, прости, пожалуйста. Я хотела лишь предложить увидеться сегодня вечером, – она потупила глаза, и я немного пожалел, что вспылил.

– Прости… ладно, напиши мне адрес на этой бумажке, я заеду за тобой, – я протянул ей листок с ручкой.

Кажется, это было грубо, но она с расстроенным видом взяла ручку и нацарапала на бумаге свой адрес. Странные существа – женщины. С ними по-хамски обходишься, а они к тебе ещё больше липнут. Ладно, вечером всё решим. Пора приниматься за дела. Что там на повестке дня?

Я написал своему знакомому-легавому Энтони Рильямсу. Как ни странно, но мы вообще с ним никогда в жизни не виделись, однако, не столь давно, каким-то чудом он где-то достал мой номер телефона, чтобы задать мне пару вопросов по своим служебным делам, и с тех пор мы с Энтони как бы на короткой ноге: он помогает мне, я помогаю ему. У него свои интересы по выполнению плана палочной системы полиции, а у меня – написание статей по проверенной информации. Так мы и стали друг другу источниками. Насколько я понимал, Энтони работал в департаменте экономических преступлений, и его очень сильно интересовали связанные с такой тематикой факты, как, впрочем, и меня.

«Вик, есть инфа, пока что не проверенная, но всё же… крч наш мэр работает с «Городом истины», толкает крэк, гаш и прочую хуйню. Доказать не смогу, но если что-то будет по похожей тематике – пиши. Засадим этого пидораса».

Да уж, засадим. Скорее пулю словим или сами загремим, Энтони. Ох уж этот наивный дурачок, видать, он совсем недавно работает.

12.2

В процессе пришлось разгребать дурацкие материалы, которые и без того у всех на слуху, да только некому написать – боятся. Так, что там: «Повышение цен на топливо приводит к митингам по всей стране». Учитывая, что цены на нефть растут, как ни странно, то бензин, по идее, должен дешеветь. Я пишу: «Судя по тому, что представители олигархии в нашей стране имеют возможность управлять ценами на основные товары, так или иначе, через те же цены на бензин, то в любом случае они будут расти. А учитывая санкционное давление наших «друзей», то наше государство всячески пытается помочь им в этом планомерном грабеже населения ввиду их колоссальных по меркам обычного гражданина потерь от ограничений. Хочется сказать спасибо нашей правящей верхушке, и явно непонятен ответ на один вопрос: «Зачем же им нужно столько денег?» Как бы это всё не вылилось во что-либо ещё», – отправляю редактору. Через пятнадцать минут он мне звонит.

– Мейсон, ты, блять, что такое пишешь?! – кричит он мне в трубку.

– Всё, что вижу, то и пишу, – небрежно отвечаю я. – Что не так?

– Нас из-за таких статей закроют к хуям, идиот! Переписывай, как нужно!

«Так как цены на бензин зависят не только от цен на покупку нефти, но и от множества других факторов, которые рассчитываются не в национальной валюте, то с ростом цены на чужую валюту в нашем государстве производства бензина становится всё дороже, поэтому, собственно, и цена на него растёт».

Отправил этот вариант. Больше этот еблан мне не звонил. Что там дальше? Местные опять записали видео укладки асфальта в дождь. Я уже пишу на автомате: «Подрядчиком по укладке асфальта в городе выступает организация «Солитьюд», владелец которой некий человек по имени Френсис Джерри, впрочем, никогда не появлявшийся на публике, и на звонки в своей приёмной лично никогда не отвечавший. Анализ телефонных номеров в офис компании делает возможным предположение о том, что организация «Солитьюд» принадлежит владельцам бара «Рохольд», то есть Джиму Картеру, небезызвестного в нашем городе благодаря слухам о созданной им преступной группировке «Чёрное крыло». Отсюда можно сделать вывод о том, что недобросовестный подрядчик укладывает в асфальт бюджетные деньги по согласию с представителями местной власти, с чего вторые имеют, судя по всему, определённый процент. И так из года в год». Прочитав этот текст, я тут же выделил и удалил всё, затем просто написал: «Вот как укладывают асфальт в нашем городе [ссылка на видео]», – и отправил редактору. И так весь день.