Катарсис
Шрифт:
9
В четверг обещал состояться званый ужин, на котором меня рады были видеть все, кроме Эни и Карла. В общем, только Ди была рада меня видеть там, но этого вполне было достаточно, чтобы завалиться туда.
Кстати, пару слов о Карле Валетти. Этот ёбаный козёл, как уже раньше упоминал, зам начальника нашего агентства, где и как они пересеклись с Эни – для меня до сих пор загадка, и что бы я делал без Тони, не скажи он мне в тот злополучный день, что они трахаются. Карл был ужасно заносчивый и претенциозный, за что его никто не любил, кроме, конечно, начальства, а морда его не сказать, что была совсем уж страшной, но всяко не лучше моей. Что Эни в нём нашла, кроме денег? Пёс его знает.
После работы я привёл себя в порядок, пытался выглядеть цивильно. Не знаю зачем, рисоваться мне там было не для кого. Разве что произвести впечатление на бывшую жену, которую
Домишко был не из бедных, большой двухэтажный особняк. Так вот куда уходят деньги, предназначенные для повышения зарплат сотрудников. Ну и кто бы мог подумать, что меня будет встречать на входе лишь Ди? Я бы мог подумать об этом, на другой исход и не рассчитывал: Эни осточертело жить со мной, а отношения с Карлом были, мягко говоря, никудышные – типичные для начальника и подчинённого. Я снял куртку, и мы с дочуркой вошли на кухню, где нас уже ждала сладкая парочка, состоящая из предательницы и мудака.
– Вик? Ты выглядишь… обалденно! – заявила эта стерва.
– Добрый вечер, Вик, – подхватил мудак, протянув мне руку.
– И вам не хворать, уважаемые, – я пожал его руку, хотя на работе мы уже виделись до этого.
– Присаживайся сюда, папуля, – наконец-то услышал голос из разряда тех, которые я хочу слышать.
Мы сидели и жевали стряпню Эни, но разговаривали исключительно по парам: я с Ди, ну и эти двое друг с дружкой. Но потом моя бывшая захотела узнать, как обстоят у меня дела, и чем я сейчас занимаюсь. Мой ответ был коротким: всё классно, бухаю и трачу деньги на себя любимого. Валетти оценил эти слова, посмеялся и сказал, что мне стоило бы найти себе новую пассию, ведь мы взрослые люди и должны понимать, что иногда такие ситуации могут случаться. Я не стал это комментировать, лишь выпил вина и продолжил общаться с Ди.
Спустя несколько минут в дверь позвонили, и Карл пошёл открыть дверь.
– Вик, ты правда изменился. Где тот самый благородный, скромный и галантный мужчина, которого я так узнавала в тебе раньше? – спросила Эни.
– Он остался в той самой жопе, где ты его оставила подыхать в одиночестве, моя дорогая.
– Прости, Вик, но ты должен войти в моё положение, – она наклонила голову над тарелкой.
– Да, да, я уже вошёл, и знаешь что? Мне плевать. Если бы не Ди, меня бы тут вообще не было.
В комнату вошёл Карл с какой-то дамой, на которую я не посмотрел, а, как оказалось потом, очень даже зря.
– Знакомься, Вик, – послышались слова Валетти, – это моя сестра…
Срань Господня, да это же…
–… Мария.
Твою же мать, это вообще было возможно?! Я боялся взглянуть ей в глаза. Я боялся заржать в голосину и стать помидором от неловкости ситуации.
– Приятно познакомиться, Вик, – Мария протянула мне руку.
– Взаимно, вы очень прелестны.
Я заметил эту саркастичную улыбку на её лице, но наш секрет останется в гробу. По крайней мере, сегодня, и это было прекрасно, иначе весь наш ужин мог потерпеть фиаско. После прихода Марии наша беседа пошла куда интенсивнее, она давала интересные темы для разговора, а между тем протянула руку к моей ноге и водила её туда-сюда. Вот тогда мне стало действительно не по себе, но никто, кажется, этого даже не заметил, что придавало ситуации большей пикантности. Но вскоре эта белокурая красотка вскочила и завопила, мол, ей пора бежать куда-то по делам. Мы попрощались с ней, проводили до выхода, где я поймал её кивок левым глазом. Мы вернулись обратно и продолжили нашу встречу, только в чуть более приятном настроении. В конце концов, наш ужин закончился на положительной ноте, я пожелал этим ребятам счастливого вечера, а Ди просто обнимала меня с растекающейся на её лице прекрасной юной улыбкой. Спасибо, киса, я был рад тебя видеть сегодня, как и в любой другой день. Но мне нужно было идти.
Меня преследовало странное ощущение, когда я возвращался домой. Подходя к квартире, я подумал: «Тут пахнет сексом». И не успел я войти в тамбур, как почувствовал женскую руку на своей груди, которая тянет меня к себе. Это была Мария, чёрт подери. Я сразу же подхватил её замечательную идею, расстегнул её куртку, разорвал блузку, под которой не было этого ебучего лифчика, как в прошлый раз. Она же расстегнула мою ширинку, упала на колени и запихнула в свою глотку мой член. О Господи, она прекрасно справлялась с ним, удовольствие было на уровне влюблённости, только не так тупо. Я почувствовал, как стремительно летит моя сперма к выходу, и взорвался прямо на её нёбо. Она проглотила всё до последней капли, открыв рот и показав, что там пусто. Нас это чертовски позабавило, смех был восторженный и слегка сумасшедший. Мы
вошли в квартиру, где я продолжил раздевать её. Затем сам принялся, скидывать с себя одежду, но в это время она пошла в душ. Мне показалось это дико нелепым, так что я не нашёл другого выхода, кроме как ворваться к ней и насиловать её там. Я поднял её, прижал к стене и посадил на себя. По нам стекала вода, я боялся потерять равновесие, но ещё больше боялся не закончить начатое. Ускоряя темп, я слышал её сладкие стоны, вот она уже на пределе, и… Да, это было прекрасно. Дай Бог здоровья таким девушкам, как Мария. Хотят трахаться – идут и трахаются без всяких разговоров. Мы вытерлись, легли в кровать и закончили вечер в объятьях друг друга. Так и уснули.10
На работе все только и трындели про завтрашний банкет. О да, наконец-то забухаем с теми людьми, которые так осточертели за все наши бездарно проёбаные годы в агентстве. Как меня все достали, не давали поработать в спокойной обстановке.
Когда очередной рабочий день закончился, меня нашёл Тони, и, хотя мы договаривались, что он предоставит выбор тряпья мне в одиночку, поехал по магазинам вместе со мной. Опять. Чувствую себя бабой. В ответ на это Тони сказал, что «лучше уж быть бабой в новых шмотках и ебаться, чем быть брутальным мужиком в трениках и подрачивать тихонечко вечером в туалете». Хм, в его словах была доля истины, он дал мне заряд на дальнейший шопинг. Мы зашли в очередной магазин мужской одежды, преимущественно деловой, где подбирали мне костюм. Как только Тони помог найти нужные варианты, к нам подошла симпатичная работница бутика.
– Вам помочь, джентльмены? – смущённо улыбаясь, проговорила она.
– Вы знаете, мой друг отлично разбирается в выборе костюмов, но никак не хочет делиться секретом, – молвил Тони с хитрейшей улыбкой на лице. – Может, вы подскажете мне, как правильно подбирать одежду? А этот зазнайка как раз сходит и примерит всё то, что набрал.
Тони ушёл с девушкой, попутно слушая её лекцию о нынешней моде, о подходящих друг к другу тонах и прочей ерунде, которую он и без того прекрасно знал. Я же тем временем зашёл в кабинку и продолжил выбирать. Через некоторое время ко мне зашёл Тони и продолжил играть роль стилиста. Прекрасно, всё пошло куда легче, и вскоре мы уже были на кассе.
– Спасибо за покупку, господа, – сказала девушка с той же улыбкой. – Счастливого вам вечера.
– Спасибо, девушка, – ответил я.
– Да, да, большое спасибо, Кейт. Я позвоню тебе на днях, – подмигнув глазом, сказал Тони. Я немного удивился, но это чувство прошло быстро.
Мы пошли дальше выбирать обувь, что заняло некоторое время, но за это самое время успели хорошенько поговорить обо всём, преимущественно о женщинах. В нём были некоторые нотки ненависти к женскому полу, причину которых я никак не мог уловить, и затмевались они огромной любовью к тем же женщинам. Но любовью физической, а не духовной. «Женщины – лишь наши игрушки для секса. Они слишком изменчивы, чтобы им отдавать своё сердце, которое они смогут скушать без майонеза, который, к слову, даже ни к чему, ведь мужские сердца такие сладкие! М-м-м… тэйсти! Поэтому даже не думай любить кого-то, мужик», – с философским видом твердил Тони. Закончив покупки, мы поехали по домам. Стоило хорошенько выспаться для того, чтобы завтра выглядеть прекрасно, но я до полуночи разговаривал с Ди, что ни чуточку меня не утомило, даже после сегодняшней ночи.
Проснулся я ближе к обеду, полон сил и с хорошим настроением, хотя и с немного обленившимися мышцами. Завтракать я не стал, банкет же, мать его, зря что ли деньги сдавали. Но от выпивки не отказался, ибо день обещал быть не только скучным, но очень даже раздражительным. Я принял на грудь и начал одеваться в новые тряпки. Хм, а я выглядел и правда неплохо, но мне показалось, что я слишком задержался у зеркала, разглядывая себя. В этом куда больше бабского, нежели в походах по магазинам. По крайней мере, мне так казалось ровно до тех пор, пока в голову не закралась мысль, что мужчины куда больше смотрят на себя в зеркало, нежели дамы. Ужас какой.
Я подъехал к ресторану и направился ко входу. Там было очень много разодетых людей, и любой проходящий прохожий мог бы подумать, что тут состоится сборище богатенькой элиты нашего городка, но это всего лишь дрянной офисный планктон, уважаемые. Зайдя внутрь, сразу захотелось блевануть: то ли от обилия парфюма, витающего в воздухе, то ли от всей этой ярмарки тщеславия. Но факт был фактом – мне тут не нравилось. Проходя по залу, здороваясь со всеми подряд (в последнее время меня почему-то стали замечать чуть чаще, чем раньше), я нашёл Тони, и вечер начал приобретать хоть какие-то краски. Мы сели и начали пить, не дожидаясь этих ёбаных пафосных тостов и прочей чепухи. Да и перекусить тоже не мешало, я хотел есть, как одинокая тридцатилетняя женщина хочет замуж.