Катраан

– Верь, во что хочешь...
– устало произнёс Корат, понимая, что бьётся о непробиваемую стену.

Он не знал, сколько продолжалась эта пытка. Несколько минут, часов, или, может они провели в этой комнате весь день? Палач раз за разом заставлял Кората верещать от боли, оставляя чудовищные ожоги на его теле, а генерал задавал одни и те же вопросы об истинных целях армии чёрных магов и о причинах появления двоих из них в Секконе.

Временами Кората посещало желание просто придумать ответ, который хочет услышать генерал. Сочинить какую-нибудь сказку, лишь бы от него отстали. Но маг понимал, что это вызовет ещё больше вопросов, а значит, только продлит его пытку. В конце концов, когда Корат в очередной раз потерял сознание, Артан убедился, что этот заключённый больше ничего не скажет.

Палач окатил мага холодной водой из ведра, приводя его в чувство, а генерал тем временем вызвал паладинов, дожидавшихся за дверью.

– Верните его в камеру, - приказал он.
– И приведите вторую.

– Не надо...
– обессиленным голосом пробормотал Корат.
– Она ничего не знает... скажет всё то же самое... Не трогайте её...

Не обращая внимания на его мольбы, заключённого дотащили до камеры и бросили на пол.

– Заключённая Рита, на выход!

Корат лежал на холодном полу, не в силах даже открыть рот, не говоря уже о том, чтобы как-то повлиять на ситуацию. Он слышал, как щёлкнула дверь соседней камеры, и несколько пар ног прошагали в сторону комнаты для допросов.

Глава 8

Время снова потеряло счёт. Корат то лежал на полу, корчась и постанывая от боли во всём теле, то проваливался в небытие, то вновь просыпался. Боль заставляла терять сознание, но в то же время не позволяла спать, заставляя заключённого раз за разом возвращаться из мира сновидений в холодную камеру и изнывающее тело. Он не помнил, когда успел забраться на нару, но сейчас он лежал именно на ней.

Маг в очередной раз отключился в тщетной попытке хоть немного поспать, когда был разбужен чьими-то шагами. Щёлкнул замок в соседней камере, и что-то со шлепком упало на пол. Сейчас паладины должны были, как обычно, закрыть дверь и уйти. Но они почему-то медлили.

– Ну что, давай разик?
– предложил один из них.

– Давай, пока не поздно. Через пару таких сеансов она уже потеряет товарный вид.

Они вошли внутрь камеры. Следующие полчаса Корат в бессильном молчании слушал доносящиеся из-за стены возню и копошение, а также сладостные стоны паладинов. Рита была не в силах ни кричать, ни сопротивляться, и лишь тихонько всхлипывала от боли. Наконец паладины закончили своё дело и ушли, заперев за собой решётку камеры.

Вскоре боль начала потихоньку утихать, позволив Корату наконец-то нормально уснуть.

Он не знал, сколько времени проспал. В камере, как и всегда, было темно, сыро и холодно. Раны на теле по прежнему ныли, но уже не так сильно. Оценив своё состояние, он тут же вспомнил, что не его одного подвергали пыткам.

– Рита...
– позвал он слабым хриплым голосом. Никто не ответил.

– Рита, - настойчивее произнёс он. Возможно, девушка тоже спала.

– Я здесь, - донёсся безжизненный голос из соседней камеры, позволив Корату вздохнуть с облегчением.

– Ты как?
– спросил он.

– Догадайся...

Магу хотелось ещё раз услышать её голос, но он не находил, о чём спросить, да и не хотел лишний раз напрягать измученную девушку. Он догадывался, с каким трудом ей сейчас удаётся говорить. Несколько минут он лежал, молча глядя в потолок.

– Ведь это конец, да?
– вдруг донёсся голос Риты.
– Второй раз чуда не произойдёт. Мы больше не наткнёмся ни на какой магический источник и не выберемся отсюда...

– Ну... Если не считать призрачного шанса того, что чёрные маги зачем-то решат напасть на Секкон, то да, на этот раз мы точно обречены.

– Второй раз я пытаюсь помочь людям... и второй раз оказываюсь за это за решёткой. Да что не так с этим миром?

– Та же история... В конечном итоге Саор оказался прав. Таким, как мы, нет места среди людей, и никакого шанса на мирную жизнь у нас не было. Всё это время мы тешили себя несбыточными надеждами. По крайней мере, ты спасла множество людей, и они всегда будут тебе за это благодарны. Мы пытались сделать этот мир чуточку лучше, пусть он этого и не понял.

Вновь настало время томительного ожидания. Стражники периодически сновали туда-сюда вдоль коридора по своим делам, в назначенные часы приносили заключённым еду, но ни генерала с допросами, ни хоть какой-то информации о грозящем им приговоре маги не получали. Прошёл день или два, может, больше, когда к ним наконец пришли.

– Эй, ведьма! К тебе посетитель.

Обращались явно к Рите. Ведомый любопытством, Корат приблизился к решётке и прислушался. Рита, уже успевшая прийти в себя после ранений, встала и подошла к посетителю.

– Анетта? Что ты тут делаешь?

Корат вспомнил имя - это была соседка, чью дочь они навещали за день по ареста.

– Пришла сказать тебе кое-что. Эмили... она умерла.

Повисло гробовое молчание. Хоть Корат и не видел, что там происходит, но мог представить себе, как побледнело лицо Риты в этот момент.

– Что... значит... умерла...
– девушка с трудом выдавливала из себя каждое слово.

– Сначала твоё лечение подействовало, пневмонию и правда как рукой сняло. Но спустя пару дней у неё пропала активность, она почти перестала выходить из своей комнаты. Потом началась лихорадка, а кожа покрылась чёрными линиями. И вот, сегодня ночью, она скончалась. Похороны будут послезавтра.

– Я... не может быть... я же её... эта магия...

– Да, зло в чистом виде, - сухо ответил стражник.
– Мы уже нашли остальных людей, которых ты обрабатывала этой порчей. Все они сейчас либо бьются в лихорадке, либо уже скончались. Вот для чего, значит, вы пришли в наш город. Чтобы разрушить его изнутри?

– Уж не знаю, намеренно ты сделала это, или нет, - продолжала Анетта, не придав значения словам стражника.
– Да и, если честно, мне уже всё равно. Просто решила, что ты должна знать. Думаю, больше мы с тобой не увидимся. Прощай.

Женщина и стражник ушли, и в камерах повисла гробовая тишина. Судя по отсутствию каких-либо звуков за стеной, Рита всё так же стояла, не в состоянии сдвинуться с места. Никакие слова сейчас не смогли бы помочь, поэтому Корат просто вернулся на койку и стал обдумывать всё, что только что услышал.

В конечном итоге, подтвердились самые худшие из его опасений. С самого начала Корат с подозрением смотрел на целительные эффекты чёрной магии, которая во все времена славилась, как самое эффективное средство умерщвления людей. Заживление ран и исцеление болезней, на голову превосходящее способности жрецов, шло вразрез с самой природой этой стихии.

В голове щёлкнуло одно из воспоминаний, и Корат поднял перед лицом свою левую руку. Это был первый случай, когда Рита использовала свои способности. Волк глубоко прогрыз руку чёрного мага, и он имел все шансы истечь кровью, не получи он экстренной медицинской помощи. Сейчас о том случае напоминал лишь тонкий шрам с почерневшими краями... а сам Корат, вопреки заявлению стражника, чувствовал себя абсолютно здоровым, хотя с момента лечения прошёл уже почти месяц. Ни лихорадка, ни другие побочные эффекты никак на нём не проявлялись.