Киро

– Твой сын, Люк, - серьезно спросил он, - знает об этом сокровище?

– Нет, - решительно ответил Гаудрин.
– Он ничего не знает.

– Это хорошо, - заявил Марр.
– Конечно, Алисии доверять можно.

– Я и ей ничего не говорил.

– Значит, никто ничего не знает, кроме профессора Бэбкока?

– Это так. Конечно...

Марр выглядел озадаченным, когда Гаудрин сделал паузу.

– Я вспомнил об Эксетере, - объяснил Гаудрин.
– Возможно, он что-то знает.

– От кого он мог узнать?

– От Бэбкока. Ты видел Бэбкока - профессора...

– Да. Глаза как у совы. Большие очки. Похож на окаменелость...

– Очень точное описание, Марр. От Бэбкока нельзя ожидать неприятностей, поэтому я доверился ему. Сокровище для него ничего не значило, его ничего не интересует, кроме кораллов. Но Эксетер собирался отправиться в круиз с Бэбкоком.

– Эксетер - англичанин?

– Нет. Он австралиец. Он прибыл в Новый Орлеан одновременно с профессором, когда "Наутилус" еще не отплыл. Эксетер прочитал известие о прибытии Бэбкока, и пришел повидаться с ним.

– Он знаком с Бэбкоком?

– Нет. Он встречался с друзьями профессора в Австралии. Бэбкоку Эксетер понравился, и он пригласил его принять участие в круизе. Но я попросил профессора отменить свое приглашение.

– Как Эксетер это воспринял?

– Спокойно. Бэбкок плохо справился, но Эксетер уловил суть и сказал, что не сможет принять участия. Он сказал, что ему, возможно, предстоит отправиться в Англию, а потому он вынужден остаться в Новом Орлеане.

– И вы пригласили его остаться здесь?

– Это сделала Алисия, ей очень нравится Эксетер, он зарекомендовал себя настоящим джентльменом, и во время своего пребывания вызвался быть нашим шофером, пока не получит известие из Лондона.

– Возможно, это был лишь повод, чтобы профессор не слишком смутился.

– Возможно. Но Алисия не отпустит молодого человека просто так. Если бы я попробовал ей объяснить ситуацию, она была бы возмущена моим предположением, будто Эксетер остался дожидаться прибытия сокровища.

– И она может оказаться права, - сказал Марр.
– Если Эксетер не вызывает подозрений и у него нет друзей в Новом Орлеане, он вряд ли строит какие-то планы относительно сокровища.

– Значит, пусть все остается так, как сейчас?
– осведомился Гаудрин.

– Ты имешь в виду Алисию и Реджинальда Эксетера?

– Да. Позволь, Дэнфорт, поздравить тебя еще раз. Завтра я улетаю в Новый Орлеан. Сообщи мне, когда прибудет "Наутилус".

– Я свяжусь с тобой раньше. На самом деле, Марр, я буду рад, если ты вернешься как можно скорее.

– Зачем?

– Что встретить яхту вместе со мной. Чтобы получить двадцать тысяч. Ты можешь совершить круиз во Флориду на "Наутилусе". Кстати, Марр, может быть, тебе угодно получить деньги в дублонах или песо?

– Прекрасно!
– воскликнул Марр.
– В таком случае, Дэнфорт, я готов принять сумму, которую ты предлагаешь.

– Готов?
– улыбнулся Гаудрин.
– Послушайте, молодой человек, вы возьмете эти деньги, даже если мне придется забить ими каюту "Наутилуса".

– Сколько ты рассчитываешь получить?
– в свою очередь улыбнулся Марр.
– Постараюсь решить наш спор.

– Возможно, два миллиона долларов, - ответил Гаудрин.
– Исходя из нынешней стоимости золота.

– В таком случае, вот мое предложение, - сказал Марр.
– Если ты выручишь более двух миллионов, я возьму деньги. Хотя они мне не нужны, Дэнфорт. Мои мексиканские рудники приносят мне больше, чем я в состоянии потратить. Но если меньше, ты оставишь эти деньги себе.

– Согласен, - улыбнулся Гаудрин.
– Мы заключили сделку относительно "Наутилуса", и ты принял мои условия. Настал мой черед принять условия сделки. Пройдемся.

Кресла отодвинулись. Бокалы звякнули о поверхность стола. Двое мужчин вышли из кабинета. В дальнем конце раздался легкий звук.

Люк Гаудрин занял позицию в коридоре, чтобы его не было заметно. Пройдя мимо кабинета, осторожно вышел в гостиную и закрыл за собой дверь. Никого не увидев, направился к крыльцу.

Там молодой человек с болезненным лицом сунул руку в карман и достал несколько долларов. Печально улыбнулся, пожал плечами. Пройдя по подъездной дорожке, остановился на улице и подождал свободное такси.

Устроившись на заднем сиденье, назвал адрес.

На губах у него появилась довольная улыбка. По-видимому, Люк Гаудрин, подобно своему отцу, с нетерпением ожидал прибытия испанского клада, благодаря которому рассчитывал поправить свои дела.

ГЛАВА VII . НА СТАРОЙ ПЛОЩАДИ

Позднее тем же вечером мужчина прогуливался возле склада Южной железной дороги, возле окончания деловой части Чэннел-стрит. Это был Трейси Лэнс. Мошенник прибыл в Новый Орлеан.

Лэнс не спеша шел по главной улице. Судя по виду, это был случайный человек, только что приехавший в Новый Орлеан. Пройдя половину квартала от вокзала, Лэнс увидел кинотеатр. Купил билет и прошел через вертушку.

Добрался до заднего ряда. Контролер показал ему место. Как только тот ушел, Лэнс встал и направился в другой конец ряда. Отсюда он мог наблюдать, как в зал проходят зрители.

В этот час посетителей было не много. Дюжина человек, вошедших за то время, пока Трейси наблюдал, были обычными зрителями. Удовлетворенный тем, что за ним никто не следит, мошенник спустился в проход, нашел дверь и вышел в переулок.

Он не вернулся на Чэннел-стрит. Вместо этого он вышел на другую улицу, шедшую параллельно каналу. Через несколько минут он оказался в Vieux Carre, знаменитом французском квартале Нового Орлеана.

Лэнс бывал здесь раньше. Он знал, где находится место, которое искал. Живописный квартал его не интересовал.

Он шел, не замечая старинных зданий с нависающими балконами. Однако на каждом перекрестке останавливался и читал названия улиц. Нашел ту, которую искал.

Свернув налево, мошенник прошел еще два квартала, остановился перед входом в каменное здание. Осторожно посмотрел по сторонам.

Затем толкнул дверь и оказался во дворе.

Наверху имелись балконы, к которым вели лестницы. Дом состоял из квартир и студий. Лэнс выбрал ближайшую лестницу и поднялся. Заглянул в открытую дверь на втором этаже. Осмотрел интерьер студии.