Киро

В другом конце большой комнаты была дверь, ведущая в жилые помещения. Лэнс заметил в студии человека. Бородатого француза, в халате художника и берете. Держа палитру на предплечье, он пользовался кистью, нанося на портрет мазки.

– Bonjour, monsieur, - поздоровался Лэнс.

Художник повернулся и посмотрел на визитера. Не узнав Лэнса, отвесил низкий поклон.

– Ah, monsieur, - ответил он, - que voulez-vous ici? Что вам угодно?

Лэнс улыбнулся и покачал головой. Он понял смысл вопроса, но его знание французского было невелико, чтобы продолжать общение на этом языке.

– Вы говорите по-английски?
– спросил он.

– Oui, monsieur.
– Француз снова поклонился, затем потворил свой вопрос по-английски: - Что вам угодно?

– Я хотел бы видеть мсье Бриллиарда.

– Ah, monsieur! Вы его видите перед собой.

– Вы - Бриллиард?

– Рауль Бриллиард.

Лэнс удивленно замолчал. Он пришел сюда, чтобы встретиться с посредником. А вместо этого обнаружил обычного художника. Стараясь выглядеть джентльменом, Трейси Лэнс постарался вспомнить все, что знал о живописи. Портрет, который заканчивал Рауль Бриллиард, выглядел очень достойно.

– Ах, мсье, - Бриллиард заметил, что Лэнс смотрит на картину.
– Вы хотите заказать портрет? Или, может быть, мсье интересуют мои работы?

– Меня зовут Трейси Лэнс, - ответил посетитель.

Француз мгновенно изменился. Бросил на Лэнса внимательный взгляд из-под густых бровей. Затем, снова перейдя на французский, быстро направился к двери и закрыл ее.

– Tres bien, monsieur. C'est un honneu... Замечательно, мсье. Это честь...

Он говорил, пока закрывал дверь; как только дверь была закрыта, он замолчал. Протягивая руку, направился к Лэнсу.

– Я ожидал вас, - усмехнулся Бриллиард, теперь он говорил по-английски и без акцента.
– Но когда вы вошли, я принял вас за богатого заказчика. Вам удалось меня обмануть.

– Не более, чем вам - меня, - ответил Лэнс. Он разглядывал агента Киро.
– Не ожидал, что встречу настоящего художника. Как вам удается найти время для работы?

– Это часть комбинации, - серьезно объяснил Бриллиард.
– Это хорошо срабатывает в Париже. Киро использует меня только для больших дел.

– Вы американец или француз?

– Наполовину. Мой отец был французом, жившим в Соединенных Штатах. Моя мать была американкой, я с детства владею обоими языками.

– Но окончательно поселились в Париже?

– Да - я изучал там живопись. Киро нашел меня и предложил участвовать в деле. Я находился в этой стране на выставке в Кливленде, у меня кончались деньги. Киро позвонил мне.

– Я был в Нью-Йорке, когда он позвал меня.

– Я знаю. Полагаю, он послал вам два сообщения.

– Наверное, первое до меня не дошло. Тем не менее, я здесь.

– Как вы прибыли?

– На южный вокзал. Я решил, что будет лучше всего дать круг. Я отправился в Питтсбург, сел там на самолет и только потом пересел на поезд.

– Вам нужны деньги?

– Нет. Как относительно инструкций?

– Сейчас вы их получите. Садитесь.

Лэнс устроился в кресле. Бриллиард присел на стоявший рядом стол. После чего, неторопливо, начал посвящать гостя во все детали дела.

– Я знаю о Киро не более вас, - начал он.
– Я никогда не встречался с ним, и действую в соответствии с его указаниями, когда их получаю. Среди его агентов много замечательных людей. Мы с вами входим в число избранных, Лэнс.

Трейси Лэнс кивнул, соглашаясь.

– Киро вездесущ, - продолжал Бриллиард.
– Когда и как он оказался в Новом Орлеане, я не знаю, но именно здесь он собирается провернуть дело, способное принести миллион. Человек по имени Дэнфорт Гаудрин - он представитель одной из самых старых семей Нового Орлеана - в качестве последнего средства заложил свою яхту. Однако, при получении денег, выговорил условие, что передаст ее после того, как яхта совершит последний рейс.

– Последнее прости?
– усмехнулся Лэнс.

– Вовсе нет, - ответил Бриллиард.
– Яхту зафрахтовал англичанин - профессор Пирсон Бэбкок, для изучения кораллов в Заливе. По всей видимости, Гаудрин поставил такое условие для того, чтобы профессор смог совершить это плавание.

– Выглядит нелепо.

– Видите ли, Лэнс. На борт "Наутилуса" было доставлено специальное снаряжение ценой в несколько тысяч долларов.

– Так называется яхта Гаудрина?

– Да. Снаряжение для подводных работ, которое должно помочь профессору в сборе образцов кораллов. Можете ли вы придумать более подходящую цель для такого обрудования?

– Разумеется. Подъем сокровищ с затонувшего корабля.

– Великолепно! Так же думает и Киро. Поэтому мы должны находиться в Новом Орлеане и быть готовыми к тому моменту, когда "Наутилус" вернется.

– Мы совершим нападение на яхту?

– В случае необходимости. Об этом позже. Наша первая цель заключается в установлении контактов с семьей Гаудрина. В качестве знакомых, разумеется. Тогда у нас будет возможность появляться у него дома.

– Превосходно. Каков план?

– Моя задача, - с улыбкой объяснил Бриллиард, - довольно проста. Как художник, я получил доступ в круг избранных и заказы на портреты. Некоторые я принял, от других отказался. Я здесь на каникулах - набираюсь сил. Вон из Парижа, вон из Франции, но...
– Он улыбнулся и пожал плечами.
– Туда, где кипит жизнь. Я выбрал Новый Орлеан. Город в Америке, напоминающий о моей любимой Франции.

– Значит, вы отказались от некоторых заказов...

– От большей части. Но даже если я решил устроить себе небольшой отдых в Новом Орлеане, то все-таки не могу отказаться от искусства. Я выбрал несколько человек, чьи портреты собираюсь нарисовать.

– Кажется, я начинаю понимать, - кивнул Лэнс.

– У Дэнфорта Гаудрина есть дочь, - улыбнулся Бриллиард.
– Алисия. Она очень привлекательна. Ее можно даже назвать красивой. Я познакомился с Алисией, и теперь должен написать ее портрет. Во имя искусства.