Кобель

Гарри задумчиво кивнул, вспомнив, что сделало с Квиррелом ношение подселенца. Последние тени сомнений в рабочей гипотезе исчезли.

– Слушай, Добби! А ведь ты настоящий умница! Уверен, подскажешь эльфам Малфоев предложить змеюке поросёнка. Она его заглотит и не станет заниматься охотой, пока не переварит. Или барашка не слишком крупного - главное, чтобы за один раз весь внутри поместился.

– Добби сделает. Бывшая хозяйка Нарцисса должна громко сказать, что Добби очень сообразительный эльф.

– Спасибо тебе за отличные новости, дружище. Ты, наверное, спешишь в дом родителей Гермионы?

– Да. Машинка должна стирку докрутить.

========== Глава 23. Безумная суббота ==========

Утро субботы нарушило все планы на этот день. Доставленный с почтой Пророк уведомил общественность волшебной Британии о том, что с Сириуса Блэка сняты все обвинения. Кстати, газету, как обычно, принесла белоснежная сова Поттера. А ещё одна птица, кардинально синяя, доставила записку из трёх слов: “Гриммо двенадцать. Бродяга”. Следом прибыла знакомая сипуха от Флёр, передавшая послание, которое уведомило, что сегодня в хогсмитском доме ожидаются родители юной вейлы с важным разговором к будущему отцу их внука.

Весь этот птичник остался дожидаться ответов, отчего ни Гарри, ни Гермионе, ни устроившемуся рядом шестому Уизли стало решительно невозможно есть.

– Рон. Этот попугай может разговаривать, - попытался уменьшить давление на свою психику Гарри.
– Держи. Научи его слову “Пиастры”. Это приносит удачу.

Хмыкнувшая на это Гермиона пересадила сипуху к себе на плечо и теперь шипела и морщилась - птичьи лапы нещадно топтали её пышные волосы, путая их, а, заодно, и путаясь.

Тем временем Поттер накалякал короткий ответ Флёр - “Люблю, целую, буду непременно.” - и отправил его со своей полярной совой. Освободил подругу от наказания со стороны сипухи и поспешно черкнул:

“Цисси! У меня задержка. Потерпи до вечера”.

Отправив вторую птицу по адресу, прислушался к словам, которые подруга сказала рыжему:

– Рон! Гарри обознался. Гиацинтовые ара не разговаривают. То есть, счастье они приносят молча. Представляешь, как он замёрз нашей британской осенью, проделав огромный путь от самой Амазонки!

После этих слов Поттер очередной раз подивился энциклопедичности познаний подруги, а соседи по столу принялись наперебой подкармливать героя сверхдальнего перелёта всем самым вкусным. К Рону по-прежнему относились, как к другу Золотого Мальчика, распространяя эту тихую признательность и на Гермиону. Тем более, что и за столом во время еды, и за партой на уроках они частенько соседствовали. А дурацких турниров или открытий тайных комнат в этом учебном году не происходило. Хотя… ещё не Хеллоуин. Однако, всё к нему и идёт.

– А я всё понять не мог, отчего ты так посинел, бедолага, - втолковывал Гарри синей птице, торопливо неся её к ближайшему доступному камину в апартаментах Тонкс.
– Замёрз, сердешный, - войдя в пустую гостиную (все на завтраке, а пароль от двери он знает), бросил горсть летучего пороха в пламя и со словами: “Гриммо двенадцать” шагнул навстречу крёстному.

– Вот ведь, как ты быстро!
– с этими словами поднялся со стула худощавый мужчина с многодневной щетиной на лице и лихорадочным блеском глаз.

– Сириус!
– Гарри притиснулся к единственному… недавно… родному человеку.
– Спасибо, что сразу…. Ты чего это ару послал? Ему же здесь холодно!

– Ой, Гарри! У меня для тебя сразу столько всего важного! Короче, ты устраивайся поудобнее и постарайся никуда не спешить.

– Ага, и успокоительного дерябни на всякий случай, - в тон крёстному продолжил Поттер.
– Уж больно твоё предисловие похоже на “сядь, а то упадёшь”.

– Короче, крестник, я сильно добавлю тебе хлопот. Медики обнаружили, что Азкабан не прошел для меня бесследно - я бесплоден. То есть как ни старайся, ребёнка заделать не смогу. Хотя, сам процесс проходит без сбоев. Отсюда вопрос - как у тебя с той пышноволосой ведьмочкой, которая вытащила наши задницы из переделки с оборотнем полтора года тому назад?

– Мы по-прежнему дружны с ней, - пожал плечами юноша. Не любил он разговоров о женщинах, но тут никуда не денешься - именно эту беседу просто необходимо поддержать, чтобы крёстный чувствовал себя мудрым наставником рядом с неискушённым подростком.

– Не упусти, - продолжил “собеседование” Сириус.
– Подобные сокровища не в каждом веке рождаются. А, поскольку вы уже достаточно выросли - бери её на абордаж самым решительным образом. Наверное, замечал, сколь она гибкая и упругая? Такая без проблем родит от тебя и маленького Поттера, и наследника Блэкам. Надеюсь, ваши детки унаследуют от матери хотя бы половину её мозгов и не наделают глупостей, подобных тем, что получились у нас с Регулусом.

Ну а для того, чтобы не теряться рядом с девушкой, тебе потребуется практика. Прежде, чем атаковать, нужно получить опыт, а то дамы предпочитают уверенных в себе парней. Поэтому сегодня я свожу тебя в ночной клуб - такое место, где мужчины и женщины подыскивают партнёра на одну встречу. Выберешь девушку искушённую, а уж она обучит тебя хотя бы тому, куда и что вводить.

– Хм, - пожал плечами Гарри.
– Прямо даже и не знаю. У меня сегодня очень много дел.

– Днём, - назидательно поднял палец крёстный.
– А речь идёт о ночи. Сможешь уйти из Хогвартса незаметно?

– Карта по-прежнему у меня, - пожал плечами парень. Вываливать Сириусу решительно всё он даже не подумал. При его-то способности находить неприятности буквально на ровном месте!
– Сам-то ты в этот клуб собираешься? А то вон как зарос.

– Конечно. Прямо сейчас в парикмахерскую и за модными тряпками. Одеться-то нужно по-маггловски. Идём.

– Сириус. Дуй без меня. Я подкачу сюда только на ночь глядя, а пока, извини, обещал быть в другом месте.

– Ладно, - махнул рукой Бродяга.
– Только, смотри, появись обязательно. Сам-то клуб отсюда в двух кварталах, так что дойдём пешком. Ну и девочек ко мне приведём.

Напряжённо размышляя над тем, как будет выкручиваться, Гарри ушел камином прямиком в Хогсмит.

Здесь в скромной гостиной уже сидели Флёр и Апполин. Жак стоял рядом с дверью, и исключительно наглядно нервничал, переминаясь с ноги на ногу. Собственно, после приветствий, он сразу увел юношу в кабинет, оставив женщин за разговором, кажется, об обновках.

– Апполин мечтает ещё об одном ребёнке, - без предисловий начал как бы тесть.
– Нужна твоя помощь, потому что у меня уже восемь лет ничего не получается.

– Так не пойдёт, - помотал головой Гарри.
– Мы же с тёщей неизбежно будем, хоть изредка, но встречаться. Я просто не знаю, как себя тогда поведу. Понимаешь, Жак, одно дело мимолётная встреча, когда даже имя не всякий раз спросишь, и совсем другое - видеть женщину, которую любишь.

– Не понял, - озадачился француз.
– То есть ты не просто мимолётно трахаешь поступающих к тебе вейл, но и привязываешься к ним.

– Всем сердцем, - кивнул юноша.
– А без этого у меня ничего бы и не получилось. Каждая женщина неповторима. Она, словно музыкальный инструмент, который нужно почувствовать, понять, как он настроен. Только после этого получается красивая мелодия с бурным и выразительным финалом. У нас с Гермионой родилась гипотеза о том, что зачатие наступает, когда семя впрыскивается во время оргазма. Она прочла это в книгах по физиологии брака, ну а я данное положение подтверждаю на практике.