Кобель

Она послушно распорядилась направить все поступления, о которых сообщили гоблины, в свой бывший детский сейф. А потом сконцентрировалась на других бумагах. Вот тут и начались сомнения пополам с терзаниями - в тонкости торговых сделок она посвящена не была. Но кое-какие имена от мужа слышала. Поэтому ответила согласием на предложения людей, чья репутация показалась ей приемлемой, но отказала остальным. Естественно, средства для оплаты она использовала с семейного счёта - на те операции, которым был дан ход, их вполне хватало.

Словом, началась игра практически вслепую. Основанная не на знаниях, а исключительно на смутных догадках. И была отправлена куча извинений за задержку с ответом из-за занятости мистера Малфоя, вынужденного обратиться за помощью в столь скучных делах к своей несравненной супруге. Продали всё, что предлагалось продать, но сами ничего не купили, потому что не знали, куда это потом девать. Исключение было сделано всего по двум пунктам, когда и будущий покупатель и поставщик обнаружились в накопленной переписке, и разница от купли-продажи явно была плюсовая.

В школу Гарри вернулся только к ужину, на котором снова не было видно Драко. Но отсутствие тревоги на лицах преподавательского состава и общего бестолкового мельтешения - традиционных примет чрезвычайного происшествия в Хогвартсе - вселяло надежду, что хорёк всё-таки не пропал и не кончил суицидом.

========== Глава 22. Изобретательный вторник ==========

После явной воскресной перегрузки Гарри с удовольствием воспринял перерыв в контактах с дамами, на который обоснованно надеялся в понедельник. Всё-таки чересчур интенсивная интимная деятельность - не единственное, что его интересует в этом мире. А потом на вторник обещана встреча с Гермионой, на которую у него сильная и однозначная реакция, специалистами именуемая эрекцией.

Две ночи прошли целомудренно - паренёк до утра умиротворённо обнимал аппарировавшую к нему под одеяло Винки, не помышляя ни о чём, кроме покоя и отдыха. Дни же провёл в напряжённой учебе - не стоит забывать, что больше трёх первых лет в Хогвартсе он глупо пробакланил, заметно отставая от своей лучшей подруги буквально по всем дисциплинам. В ближайшем будущем он надеялся изменить положение вещей, благо в этом году обычных для учебного года догонялок со смертью вроде бы не предвидится.

В понедельник на зельеварении Снейп “забыл” традиционно снять с него баллы и не чересчур занизил оценку за безупречно сваренное зелье, отчего Поттер решил, что настал подходящий момент для того, чтобы подойти к ненавистному профессору с давно назревшим вопросом.

– Сэр!
– обратился он к преподавателю через секунду после того, как класс опустел.
– Скажите, метка на вашей руке бледнеет или становится отчётливей?

– Поттер! Вон отсюда, - мгновенно вскипел зельевар.

– Простите, сэр. Вы не оставили мне выбора, - пожал плечами Гарри.
– Волдеморт, - убедившись, что рука преподавателя непроизвольно дёрнулась, гриффиндорец стремительно покинул аудиторию, пока не прозвучала формулировка наказания. Судя по реакции бывшего пожирателя, Тёмный Лорд и не думал слабеть.

***

Во вторник, уже перед ужином в Гарри начало разгораться нетерпение, от которого неожиданно хорошо помогал сам объект вожделения - Гермиона засыпала юношу исключительно заковыристыми вопросами из трансфигурации, переключив внимание на учёбу. А потом они прямиком из библиотеки проследовали в комнатку с сундуком и свечой, что ещё в прошлом учебном году показала Винки. Она открывалась, если думать о ней, расхаживая вдоль стены неподалеку от картины с танцующими троллями.

Матрас ребята сразу переложили на пол, а потом подруга принялась принимать юношу в стиле Нарциссы Малфой - подталкивая пятками и посылая туда и оттуда руками, которыми крепко держалась за бёдра.

Гарри поддерживал этот порыв. Гермиона всегда проказничала и проявляла стремление к новым подходам. С ней никогда не бывало скучно.

Первая инъекция семенной жидкости последовала быстро, можно сказать, по ускоренному графику. Собственно, так и планировалось. Теперь наступил черёд основного действия - девушка продолжала действовать парнем, словно ублажая себя. Но спустя короткое время, обмякла.

– Больше не могу. Устала, - произнесла она виновато.
– А у тебя так и не началось новое отвердение.

– Вообще-то, началось. Но пока слабовато. То есть - процесс не дошёл до необратимой стадии. А ты как? Что чувствуешь?

– Хочу, но не могу. Похоже, этот метод не приведёт нас к вершине любви. Маловато у меня выносливости для таких приёмчиков. Давай разъединяться.

Гарри откатился вправо, извлекая полумягкую сосиску из теряющего приветливость лона.

– Это ведь твой нормальный размер?
– уточнила Гермиона, подхватывая “штучку” ладошкой.

– Ну, да. У нас именно с таким вариантом всегда всё получалось. Для Винки я его уменьшаю, а для Нарциссы делаю толще.

– Любопытно, - Грейнджер провела волшебной палочкой, обеспечив очистку, а потом примерилась надеться ртом.

– Тоже великоват, - заключила она после нескольких попыток впихнуть не такой уж маленький агрегат в себя.

– То есть ты уже пробовала такое с Виктором?

– Да. Но от его размера у меня челюстные мышцы буквально деревенели. Тут ведь нельзя даже прикасаться зубами, - она хихикнула, - а то у партнёра желание очень быстро сменится паникой. Вот и приходится распахивать пасть во всю ширь. Короче, не пошло. А с тобой есть некоторая надежда на успех. Ты не против?

– Не против, - Гарри вообще нравилось решительно всё, чего добивалась от него эта изобретательная девушка. Единственное, о чём он временами жалел - что они не занялись такими экспериментами курсом раньше. Жизнь была бы намного спокойней и приятнее, а тех дементоров он просто порвал бы на очень мелкие фрагменты с такими счастливыми воспоминаниями.
– А примерься вот так, - и он уменьшил диаметр до минимума.

– Совсем хорошо, - оценила подруга, после того, как закатила кончик сначала за одну щёку, потом за другую. Подержала на языке и протолкнула внутрь до самого горла.
– А можно немного длиннее. А то как будто чего-то не хватает.

Поттер послушно удлинился и стал с интересом наблюдать за новыми примерками - теперь, после того, как его конец входил в рот подруги до упора, ещё оставалась свободная длина точнёхонько под захват двумя ладошками.

– При таком соотношении длины и диаметра, - пояснил он, - эта штука не сможет окончательно отвердеть. Однако, её рабочие свойства сохранятся - до извержения включительно.

– Забавно!
– принялась соображать Гермиона.
– А ты способен двигаться, оставляя меня в полном пассиве? То есть вот так, - она легла на спину, приглашая друга опереться грудью на сундук и свесить “вермишелину” так, чтобы её передняя треть оказалась у неё во рту.