Кобун

Подбираю бутылку, подхожу к девчонке с разбитым лицом. Ха, а ведь и она тоже из какой-то банды. Вон, маечка с принтом, жилетка заметная. Протягиваю ей воду:

– Умойся. И подержи голову запрокинутой назад, чтобы кровь остановилась.

Теперь вторая на очереди. Встать не может, хотя видимых повреждений нет.

– Живая?

– Да пошел...

Щелкаю по носу:

– У тебя всегда проблемы с языком? Слишком быстрый, уследить за ним не можешь?.. Где твой байк, босодзоку в юбке? Как домой будешь добираться?

– Дома она байк оставила, - долетает от подруги, которая платком развозит кровавые сопли по опухшему личику.

– Мы просто встречались мороженое поесть.

– А эти?

– А эти решили, что на их территорию без спроса сунулись. Загнали сюда, ну и...

– Значит, пешком... Тащить тебя на себе я вряд ли смогу. Да и не выдержишь ты с отбитой требухой такую транспортировку... Так, телефон есть кого-то с транспортом?

Любительница пива и мороженного пытается нашарить что-то в кармане джинсов. Добываю оттуда мобильник-слайдер. Вздыхаю, демонстрирую треснувший экран.

– Номер хоть помнишь?

Набираю цифры, жду, когда ответят.

– Коннитива, это Тэкеши-сан беспокоит. Я тут сейчас рядом с... Как тебя зовут? Ага. Я радом с Тошико-кун. Ей в Хонго чуть перышки потрепали. Нужен транспорт - такси или машина какая-нибудь. На байке лучше не везти. Можете подъехать?

Выслушав набор междометий, протягиваю телефон девушке. Та берет его, слушает, пытается возражать, но вскоре поникает и заканчивает разговор “Хай”. Беру трубку обратно:

– Это Тэкеши-сан.

– Где именно вас подобрать? Парк большой.

– Южный вход, рядом с парковкой. Мы будем там.

Поднявшись, проверяю боеспособность войск и командую:

– Тебя как зовут? Хитоми? Отлично. Хитоми-кун, ты с той стороны, я с этой. Берем под руки нашу сбитую ласточку и ковыляем вон туда, вниз по тропинке. И бутылку не забудь.

– А эти?

– Эти о себе позаботятся сами. Если с первого раза не дойдет, что меня лучше не обижать, то о них уже позаботятся родные. Букетик на могилке покрасивее поставят. Урна с прахом - и цветочки. Романтика...

Подцепив еле стоящую на ногах Тошико, бредем на выход из парка. Медленно, стараясь не растрясти ее окончательно. Когда выходим на парковку, до нас долетает рев мотоциклетных моторов. Вот и кавалерия подтянулась.

На полупустую площадку заезжают знакомые босодзоку. Шестеро. Пятеро парней и еще одна дама с ярко раскрашенными в разные цвета прядями в сложной прическе. Следом вкатывает желтое такси. Из него вылезает шутник, который предлагал мне прокатиться на его байке.

– Как она?

– Отпинали, но вроде живая. Ругалась всю дорогу, пока сюда спускались. В больницу ее нужно, чтобы обследовали. Вдруг внутреннее кровотечение или еще какие неприятности.

– Сделаем... Спасибо, что помог.

– Нормально все, мы же соседи. И Хитоми-кун тоже в больницу подбросьте. Вдруг ей нос придется вправлять.

Грузим пострадавших, забираю пустую бутылку и кланяюсь на прощание. Вытираю пот и краем глаза цепляю, что на крылечке дома у парковки стоит мужчина лет пятидесяти и задумчиво разглядывает уезжающую кавалькаду. Вот ведь, а я его и не заметил сразу. Шарю глазами и вижу табличку: “Стрельбище для стрельбы из лука”. Понятно. Это мы, значит, на частную территорию вломились.

Склоняюсь максимально низко, затем медленно распрямляюсь и развожу руками: так получилось, извините. Мужчина ограничивается кивком, провожая меня взглядом. Я же разворачиваюсь, подтягиваю ремень на поясе и отправляюсь в обратный путь. Мне еще пять километров пыхтеть до дому. Потом - душ, чай, еда. И вечерняя беседа с опекуном. Наверняка того будут переполнять эмоции после пикника.

Зато - сидя и вытянув натруженные ноги. И черта с два я куда-нибудь еще сегодня пойду. Хватит с меня экстремальной физкультуры.

***

В понедельник на большой перемене меня попытались прессануть. Видимо, демонстративное изменение отношения класса к бывшему “ни рыба - ни мясо” сыграло свою роль. И непревзойденная Мияко Танака решила поквитаться. С чего бы ей, первой красавице класса, терпеть от новоявленного выскочки?

Я как раз собирался выходить из класса, когда заметил неразлучную парочку: Митио Окада и Широ Такаги. Мои бывшие приятели стояли сбоку и с явным интересом наблюдали за моими перемещениями. Правда, Митио со слабым оттенком злорадства, а вот Широ - с жалостью. Но - стояли молча и с разговорами не лезли.

Пожал плечами и вышел в коридор. Мне нужно было прогуляться до директора, отдать ему копию сертификата. Добрался до лестницы на второй этаж, где меня и перехватили. Трое крепких парней, центрального из которых я помнил. Иошито или Иошиэки? Точно, Иошиэки Ота. Мы с ним пересекались еще в начале учебного года. У него - последний класс и непомерные амбиции. Брал медали по кэндо в средней школе. Потом спортивный задор чуть утратил, стал чаще посещать качалку и любит демонстрировать рельефные мышцы перед девушками. Неформальный глава личного клуба Мияко. Один из богатых мажоров, выгуливающий куколку по разным парадным мероприятиям. Не помню, кто у него отец, но деньги у парня водятся. Что касается причины, ради которой меня тормознули - так это и так понятно. Успел краем глаза заметить торжествующую рожицу Танаки за спиной.

– Ты, маг недоделанный. Тебе надо извиниться.

– Перед кем?
– разглядываю качка, попутно прикидывая, стоит ли бить сразу или подождать. Все же драка в школе, в присутствии учителей - это нехорошо. Это все равно что плюнуть господину Кимуре в лицо. А директор мне пока ничего плохого не сделал.

– Перед Мияко-тян. Твое поведение неприемлемо. Поэтому...

– Это все?

Троица начинает наливаться злобой. Я посмел перебить пафосную речь предводителя.

– Пока достаточно.

– В просьбе отказано.

Раздвигаю плечами идиотов и продолжаю путь. За спиной фыркают и я разворачиваюсь, чтобы успеть столкнуться почти нос с носом с Иошиэки.

– Салага, думаешь, я шучу?!

– Ты, киннику-яро малохольный. Тебя не убили здесь и сейчас лишь по одной причине. Я обещал господине Кимуре не безобразничать в школе. Но если тебе мало, мы можем продолжить беседу после уроков. Парк рядом, отличное место. Тихо, спокойно, есть куда “скорую” вызвать.

Вокруг начинает собираться кучка любопытствующих. Поняв, что громкий скандал не в его интересах, Ота отступает. Я делюсь кривой усмешкой, после чего продолжаю свой путь. Поднявшись на первый пролет лестницы, отмечаю краем глаза, что вся троица топает следом. Мда. Придется подыграть.