Кодекс Костей

— Оу, ты такой горячий. Но всё же не в моём вкусе. Может сбросишь напряжение со своими друзьями? — В открытой двери как раз показался один из “случайных попутчиков”.

— Да как ты смеешь!? — Мне казалось, что сильнее покраснеть он не сможет. Я ошибался. Ещё и заклинание какое-то начал формировать. Это одновременно хорошо и плохо. Хорошо, что даёт мне повод на самозащиту, а плохо, что братец силён. Не как папенька, конечно, но посильнее меня в прямом бою. Ещё и прихвостни эти. Движутся прям как настоящие вояки — плавно, контролируя окружение, но как-то... Явно наёмники, родовые гвардейцы так топорно не действуют.

— Ещё как смею, пра-ативный. — Я специально протянул последние слово, от чего у моего, теперь уже противника, окончательно сорвало крышу. Он проявил свой фолиант, так заклинания, у местных, получаются мощнее, и что-то нечленораздельно прорычал. От светошара я увернулся. Не знаю как, чудом наверное. А потом Юджин начал крушить купе, а затем и вагон, продолжая рычать нечто нецензурное. Я, разумеется, ему в этом посильно помогал, постоянно перемещаясь и уворачиваясь, благо наёмники благоразумно отступили. Словить шальной снаряд от взбешенного мага, тут никакого бессмертия не хватит.

Братец начал уставать когда от вагона осталась половина. Остальные пассажиры успели разбежаться, и никто не пострадал. Заодно и свидетелей будет поменьше, что мне только на руку. Я проявил фолиант и насладился смесью чувств проявившихся на лице Юджина.

— Вот, как ты и просил.

— Тёмное отродье! — Кажется я это уже слышал, — я уничтожу тебя! — И это я тоже слышал. Похоже отсутствие фантазии может передаваться по наследству.

— А ты попробуй. — На моё лицо сама выползла улыбка. Взбесившийся ещё больше, хотя куда уж сильнее, братец попытался атаковать, но… У него ничего не вышло. Он в недоумении уставился сперва на свои руки, потом на фолиант, а затем на меня.

— Что ты сотворил? Говори немедленно! — Юджин дёрнулся было в мою сторону, но не смог сделать и двух шагов, как упал.

— Всего лишь немножко проклял. — Я наклонился над братом и тихо сказал.

— На ноги, к вечеру, ты встанешь, а вот твой дружок, увы, больше нет. А может и встанет. — Равнодушно пожал плечами и не слушая возмущённое мычание, говорить проклятый тоже не мог, пошёл искать “группу поддержки“. Оставлять головорезов за своей спиной опасно. Порой смертельно.

Глава 2

Первый наёмник, вот неожиданность, встретился прямо в тамбуре. В нём же он и остался. Тонкая костяная игла с полостью полной яда, легко вошла в глаз ничего не ожидавшего мужчины.

— Ван шот, ван килл. Ну хоть не мучался. — Прошептал я, перешагивая труп. Следующая жертва маячила в соседнем вагоне. В отличие от первого, этот внимательно следил за происходящим. Лишь благодаря запылённому стеклу он не разглядел что произошло и не поднял тревогу.

Пришлось перебирать в памяти все доступные в таком случае приёмы. Целых три штуки, больше Кодекс не вспомнил. Костяной доспех, костяной меч и игла. Тоже костяная, ей я убил своего первенца. Не ребёнка, разумеется, а врага.

Некогда могучий доспех, покрывавший меня толстым слоем прочнейшей кости, стал подобием легкого бронежилета. Его едва хватило прикрыть грудь и живот, не говоря уже об остальных частях тела. Так же жалко выглядел и меч. Сейчас это скорее большой ножик. Или маленький кинжал, если смотреть с позиции оптимиста. Без оптимизма в нашем деле никуда.

— Эй ты! Да, я с тобой разговариваю, а ну встань как положено, когда с тобой граф разговаривает! — Вид напыщенного индюка, любимый моими сверстниками, подействовал как надо. Боец отвлёкся и, пока он боролся с рефлексами, я успел приблизиться к нему на расстояние удара. Короткий замах моего кинжала он принял на свой клинок и рухнул, распоротый чуть ли не надвое. Ну а чего он хотел. Обычная сталь против магического оружия всё равно что бумага против канцелярского ножа. И где братец таких остолопов нашёл? Ни подготовки нормальной, ни экипировки. Хотя бы кинжалы зачарованные носили. Дешевки за три пенни. Впрочем, иного и не ожидалось. Следует отметить, что Ротшильды вообще неплохо разбираются в денежных вопросах. Может именно поэтому довольно экономные ребята. Но мой братец на их фоне, это нечто.

Юджин всегда был скрягой. Что в детстве у него конфетки не допросишься, хотя он их и не любил, после одного случая. Что позже, когда ему стали давать деньги на личные расходы. Отец считает, что финансовой грамотности надо учить с детства. Хе хе, ну хоть не с пелёнок.

Ну вот, стоило немного отвлечься, как кресло возле меня разлетелось в пластиковые щепки от прилетевших пуль. Одна даже царапнула доспех. Благо прилетела по касательной, но синяк на рёбрах будет знатный. Неприятно. Я не люблю когда мне делают больно. Тогда я делаю больно в ответ. Не глядя швырнул горсть игл в сторону стрелка и поспешил скрыться из его обзора. Сиденья вокруг продолжали взрываться облачками пластика и кусками набивки, а я лежал на полу и считал выстрелы. Вот затих один автомат, за ним, почти сразу, второй. На пробу высунул клинок на видное место, но выстрела не прозвучало. Что ж, раз эти дебилы одновременно расстреляли магазины, пора их поучить уму разуму.

Резко выпрыгнул из-за импровизированного укрытия и забросал врагов иглами. В этот раз мне повезло больше. Одного завалил сразу, второй поймал по игле в руку и ногу и тоже вскоре покинет мир живых. Автомат упал на пол, а вагон наполнился воплями агонизирующего тела. Ну извините, я по другому не умею. И переучиваться не хочу. Враг должен страдать.

Я уже было расслабился, ведь видел всего лишь четверых, за что и поплатился. Из-за кресла выглянуло чёрное дуло и изрыгнуло из себя заряд картечи. Впору было выть – ай, я маслину поймал, но было не до этого. Доспех принял на себя весь заряд, что спасло мне жизнь, Но не сохранило здоровье. На секунду я даже потерял сознание. Очнулся, когда надо мной склонился последний наёмник. Этот, в отличие от подельников, не расслаблялся и держал меня на прицеле.

— Что-нибудь скажешь на прощание, бывший граф? – Ишь ты, как быстро слухи распространяются.

— Иди, к чёрту. – Я выплюнул эти слова вместе с кровью, наполнившей рот.

— Ха, к нему отправлюсь ещё не скоро, в отличие от тебя. – Мужчина вскинул дробовик, но его прошила очередь из автомата его бывшего товарища. В полуживом состоянии оживлять зомби было тяжело, но я справился на отлично. А уж сохранить часть прижизненных рефлексов у умертвия, это уровень мастера. Повосхищавшись собой целых три секунды, я был вынужден прерваться. Отступившая было боль, решила вернуться с подкреплением и меня скрутило с особой жестокостью. Корчась, умудрился отстранённо подумать, что правое лёгкое пробито в двух местах, левая рука не слушается, и подозрительно колет в районе печени. Эдак и на перерождение можно отправиться. На общих, так сказать, основаниях. Помирать в мои планы не входило, по крайней мере в ближайшие несколько столетий, поэтому пришлось изворачиваться. Как нельзя кстати, вспомнился один довольно простенький приём преобразования некротических эманаций в жизненную энергию. Разумеется по совершенно конскому курсу, но на безрыбье и рыбу раком… Кхм. Что-то я бурную молодость некстати вспомнил. Да и не рыба там была, а русалка…

Над трупами поднялись тёмные жгуты, тут же потянувшиеся ко мне. Ох тыж, Темзу тебе в шлюз! Хорошо то как. Жаль, ненадолго, надо будет подлататься как следует. Я с трудом поднялся на ноги и осмотрелся. Одна деталь выбивалась из общей картины — с шеи едва не убившего меня наёмника свисала цепочка с небольшой рогатой сапфировой лягушкой. Или жабой, поди их разбери. Вещица заметная, но наверняка не дешёвая, а мне, судя по всему, денежки будут совсем не лишними.

Подумать только, нищий Ротшильд. Нет, вы вслушайтесь: нищий, Ротшильд. Это как сухая вода или горячий лёд.