Когда я уйду

Хорошо, - сказал я.
– Спасибо сэр. Я благодарен, что вы нашли время встретиться со мной.

Он кивнул, теперь он не выглядел таким раздраженным, каким был, когда я приехал.
– Ее надо протестировать, чтобы подтвердить мой диагноз, но из того, что вы мне рассказали, и из того, что здесь написано, - он поднял листок, - я скажу ему что это — Дисклексия.
– Он дотянулся до планшета и ручки и передал их мне.
– Оставьте мне ее и свои контакты. Я попрошу доктора Манро связаться с вами либо сегодня вечером, либо завтра, зависит от его расписания.

У Риз появиться шанс. Я собирался дать ей шанс.

Я ждал, чтобы позвонить Риз, пока не переговорил с Эстор Манро. Дважды, я порывался написать ей сообщение, пока не осознал, что она не сможет прочесть его или ответить мне, так что я остановил себя. Вместо этого я провел оставшуюся часть дня и вечер на пляже с Харлоу, Грантом и Лилой Кейт, затем вернулся в дом Нан, чтобы собрать вещи. Я должен был уехать, как только профессор позвонит мне.

Эстор Манро позвонил мне до десяти часов утра, следующим утром, и сказал, что он очень заинтересован в оказании помощи Риз. Он даже казался взволнованным и заинтригованным ее ситуацией. Его цена была не из дешевых, но он объяснил, что он выделил ей место в очень плотном графике. Он задавал мне вопросы, ответы на которые я не знал. Она совсем мало рассказала мне о своем прошлом. Я дал ему ее контакты и сказал, что сегодня переговорю с ней. Я надеялся что, когда я уеду, она сам позвонит профессору, он заверил меня , что если в течение двух дней не дождется ее звонка, то он сам ей позвонит. Риз была дома, когда я позвонил и спросил, могу ли я заехать и поговорить. Теперь я снова был здесь у двери ее квартиры, надеясь, что она примет этот шанс и воспользуется им. Я не могу сделать больше, чем это. Даже если я и хотел остаться и держать ее за руку, это было невозможно. Дома меня ждали лошади и мое ранчо.

Риз открыла мне дверь после первого стука, и застенчиво улыбнулась мне, прежде чем отступить и позволить мне пройти внутрь. Сегодня ее волосы были распущены. Длинные, темные, шелковые пряди мягкими волнами доходили до поясницы. Они завивались. Черт, это было лучше, чем я себе представлял. Мне пришлось прочистить горло, чтобы успокоить мое мгновенное возбуждение.

Мне нравятся твои распущенные волосы, - выпалил я прежде, чем смог себя остановить.

Щечки Риз порозовели, и довольная улыбка коснулась ее губ. Кто-то раньше, наверное, говорил ей об этом.
– Спасибо, - тихо ответила она.

Я шагнул внутрь и оторвал глаза от ее длинных ног, которые полностью демонстрировали ее шорты. Даже ярко полосатые носки, доходившие до половины ее икр, не отвлекали от ее прекрасных ног.

Могу я предложить тебе, что-нибудь выпить?
– ее голос дрогнул, словно она нервничала.

Ух, да, спасибо, - ответил я, зная, что у меня не было времени, чтобы, что-то выпить. Я должен был рассказать ей детали и поехать в аэропорт.

Она прошла в уголок комнаты, где была ее кухня.
– У меня есть апельсиновый сок, и я только что сделала немного лимонада. Прости, но у меня не большой выбор, - сказала она, оглядываясь на меня.

Лимонад, звучит отлично.

Она просияла, словно ей доставило удовольствие, что я хотел попробовать ее лимонад. Я наблюдал, как она достала стакан с открытой полки, вместо настоящего кухонного шкафчика. Все было аккуратно организованно. Даже полки с едой были аккуратными. Мне нужно было, чтобы она приехала ко мне домой и привела в порядок мои шкафы. Найти в них, что-то было сущим кошмаром.

В стакане зазвенел лед, и я снова вернул к ней свой взгляд. Она налила мне лимонад, затем положила кувшин обратно в узкий холодильник. В нем не могло быть много места.

Когда ты была в школе, кто-нибудь говорил о том, что у тебя возможно дисклексия?
– спросил я, когда она несла мне напиток.

Она остановилась на пол пути. Затем продолжила идти ко мне.
– Нет, но я слышала о ней. Я просто не знаю, что это конкретно значит.

Я взял стакан и сел на кресло напротив дивана. – Специалист, с которым я вчера встречался, считает, что это именно то, чем ты страдаешь. Дисклексия не значит, что ты, каким то образом менее интеллектуальна, чем другие. Меня связали с профессором, имеющим докторскую степень в изучении таких расстройств. Он специализируется на дисклексии. Услышав о твоей проблеме, он готов работать с тобой бесплатно. Его отца никогда не диагностировали, и он не мог научиться писать и читать до пятидесяти лет. Сейчас это его страсть. Он хочет помогать людям. Он хочет помочь тебе.

Риз села на диван, смотря на меня с огромным количеством эмоций на лице. Но самым главным был страх. Я не хотел, чтобы она боялась этого. Я хотел дать ей надежду.

Скажи мне, что ты об этом думаешь, - подбодрил я ее.

Она крепко стиснула руки на своих коленях.
– Что … что если мы узнаем, что это не дисклексия, и ты потратил на это столько сил. Возможно, я просто глу -

Не заставляй меня снова слышать, что ты себя так называешь. Это приводит меня в бешенство, Риз. Я серьезно говорю. Ты далеко не такая, обещаю тебя. И если твоя проблема не в дисклексии, доктор Манро выяснит что это такое. Это проблема связанна с обучением. Ее можно решить.

Он крепко зажмурила глаза и сделала глубокий вдох. Я видел, что она хотела в это верить. Я просто должен был убедить ее, принять это.
– Он сможет выяснить, в чем моя проблема, если окажется что это не дисклексия?
– спросила она, смотря на меня этими огромными светло голубыми глазами, из-за которых у меня сжималась грудь.

Да. Он сможет.

Она издала тихий смешок, затем прикрыла рот, когда из него вырвался всхлип. Я не был уверен, стоит ли мне успокоить ее, или подождать, но затем она встала и бросилась ко мне. Ее руки обхватили мою шею, когда она прижалась ко мне. Сладость корицы захлестнула все мои чувства.
– Спасибо тебе … Я даже не знала … даже этого не достаточно. Я не могу подобрать правильные слова. Просто … спасибо тебе, - сказала она, когда она испустила еще один всхлип, все еще крепко прижимаясь ко мне.

Я нежно обхватил ее руками и чертовски пытался не думать о том, насколько приятно было ощущать ее грудь, прижатую ко мне. Она была переполнена эмоциями и благодарила меня. Я не собирался этим воспользоваться.
– Пожалуйста. Я рад, что ты готова это сделать. Думаю, ты создана для великих дел, Риз. Просто тебе нужен был кто-то, кто смог бы подтолкнуть тебя.

Она отстранилась посмотреть на меня и улыбнулась мне мокрыми от слез губами, затем уткнулась своим лбом в мою грудь.
– Я не могу тебе поверить. Я не знаю, почему ты хочешь помочь мне, или что я сделала, чтобы заслужить это. Я разбудила тебя, распевая песни, и я знаю, что пела я ужасно и возможно очень громко. И я разбила твое зеркало и развела беспорядок, который даже не убрала, и я перепачкала тебя кровью. Я просто не знаю, почему все это подтолкнуло тебя сделать, что-то вроде этого для меня. Но, спасибо тебе, - она еле остановилась, чтобы сделать вдох, после того как излила все свои чувства на моей груди.

Улыбаясь, я дотянулся и прикоснулся к ее волосам. Я боролся с этим желанием с тех пор как пришел и увидел их распущенными. Как я и представлял, они были шелковистыми.
– Ты разбило зеркало моей сестры, а я не особо беспокоюсь о Нан. Кроме того, она может себе позволить заменить его. Ты никогда не пачкала меня кровью, только пол, и я убрал этот беспорядок. Это все прошло. Что насчет твоего пения, да, оно ужасно. Но в тебе Риз есть что-то, что заставляет меня хотеть сменить этот потерянный взгляд, когда я смотрю в твои глаза.

Она застыла в моих руках, затем ослабила свою хватку и отклонилась посмотреть на меня, перед тем как убрать руки с моей шеи и отойти, но только на пару дюймов. Ее губы расплылись в улыбке.
– Мое пение ужасно, не так ли?
– затем она рассмеялась.
– Боже, мне было так стыдно, когда я развернулась и увидела, что ты стоял там, - она покачала головой.
– Готовлю я лучше, чем пою. Я обещаю. Могу я сегодня приготовить для тебя ужин? Мне хочется что-нибудь сделать для тебя.

Никогда еще я не был так расстроен из-за приобретения новых лошадей. Мне нравились деньги, и мне нужны были лошади, чтобы и дальше развивать ранчо. Но, проклятие, если бы только мне не нужно было их переправлять прямо сейчас.
– Мне нужно идти, - сказал я ей.