Колдун

***

Майорин зевнул и откинул одеяло. В Роканке их разместили в старой корчме, колдун спустился по узкому сходу в общий зал, где уже полоскался в ушате Молчун.

– Там у телепорта кого-то поймали.
– Люта утер лицо рушником, по бороде текло за распущенный ворот рубашки.
– Смотрящий ругается, говорит, мол, рано открыли.

– Это не горшок со щами, чтобы его туда-сюда открывать-закрывать.

– Хорхе ему тоже сказал, теперь сам пошел того лазутчика допрашивать. Пойдешь?

– Это допрос, а не балаган. Меньше зрителей, больше пользы.
– Майорин зачерпнул ладонями воды и умылся.

– Тем более в рань такую. Ни беса не выспался, сколько спали?

– Часа два от силы. Фотиевичи еще и не просыпались.

– Пускай спят.
– Великодушно разрешил колдун.
– Тут тихо, город наш. Наместника звали?

– Спит наместник, проснется, придет. Да нам-то с тобой что?

– И то верно, - общим рушником колдун побрезговал, предпочтя ему рукав.
– Эй, хозяюшка? А кормить нас будешь?

Хозяюшка - дочка корчмаря засмущалась, на некрасивом личике появилась обаятельная улыбка.

– Сейчас, сударь. Кашка дойдет и поставлю. Может взвара пока принести?

– Неси.
– Не стал возражать колдун, садясь на скамью за длинный стол. Люта сел рядом.
– Кто сегодня прибыть должен?

– Борец, из тех кого знаю. Остальных не знаю. Но еще несколько дюжин.

– И как они портал защищать собрались?

– Ильма ведает, я нет.

– Люта-Люта... Умный же мужик, почему не интересно-то?

– А зачем? Я мечом дерусь - да. Встретить могу. Заколдовать... Повести... Ты сам не лезь. Ты слишком много лезешь. Нос прищемят.

Колдун опустил голову на руки и грустно улыбнулся:

– Не поверишь, Люта, уже прищемили. А все тянет.

– Брось. Ты высокорожденный, но живешь среди нас, туда тебя не пустят.

– Да я и не рвусь...

– Майорин!
– окликнули от двери. Хорхе стоял на пороге, стуча сапогами о дощатый пол.
– Лазутчик-то наш оказался! Встречай.

Колдун повернул голову и застыл с открытым ртом, позабыв выдохнуть.

– Твою мать, что ты тут делаешь?
– сдавлено просипел он.

– Не поминай мою мать, появится еще.
– Ответила Айрин, стаскивая с остриженных волос шапку.
– Привет, Люта. Как дела?

Хорхе занес руку и со всей дури влепил девушке подзатыльник, та покачнулась, но устояла.

– Дура.
– Прикрикнул воин.

– Именно это я и хотел сказать.
– Поддакнул Майорин.

– Хорошо, а у тебя как?
– спокойно ответил на вопрос Молчун и улыбнулся. Неловко, не привык он улыбаться.

– А меня сейчас, кажется, будут бить.

– Будем.
– Горячо подтвердил колдун вставая.
– Что ты тут делаешь?

– Мимо проходила.
– Пробормотала девушка, расстегивая доху.
– Хорхе, где мой меч?

– Где надо. Обойдешься.

– Отдай.
– Она произнесла это тихо, но твердо. Воину пригрезилась легкая угроза, а может и не пригрезилась.

– Сначала объясни, как ты тут оказалась.

– Объясню, но только с тем условием, что кроме вас троих, меня никто не увидит.

– Тебя уже стража видела, дюжина человек.

– Они не знают, кто я такая. Что ты им сказал?

– Сказал, что ты инесская. Этого было достаточно, они же видели знак Инессы.

Айрин отвлеклась от Хорхе и, наконец, стащила доху. Она села за стол против колдуна и Люты, расшнуровала высокий ворот замшевой безрукавки.

– Когда мы шли в Луар... меня называли Вессой, если не трудно...

– Понятно, но мы-то знаем, что тебя не Вессой зовут.
– Колдун посмотрел на нее через стол.

Все угрюмо замолчали, девушка-разносчица расставила перед гостями кружки.

– Кто первый?
– Айрин сунула нос во взвар и вынесла напитку суровый приговор: - Сено.

– Объяснись сначала.
– Напомнил Хорхе. Он тоже разделся, присел рядом с дочерью Владычицы и блаженно вытянул ноги, привалившись к спинке скамьи. Спинка больно врезалась в спину, пытаясь втиснуться меж позвонков, воин поерзал, но подкладывать под спину ничего не стал, двигаться не хотелось.

Он уже давно не мальчик, и две бессонные ночи ему дались будто две строптивые вражеские девки. Воин чувствовал, что еще чуть посидит в тепле и уснет прямо здесь, на неудобной скамье. Послать бы к бесу их, пусть Майорин сам разбирается со своей дурой, Хорхе не сомневался, что она здесь из-за колдуна. Вон как оба в гляделки играют, кто кого пересмотрит.

Он залпом опорожнил кружку.

...Майорин ее обманул, даже не обманул, а недоговорил. На это обвинение, колдун скривил рот и хмыкнул. В чем именно обманул, оба объясняться не собирались, но в Луаре ей то ли не понравилось, то ли скучно стало... И собралась тогда Айрин в Велманию, на битву грядущую со злом страшным. Отправилась она телепортом в Кордер, в Кордере нашла друга Майорина, у которого они гостили летом, друг ее не сразу узнал, но быстро вспомнил. О том, что дочь Владычицы исток - чародей не знал, но упоминании о просьбе высокопоставленной матери хватило.

Хорхе неприязненно посмотрел на Майорина, но предъявить тому ничего не мог. Откуда колдуну тогда было знать, что Инесса с Цитаделью вступят в открытую вражду. Еще летом это казалось невозможным, когда Майорин с приятелем сидели на крыльце в Кордере и смущали Айрин россказнями о своих похождениях. Что мог подумать чародей, преданный Инессе, будто верный пес, когда к нему прибежала дочка Владычицы моля поскорей отправить ее к матери? Он и сам собирался в Роканку, только должен был дождаться ученика.

Не могло ему в голову прийти, что хитрая девица его бессовестно обманет, и нет никакой погони, а страшные злодеи, гонящиеся за ней, лишь плод ее воображения. Собственно Айрин довольно живо описала чародею Фарта с сыном, лишь чуть добавив от себя подробностей, от которых пожилой маг испытал не столько ужас, сколько отвращение.

– Вот так я сюда и попала.
– Закончила Айрин.

– Не ленивая ты баба, Айрин.
– Грустно сделал вывод колдун.

– Мой наставник всегда мне говорил, что есть цели оправдывающие средства.
– Упомянутый "наставник" чуть кашей не поперхнулся.