Комета прилетает

— А это тебе! Держи, а я посмотрюсь в него.

И они стали по очереди смотреться в зеркальце.

А в это время зазвонил дверной колокольчик, и вошел Снусмумрик.

— Мне кажется, лучше подождать немного, пока брюки еще немножко постареют… Они еще не приняли форму моего тела.

— Досадно, — согласилась старушка, — Но может быть, ты захочешь купить новую шляпу?

Снусмумрик с испуганным видом надвинул свою старую зеленую шляпу глубже на глаза.

— Большое спасибо, — ответил он. — Но я только что подумал о том, как опасно иметь много вещей.

Снорк все время что-то писал в тетради. Наконец он встал и сказал:

— Вот еще одна важная деталь, когда речь идет о комете. Нельзя слишком долго стоять в магазине и выбирать всякую всячину. Снифф! Допивай немедленно свой лимонад!

Снифф залпом выпил бутылку и захлебнулся. Послышался странный звук, и весь лимонад очутился на ковре.

— Меня вырвало! — крикнул он с упреком.

— Вечно с ним такая история, — объяснил Муми-тролль. — Ну что, пойдем дальше?

— Сколько мы вам должны? — спросил Снорк.

Маленькая старушка принялась считать, а Муми-тролль вдруг вспомнил, что у него нет денег. Он поднял брови и поглядел вопросительно на остальных. Но по их мордочкам понял, что у них тоже ни пенни. Вот это номер!

Старушка сказала, что они должны 40 пенни за тетрадь, 34 пенни за лимонад. Звезда стоила 3 марки и зеркало 5 марок, поскольку на обратной стороне были настоящие рубины. Итого 8 марок и 74 пенни.

Ни один из них не вымолвил ни словечка. Фрёкен Снорк с глубоким вздохом положила зеркальце обратно на прилавок. Муми-тролль принялся развязывать шнурок, на котором висела медаль. Снифф поглядел на ковер, мокрый от лимонада.

А Снорк стоял и думал, стала ли его тетрадь дороже или дешевле после того, как он сделал в ней записи.

Маленькая старушка посмотрела на них поверх очков:

— Вот что я вам скажу, детки мои. Снусмумрик не взял старые брюки, которые стоят ровно восемь марок. Вычитаем одну сумму из другой, и получается, что вы мне ничего не должны.

— А это правильно? — удивился Муми-тролль.

— Конечно правильно, — ответила старушка. — Ведь брюки остаются у меня.

Снорк попытался сосчитать в уме, но не смог. Тогда он сделал следующую запись в тетради:

Тетрадь — 40 пенни

Лимонад (выплюнутый) — 34 пенни

Медаль — 3 марки

Зеркальце (с рубином) — 5 марок

Итого: 8 марок 74 пенни

Брюки — 8 марок

8 = 8

без 74 пенни.

— Ну вот, — сказала фрёкен Снорк, — все сходится.

— Но ведь получается, что семьдесят четыре пенни лишних. Нам надо их получить? — спросил Снифф.

— Не будем мелочными, — заметил Снусмумрик, — скажем, что все сходится.

Они поклонились старушке, а фрёкен Снорк сделала глубокий реверанс. В дверях она спросила:

— А далеко отсюда до танцплощадки?

— Совсем близко, — ответила старушка. — Пройдите немножко вперед. Но танцы начнутся, только когда взойдет луна.

В лесу Муми-тролль вдруг остановился и сказал:

— Эта крыша из дерна не очень-то надежна. Может, старушка захочет спрятаться в нашей пещере?

— В моей пещере, — поправил его Снифф. — Ну что, пойти позвать ее?

— Сходи, — согласился Снусмумрик.

Снифф помчался по дорожке, а они сели на обочину и стали ждать его.

— Ты умеешь танцевать этот новый танец, ну, ты знаешь, как он там называется? — спросила фрёкен Снорк.

— Нет, — ответил Муми-тролль, — я люблю вальс.

— Мы не успеем потанцевать, — заметил Снорк — Посмотрите на небо.

Они посмотрели (кроме фрёкен Снорк).

— Она стала больше, — сказал Снусмумрик. — Вчера была с муравьиное яйцо. А сейчас она похожа на апельсин думаю, что…

— Но уж танго-то ты наверно сумеешь танцевать, — перебила его фрёкен Снорк. — Маленький шаг в сторону и два назад.

— Это вроде бы легко, — согласился Муми-тролль.

— Ах ты моя бестолковая сестренка, ты можешь когда-нибудь быть серьезной?

— Но ведь мы говорили о танцах, — оправдывалась фрёкен Снорк. — А ты вдруг опять завел речь об этой комете. А мне вот хочется говорить про танцы!

Брат и сестра начали снова медленно менять окраску. Но тут прибежал Снифф.

— Она не хочет! — крикнул он. — Она укроется в погребе с вареньем! Но она велела передать всем спасибо и послала каждому по леденцу на палочке.

— А ты случайно не выпросил их у нее? — спросил Муми-тролль.

— Вовсе я не выпрашивал! — возмутился Снифф. — Она сказала, что дает их нам, потому что осталась должна семьдесят четыре пенни. Я только сказал, что она совершенно права.

Они пошли дальше, и дорога двинулась вперед вместе с ними. Темное солнце опустилось к верхушкам елей, а после улеглось спать за горизонтом. Вместо него на небо выплыла луна, какая-то странная — тусклая, бледно-зеленая.

Комета светила еще ярче. Теперь она была величиной с полную луну и освещала весь лес красным загадочным светом.

Танцплощадка находилась на небольшой лесной полянке. Она была украшена венками и светлячками. На опушке сидел большой кузнечик и настраивал скрипку. На полянке было полно народу. Все сидели в ожидании танцев. Маленькие болотные привидения повылезали из высохших трясин и лесных озер. На танцплощадке было полно всякой мелюзги, а под березами сидели и сплетничали древесные духи (древесные духи — это маленькие дамочки с очень красивыми волосами, и живут они в стволах деревьев. По ночам они вылезают оттуда, чтобы покачаться на листьях. Вообще-то, они живут, как правило, в хвойных деревьях).

Фрёкен Снорк достала зеркальце, чтобы причесать челку и поглядеть, хорошо ли она заткнула за ухо цветок. Муми-тролль поправил свою медаль. Он еще никогда не был на большом балу.

— Как ты думаешь, кузнечик рассердится, если я немного поиграю на губной гармошке? — шепотом спросил Снусмумрик.

— Сыграйте вместе, — посоветовал ему Снорк, — научи его играть вот эту песенку: «Все зверюшки прицепили бантики к хвостам».

— Хорошая мысль! — согласился Снусмумрик.