Конфайнмент

— Риск — это моя профессия, — покачал головой собеседник. — К тому же, это не я, а ты и твои архаровцы проявили непозволительный непрофессионализм в акции с Рыжей. Мало того, именно вы допустили, чтобы профессор узнал, что она умерла. Поэтому, сам понимаешь, разговорить его, а тем более заставить сотрудничать у вас не получится.

— А ты, значит, сможешь, да? — криво усмехнулся полковник.

— Нет. Не смогу. Но это сейчас неважно, — Джонни опять откинулся к спинке и скрестил руки.

— А что сейчас важно? — вынужденно спросил Свиридяк.

— Важно то, что из всех участвующих в операции только я могу разобраться в технической и научной части проекта и предложить профессору вариант, с которым он согласится.

— Разве с его стороны это не будет считаться сотрудничеством?

— Нет. Я думаю, он попытается обмануть нас. А мы…

— Обманем его, — догадался Тарас Степанович.

— Вот именно, — кивнул визави. — Но без меня, как ты уже понял, ничего не получится.

Свиридяк выдержал положенную в таких случаях паузу и «нехотя» согласился:

— Ладно. Договорились…

* * *

Ресторан был закрыт уже третий день. На дверях висела предупреждающая табличка, но всё равно — кто-то снаружи регулярно дёргал за ручку, проверяя на всякий случай, а вдруг это просто чья-то глупая шутка…

— Они что, читать не умеют? Или у них глаза на затылке? — возмущённо вскидывал руки владелец заведения, слушая, как очередной гость испытывает на прочность дверные замки.

— А что у тебя там написано? — лениво поинтересовался Тарас Степанович после четвёртого по счёту сердитого возгласа.

— «Закрыто на реновацию», — гордо заявил Зубакидзе.

Полковник пожал плечами:

— Ну, если честно, я бы тоже попробовал заглянуть внутрь, если бы такое увидел.

— Почему? — удивился Оскар. — Ты не знаешь, что такое «реновация»?

— Слово знаю, но что оно означает… — собеседник развёл руками и ухмыльнулся.

Ресторатор уныло вздохнул.

— Вообще говоря, я его тоже не совсем понимаю, но зато как звучит. Ты только послушай. Реновация. Реставрация. Ресторация…

— Угу, — фыркнул Тарас Степанович. — А ещё регистрация, регенерация и реанимация.

— Нет. Последнего, пожалуй не надо, — невольно поёжился Оскар. — Эй, там, на входе! — крикнул он замершему возле дверей охраннику. — Табличку смени! Пусть будет «Закрыто на санобработку». Понятно?.. Давай!..

Прерванный разговор продолжился через пару минут, когда сменивший табличку охранник снова занял свой пост возле входа.

— Как поиски? Результаты есть?

— Рад бы обрадовать, но… — Оскар недовольно скривился. — Ты же ведь сам приказал, чтобы всё делалось аккуратно, а у меня бойцы — парни простые. Чуть что, сразу в репу, какая уж тут аккуратность?

Тарас Степанович засмеялся.

— А просто поговорить с местными, прокачать их, есть ли кто пришлый, религия не позволяет?

— Язык отсохнет столько болтать. И если всё время лясы точить, то с делом и за несколько месяцев не управимся…

— Не беспокойся, управимся, — остановил Свиридяк ресторатора. — Короче, вот тебе новая вводная. Свободные поиски прекращаем, начинаем работать конкретно.

— Где? — сразу же подобрался Оскар.

— Посёлок Хлебниково.

— Откуда известно?

— Сорока на хвосте принесла, — усмехнулся полковник. — Инфа железная, не подкопаешься. Два телефона на левые имена и фамилии. На обоих модуляторы голоса. Разговоры все односложные: да, нет, буду, жди и тому подобное. Регулярная локализация в одной соте. Так что давай, Оскар Шавлович, отзывай всех, выделяй десяток самых смышленых и ставь их на въезды в посёлок.

— А станцию?

— На станции тоже поставь. Но только смотри. Никакой самодеятельности. Увидел, проконтролировал, сообщил, ждёшь команды. И самое главное — не светиться, а то спугнём.

— Не маловато будет десять бойцов?

— Нет. В самый раз. Против двоих больше и не понадобится.

— Но их же вроде бы трое.

— О третьем не беспокойся. Третий — это моя проблема. И ещё…

Зубакидзе весь обратился в слух.

— В акции будет участвовать один, хм, джентльмен, — продолжил полковник. — Скорее всего, он будет косить под рокера-байкера. Ухо с ним надо держать востро, и чтобы двое-трое твоих, как минимум, были поблизости. Если начнёт хулиганить, нейтрализуем его по-быстрому, но без членовредительства.

Оскар почесал за ухом.

— Боюсь, без членовредительства не получится. Мои по-другому не могут.

— Вот поэтому и говорю тебе: на дело бери самых смышлёных.

— Смышлёных возьму, но как им понять, хулиганит он или нет?

— Хулиганство — это если он станет лезть во все щели без моего согласия.

— Понял. Когда начинаем?

— Наблюдение прямо сейчас. Акция по команде. Команду получите от меня. Готовность — самое ближайшее время. Может быть, даже завтра.

— Ясно. Клиентов валим?