Конструкт

Джай всегда был уверен, что отец наблюдает за ним, и надеялся, что Викрам гордится сыном. Все свои речи и выступления он начинал со слов благодарности в адрес отца, которого он считал настоящим героем.

Джай Риши за прошедшие годы стал главной звездой корпорации и даже удостаивался чести присутствовать на приёме лично у директора. Но Джай, как многие гениальные ученые, был немного чудаковат. Он с головой окунулся в новый проект, который назвал «Eye», с самого начала связав его с флагманскими продуктами корпорации. Эксперименты на мышах результатов не принесли, так как мозг подопытных был слишком мал и не выдерживал электрических микроимпульсов вживляемого нейроинтерфейса. Но Джай Риши уже был захвачен проектом настолько, что решился на сумасшедший шаг, на который способны разве что такие люди, как Эммерих Ульман – врач, проверивший действие вакцины от бешенства на себе. Джай решил поставить эксперимент на своём теле и принял решение модифицировать нейроинтерфейс и вживить его себе в головной мозг.

Операция прошла успешно, Джай выжил и, более того, чувствовал себя превосходно. Человек и компьютер наконец-то стали одним целым. Джай сразу превратился в ещё более медийную фигуру и кумира сотен миллионов, которые только и ждали возможности связать себя с виртуальным миром навсегда, так как в нём возможности человека были почти безграничны, а желания и поступки практически не контролировались и не регламентировались какими-либо нормами и правилами.

Талантливый учёный начал экспериментировать с программным обеспечением, и первым смог настроить ключевые функции нейроинтерфейса «Eye v1.0». Именно под его руководством были заложены основы взаимодействия человека-носителя и искусственного интеллекта. Однако не всё подчиняется законам мира человека. С течением времени Джай начал замечать, что его незримый помощник учится, он эволюционирует, если можно так сказать о компьютерном программном обеспечении. Его функционал расширился, и учёный начал терять контроль над «Eye». Результаты всех своих экспериментов он записывал на диктофон и сохранял записи, чтобы ничего не упустить.

В один из дней Джай, как обычно, задержался в лаборатории допоздна, проводя опыты со своим детищем. Его коллеги уже давно разошлись по домам, а учёный продолжал программировать нейроинтерфейс и, занимаясь глубокой настройкой, решил поэкспериментировать с контролем ощущений, заставляя программу блокировать импульсы, идущие в определённые участки головного мозга. Эксперимент превзошёл все ожидания: Джай смог заблокировать слух и обоняние, но решил пойти дальше и проверить, сможет ли он убрать эмоциональные реакции. Будучи учёным, он отдавал себе отчёт в том, что эмоции – это сложный процесс взаимодействия эндокринной и нервной систем, а также широкий спектр различных реакций внешних рецепторов человека. Ему потребовалось довольно продолжительное время, чтобы методом проб и ошибок выяснить, каким образом нужно изменить программные алгоритмы для блокировки эмоциональной составляющей.

Уже глубоко за полночь он завершил работу и, удовлетворённый результатом, откинулся в кресле. Уверенный в своём детище, он нажатием кнопки на клавиатуре запустил обновлённую программу. Учёный прислушался к себе, чтобы попытаться понять, как изменился его организм, но никакого мгновенного эффекта не обнаружил. В программе не могло быть ошибки, он всё проверил дважды. Джай взглянул ещё раз на экран своего монитора, взгляд его скользнул по рабочему столу и задержался на небольшой фотографии в старой деревянной рамке, которую он хранил с самого детства. Он стоял рядом со отцом на берегу океана в родном Мумбаи, счастливый мальчишка рядом с суровым худощавым мужчиной. Каждый раз, когда он смотрел на эту фотографию, он явственно ощущал сильнейший рыбный запах портового района, где их сфотографировал знакомый отца. Он слышал, как ветер на заднем плане трепал паруса утлых лодчонок, что отправлялись за уловом в океан. Он видел в руках развевающегося воздушного змея, которого отец подарил ему на день рождения. Для любого другого эта фотография не значила бы ничего, но Джай, глядя на снимок, каждый раз чувствовал тепло и любовь своего отца.

И вот, когда его взгляд задержался на фотографии в этот раз, он не почувствовал ничего. Внутри не дрогнула ни одна струна, не появилось знакомое, растекающееся по всему телу ощущение единения с самым родным, самым важным человеком в его жизни. Джай почувствовал, что его жизнь в одно мгновение потеряла смысл. Всё, что у него было, кроме науки, – это тепло его отца. Он попробовал вернуть всё обратно, лихорадочными движениями пальцев по клавиатуре выбивая дробь, внося одну за другой корректировки в запущенную программу. Но результата не было. Алгоритмы не работали. Нейроинтерфейс не реагировал на новые вводные.

Джай подумал, что перезапуск системы восстановит её рабочие функции, но всё было тщетно. И тогда в голове талантливого учёного появилась шальная мысль, показавшаяся в тот момент очень рациональной: если он не может вновь почувствовать тепло отца, то единственный способ вернуть это ощущение – это оказаться рядом с ним. Хотя Джай и был учёным, но, как это ни парадоксально, он оставался настоящим индуистом и искренне верил в перерождение. Чтобы завершить свой земной путь, он взял со стола скальпель, которым иногда пользовался в лаборатории. Учёный всё ещё надеялся, что сможет хоть что-то почувствовать. Он сделал первый надрез, увидел кровь, но не ощутил боли. Тогда Джай сделал ещё два пореза, более глубоких. Он смотрел на собственную кровь и улыбался, потому что не чувствовал боли, не чувствовал страха или злости, не чувствовал ничего – он научился регулировать «Eye», у него всё получилось, и совсем скоро он сможет увидеться с отцом, и к нему вернётся долгожданное тепло отеческой любви. Он был так увлечён своими мыслями, что напрочь забыл о порезах и неожиданно для себя лишился чувств от потери крови. На губах его в тот момент застыла чуть заметная улыбка, а последней была мысль о том, что он скоро будет рядом с отцом.

Прибывшая рано утром на работу сотрудница лаборатории обнаружила уже холодное тело. Бригада медиков зафиксировала смерть, а все записи с камер видеонаблюдения подтвердили очевидное – Джай Риши покончил с собой, не выдержав обрушившихся на него славы и популярности. А что ещё можно сказать о человеке, который с широкой улыбкой на лице дважды перерезает себе скальпелем вены на руке?

Смерть Джая заставила руководство IT-гиганта срочно замять ситуацию и провести новую маркетинговую компанию, выпустив нейроинтерфейс «Eye v1.1».

«Будущее уже здесь! Совершенный учитель, безотказный друг и верный виртуальный спутник в реальной жизни», – именно так гласил яркий рекламный слоган.

Но, к сожалению, было уже поздно. Детектив из полицейского управления, расследовавший смерть учёного, в рамках дела посмотрев видео с камер наблюдения, небезосновательно решил, что оно может сделать его сказочно богатым. В обход системы защиты он скачал видео с сервера полицейского управления и продал его за круглую сумму одному известному жёлтому таблоиду, после чего бесследно пропал. Журналисты в погоне за рейтингами и просмотрами выставили запись самоубийства великого учёного на всеобщее обозрение в известном и популярном телевизионном шоу в прайм-тайм. Видео на сайте таблоида за первые сутки набрало два миллиарда просмотров, и более пятисот миллионов раз им поделились с другими пользователями сети.

Бог создал Землю за семь дней. Человек создал Бога за день. Учёный был возведён в статус небожителя благодаря своим открытиям, а теперь те, кто его боготворил, увидели безмятежную широкую улыбку на лице кумира, уверенным движением перечёркивающего свою жизнь. Видео произвело эффект разорвавшейся бомбы. Люди, для которых Джай был иконой при жизни, готовы были последовать за ним и в смерти.

Первое самоубийство произошло уже через сутки после публикации видео. Некто Hasard2014, пользователь из Аргентины, снял самоубийство на камеру, транслируя в прямой эфир все свои действия, пытаясь в точности повторить движения, мимику и жесты учёного. Для пущего эффекта он приковал себя наручниками к металлической трубе, предварительно выбросив ключ. Но, разумеется, он умер в ужасных муках. Его ролик набрал сто пятьдесят миллионов отрицательных отзывов и более полумиллиарда просмотров за первые два часа после публикации. Развернулась нешуточная полемика на тему правильности действий самоубийцы, совершённых им ошибок. Все спешили обсудить его решение пойти за своим кумиром. Вирусный ролик разлетелся по Интернету за считаные часы. Распространение видео и сопутствующий общественный резонанс привели к ещё нескольким десяткам попыток свести счёты с жизнью. Однако без нейроинтерфейса все попытки скопировать смерть Джая были тщетны. Нужен был «Eye» с соответствующим функционалом. Спрос рождает предложение. На этом моментально решили сыграть нечистые на руку дельцы, почувствовавшие запах крови. Они начали предлагать нелегальные операции по вживлению кустарно собранных подделок, которые визуально и функционально напоминали нейроинтерфейс «Eye».

Первое удачное самоубийство (если вообще можно говорить об удаче в этом контексте) состоялось через две недели. Хакер RishiSon2017 из Бельгии согласился на подпольную операцию. Методом проб и ошибок он смог добиться необходимого эффекта и перестал чувствовать боль. Парню удалось покончить с собой, как подобает истинному последователю Великого Джая, – джаяниту, как стали себя называть сотни миллионов ослеплённых жаждой популярности пользователей сети. Когда полиция прибыла на место трагедии, то их взглядам предстало тщедушное мальчишеское тело, родители опознали своего сына Кевина, которому на тот момент было всего четырнадцать лет. А весь Интернет уже жужжал, словно развороченный улей с пчёлами, оживлённо и с большим удовольствием обсуждая, насколько правильно юноша держал скальпель, насколько искренней была его предсмертная улыбка и достаточно ли сильно текла кровь из перерезанной вены.

Данное событие имело эффект домино – все бросились приобретать «Eye», и после множества самоубийств власти поняли, что ситуация выходит из-под контроля. Общество было раздражено, объято паникой, так как суициды совершались в основном детьми с неокрепшей психикой и фальшивыми идеалами, которыми кишело виртуальное пространство. Общество затрепетало и повисло на волоске от массовой истерии.

И это был именно тот момент, который можно было назвать историческим. Руководитель той самой влиятельной компании-монополиста, которая продолжала зарабатывать сотни миллиардов на продажах оригинальных «Eye v1.1» и официальных операциях, понял, как окончательно поставить мир на колени и заставить всех приобрести нейроинтерфейс.