Контракт

Проклятье! Ромм попытался повести глазами по сторонам, чтобы увидеть, присылающих ему в мозг колючие мысли, людей, так как шезлонг был настолько плотен, что не только покрутить головой, но даже пошевелить пальцем он не мог, но перед ним была полная темнота и рассмотреть в ней что-то было, совершенно, невозможно. Но к его удивлению, будто движение его глаз послужило сигналом для флуемолекул, он понятия не имел почему они так называются - ангар, а скорее всего, салон летательного аппарата тут же наполнился серым светом. Перед ним промелькнула какая-то бледная тень и замерла перед его шезлонгом.

– Он! Замена!
– Вошёл в мозг Ромма очень грубый голос.

– Давить?

Ромм опустил веки и буквально перестал дышать.

– Урод! Ты кто? Рот не открывать. Думать перед собой.
– Вошедшие в мозг Ромма последние слова были настолько болезненными, что он невольно простонал.

Пилот, Ромм Вегов. Послал Ромм мысль в никуда.

Перед шезлонгом тут же появился второй серый контур.

– Теплородный.
– Слово грубо кольнуло мозг, заставив Ромма в очередной раз поморщиться.
– Его они и чувствуют. Теперь мы, как на ладони. Как только накопят энергию, будут опять атаковать. Хорошо, что ещё ночь и они не так активны.

– Нужно сбрасывать. Иначе не доберёмся.
– Проскрежетал менее грубый голос.

– Посмотри, что за контракт. Голый урод. Ни с кем подобным прежде не сталкивался. Видимо из какого-то захолустья.
– Вошёл Ромму в мозг более грубый голос.

Серая тень закрыла пространство перед Роммом. По стеклу шезлонга побежали синие змейки.

– Файра!
– Серая тень отшатнулась.
– Тан, си, вуи, фан, фан, тот. Агент Анат Ивн. Защищённый контракт. Доказать ликвидацию будет не просто.
– Менее грубый голос стал мягче.

– Ты знаешь агента?
– Проскрежетал более грубый голос.

– Видел несколько раз в окружении генерала Алла.
– Вошедший Ромму в мозг голос уже почти не принёс ему болевых ощущений.
– Директор Центра Пространственных Трансформаций. Видимо, что-то задумал. Как бы потом нырять за этим уродом не пришлось. Гад, не мог лишние сутки прихватить под анабиоз этому уроду.

– Ты думаешь, что анабиоз закончился? Впервые встречаюсь с подобным.
– Прохрипел грубый голос.

– Мы потеряли более трёх суток, на станции доставки, меняя шезлонги. Они оказались разные. Отсюда и проблема. И всё же, агент - гад.
– Едва разобрал Ромм последнюю фразу.

– Тогда сам иди в зал управления.
– Резко произнёс обладатель более грубого голоса.
– Берег уже где-то недалеко. Может удастся дотянуть. Лишь бы в него воткнуться. Сарты ночью туда не сунутся.

– Я никогда не брался за штурвал. Здесь нет пси-интерфейса. Он сказал, что пилот. Давай его в зал управления. Пусть попробует. Какая разница, где подыхать или здесь или в руках у генерала.
– Мягкий голос стал даже каким-то ласковым и совершенно не принёс в мозг Ромма никаких болезненных ощущений.

– Выпускай!
– Грубый же голос, наоборот, с каждым словом причинял Ромму всё большую боль.

Донёсся тихий свист и Ромм почувствовал, как в лицо ударила струя затхлого воздуха. Он невольно закашлялся.

– Молчи урод!
– Вошли ему в мозг колючие слова.

Ромм мгновенно сжал губы и попытался подавить приступ кашля. После нескольких беззвучных кхыканий кашель исчез. Прошло ещё несколько мгновений и Ромм почувствовал, как его тело начало обретать свободу. Ему захотелось глубоко вздохнуть. Он потянул в себя воздух, но тут же почувствовав его неприятный вкус, остановил своё намерение и резко выдохнув, начал дышать спокойно.

Свист исчез. Ромм попытался поднять руку, она послушно выполнила команду мозга, но в тоже время, перед ним будто была какая-то завеса, отделяющая его от внешнего мира. В тот же миг, будто осознав его свободу, завеса перед ним исчезла и он увидел перед собой высокого худощавого человека. Что это был человек, Ромм не сомневался, так как у него было две руки, с очень длинными пальцами и две ноги, голова, на тонкой шее. Цвет кожи человека был коричневатый или темно-жёлтый, так как в этом сумеречном освещении рассмотреть это точно не представлялось возможным; волос на его голове не было и скорее всего они никогда там и не росли; большие тёмные беззрачковые глаза; хищный нос, несколько удлинённый подбородок и едва заметные губы-ниточки. Одет он был, скорее всего, в курточку коричневого цвета, какого-то военного образца, и такого же цвета брюки, заправленные в очень высокие ботинки, достающие ему едва ли не до колен. Поверх курточки был надет широкий тёмный пояс. Пояс был массивный и никак не гармонировал с худощавой фигурой человека.

– Выметайся урод.
– Вошли в мозг Ромма колючие слова.
– И не вздумай открыть рот.

А ты видел своё отражение? Сам ты урод. Послал Ромм мысли в направлении стоящего перед ним человека, на том же самом языке, на котором получал чужие мысли.

Вместо ответа, человек поднял руку и Ромм почувствовал, как его плечо больно сжали очень цепкие пальцы. Он повернул голову и увидел, что его плечо без одежды. Он опустил взгляд и увидел, что, действительно, совершенно, голый.

– Хаора!
– Невольно прошелестели губы Ромма.

В тот же миг он почувствовал, что, буквально летит и уже через мгновение его глаза встретились с тёмным взглядом бездонных чужих глаз. Окружающая обстановка начала растворяться.

– Если ты окажешься не нужен генералу Аллу, я с удовольствием выдавлю из тебя твоё содержимое себе под ноги и разотру, урод.
– Вошли Ромму в мозг чрезвычайно колючие слова.
– Я, экспеди Крио Шпат, клянусь тебе в этом. Запомни меня, урод. А сейчас - марш в зал управления. И попробуй пискни. Нам уже нечего терять. Но ты первым пойдёшь к сартам в болото на протоплазму.

Наваждение исчезло, но едва Ромм это осознал, как почувствовал, что летит.

Падение было жёстким - пол оказался металлическим и каким-то, будто, шипованным: руки, живот, ноги вспыхнули огнём, но Ромм плотно сжал зубы и не дал вырваться наружу ни одному звуку.

Заключая контракт, Ромм никак не рассчитывал на подобное обращение, со стороны кого бы то ни было, в чужой цивилизации и потому оказался не готов к такому, чересчур, неласковому вниманию к себе и тут же вознамерился при первой же встрече высказаться по этому поводу своему агенту. Но он умел постоять за себя не только теоретически, но и практически и потому, терпеть подобное обращение к себе, со стороны кого бы то ни было, не намеревался.

Гад! Ты у меня пожалеешь о своём поступке. Всплыла у него злая мысль и в тот же миг он резко оттолкнулся и взлетев над полом, перевернулся и согнув ноги, резко ударил ими в корпус Крио Шпата.

Удар получился отменным - Крио Шпат, вскинув руки, полетел вдоль ангара, в котором они находились. В тоже время, Ромму показалось, что он ударил ногами не в тело человека, а в какой-то металлический предмет. Он плотно сжал зубы от пронзившей ступни резкой боли и совершив обратный переворот, стал на ноги и тут же повалился на пол, так как ему показалось, что ног у него, просто-напросто, нет.