Кор-а-кор

– Здесь сказано, что ждут только вас. Кто вас сопровождает?

– Мой телохранитель.

Офицер слегка улыбнулся:

– В этом нет нужды. Внутри дворца вам совершенно ничего не грозит, там вы будете в полной безопасности. Так что ваш слуга может подождать вас здесь.

Ганс отрицательно покачал головой:

– Позвольте с вами не согласиться. Я считаю, что мой телохранитель должен сопровождать меня всюду, куда бы я не направлялся. Я в конце концов плачу ему именно за это.

Офицер согнал с лица легкое подобие улыбки, его голос разом похолодел на пару градусов:

– Это ваше полное право, мастер. Но я вас попрошу оставить лошадей здесь и проследовать ко дворцу пешком. Это вас не затруднит?

– Нисколько. Даже больше, скажу вам я, что с радостью разомну свои старые кости.

– закончив говорить Ганс соскочил с коня, знаком показывая мне, чтобы я следовал за ним.

Рядом с входом в парк располагалась конюшня и небольшой ресторан с заоблачными ценами, рассчитанный на знатное сословие и приезжих послов с других сопредельных государств. Вот туда мы и направились, после того как убедившись в наших благих намерениях, гвардейцы отправились дальше к следующим въезжающим на плошадь.

Оставив лошадей в конюшне и кинув пару медяков конюху, чтобы он позаботился о них в наше отсутствие, мы с Дедом неспешно вошли в парк и двигаясь по центральной аллее направились ко дворцу, который громадой нависал над нами.

Вообще-то дворцом его можно было назвать с натяжкой. Скорее больше подходило слово изящная крепость. Так как изначально данная конструкция задумывалась как укрепленная защита от внешних врагов, это потом, много десятков лет спустя, решили превратить это монументальное сооружение в что-то более изящное. Но, грань никогда не будет Серединным Миром, поэтому стены и дозорные башни остались, правда на них никто ни нес дозоров, да и сами стены были перенесены как можно дальше от замка, для чего, как мне говорили, потратили огромные деньги на найм Серединных магов. Но к чести правителей Аркана всё поддерживалось в идеальном состоянии. Сам же донжон был снесен и на его месте построили здание, которое без восхищения нельзя было описывать. Замок имел три этажа с огромными окнами и башенками в продуманном беспорядке раскинутыми по крыше. Первый этаж был приподнят над землей на пару метров, и чтобы попасть в сам замок нужно было пройти по помпезной лестнице, на которой живыми статуями застыли гвардейцы в позолоченных кирасах. Но пока мы с Гансом только шли по аллеи к этому сооружению. Мой учитель вежливо кланялся важно прогуливавшимся по парку вельможам. Я же как и положено телохранителю отстал от него на пару шагов, не мешая старику напяливать на себя шкуру светского льва.

– Ганс, какими судьбами?
– голос раздался из-за моей спины. Я аккуратно сделал шаг в сторону и повернулся лицом к говорившему.

Высокий и плотного сложения мужчина в добротной одежде, но слишком бедного вида для такого места, быстрым шагом подошел к моему учителю и коротко поклонился, потом с жаром пожал руку Деда и пристроился рядом, показав жестом, что он проводит его ко дворцу. Я быстро и укратко посмотрел на его лицо. Немолодой и определенно не с этой грани, даже можно сказать, далеко не с этих граней. Родина мужчины располагалась вообще по ту сторону Серединного Мира, но высокий рост заставил меня засомневался в его происхождении, хотя почему среди жителей далекой Ямутии не может быть высоких людей? Кто это сказал?

– Мастер Ганс, кто этот субъект за твоей спиной?

Дед в ответ коротко усмехнулся:

– Вы знаете, мастер Исаму, годы берут свое, вот решил обзавестись охраной, а то, знаешь, воры и преступники и все такое прочее.

Оба рассмеялись, а меня прошиб пот. Рядом с Дедом спокойно шагал второй человек после короля, глава тайной службы и, как поговаривали. и представитель Вечного Императора на этой грани. Человек, чья власть в данном месте была безгранична в прямом смысле этого слова. Его слово воспринималось как прямое указание к действию и обжалованию никогда не подлежало. Вторая мысль, посетившая меня после осмысления этого факта заставила меня сконцентрироваться и тихонько, чтобы не дай светлые боги, не почувствовали здешние маги повысить чувствительность своих органов осязания. Фактически сразу я уловил легкие потусторонние запахи, выбивающееся из общего фона окружающих нас зеленых растений. За усилением чувствительности носа последовала маленькая коррекция зрения. Я бросил взгляд по сторонам. Так и есть параллельно нам между кустами, тянувшимися вдоль аллеи и ограждавшими её от парка, скользили едва заметные силуэты. Я смог их увидеть только по едва заметным бликам, скользившим по мимикрирущим накидкам. Тайная служба Исаму и, этим все сказано, четыре тени этого страшного человека, преданные исключительно ему, они с успехом могли поспорить с любым из нас по умению убивать живых существ независимо от их видовой принадлежности. Это было очень плохо что Исаму взял с собой своих ребят, так как мои способности до сих пор были фактически на нуле. И самое обидное что при нападении на нас с Дедом этих парней я даже не смогу обратиться к своему зверю, этот гад спит внутри меня как убитый и проведет в таком состоянии еще минимум день. А колдовать мне здесь просто не позволят, за этим строго следят придворные колдуны и при малейшем намеке на магию на меня обрушится такое, что быстрая смерть покажется самым лучшим выходом. Ситуация патовая, но может все и обойдеться или нам дадут хоть немного времени, мне почему-то кажется что Деда вызвали во дворец не только для того чтобы сразу прирезать, для этого можно была и не замолачиваться, а подождать когда Ганс просто выйдет куда нибудь по делам с резиденции. А тем временем как я насторожено косился по сторонам и отслеживал перемещение ребят Исаму, Дед увлечено разговаривал с ним, лавируя между тоном, который он может себе позволить только с закадычным другом и откровенно враждебными фразами.

– Как ваша жена и дети, мастер Исаму, здоровы?

– Конечно, все очень хорошо. Ребята обещают быть настоящими мужчинами, но вы же знаете с детьми ничего нельзя загадывать, а я уже слишком стар, чтобы их полностью понять. Очень часто даже не могу сообразить, чем руководиться эти сорванцы в тех или иных ситуация? А ваши дела в гильдии идут своей дорогой?

– Да. Все как всегда. Обычная текучка. Ребята приезжают и уезжают. Заказов здесь мало. Так что в основном гуляют по граням, там работы хватает.

– Понятно...
– Исаму пристально посмотрел на собеседника, быстро спросил: - А что заставило вашего одного из лучших парней покинут наш гостеприимный город? Он по моим данным всегда пользовался популярностью у местных аристократов для решения их проблем и споров.

Лицо Деда при этих словах превратилось в маску лишенную каких либо проявлений эмоций, но спросил он совершенно спокойным голосом:

– Вы о Максе?

Исаму усмехнулся, и не отрывая взора от глаз Ганса сказал:

– Да, по-моему его зовут именно так. Вы простите за излишнее любопытство, но он просто покорил меня своей неуёмной жаждой мести к определенным жителям города. Может поэтому я и запомнил его так хорошо, все-таки редко можно встретить человека который бы долгие годы так лелеял свое чувство, далекое от положительного.

– Да секрета в его отъезде нет. Просто Макс решил немного натаскать своего ученика так сказать в полевых условиях. По роду нашей деятельности, мы очень много времени проводим в разъездах и нужно уметь ориентироваться в любой ситуации, а ученик Макса получив фактически все знания наших наставников, катастрофически отстает именно в этом вопросе, вот его учитель и потащил в небольшое путешествие, для дальнейшего постижения науки.

– Понятно...
– протянул Исаму. Потом резко сменив тон, сказал: -Но об этом потом. Можно ли задать тебе еще вопрос?

Ганс невозмутимо кивнул, мол а почему бы и нет.

– Что привело тебя во дворец?

– Меня вызвал правитель, всех подробностей не сообщили, просто попросили явиться ко двору.

Исаму улыбнулся:

– Это очень хорошо, мой друг, что попросили, могли просто приказать.

Голос Ганса мгновенно зазвенел сталью:

– Это врят ли. Мало кто может мне приказывать.

– Ну, Ганс, не обижайся, прости старику его неудачную шутку.
– лицо второго человека грани улыбалось, глаза же цепко следили за реакцией моего учителя. Я невольно напрягся, готовый мгновенно прикрыть спину Деда. Но он видимо в этом не нуждался, так как начал говорить совершенно спокойным голосом: