Король-Уголь

Но от Хала не так-то легко было отделаться. Из зала вела боковая дверь в коридор. Разговаривая с секретарем, Хал вдруг заметил мелькнувшую в коридоре красную физиономию судьи.

Хал бросился за ним. Он не кричал и не шумел, но, очутившись рядом со своей жертвой, сдержанно сказал:

— Судья Дентон, я обращаюсь к вам за правосудием.

Тот обернулся и недовольно поглядел на него:

— Что вам угодно?

Положение было щекотливое, так как Пит Хейнан стоял позади и достаточно было судье кивнуть ему, чтобы сыщик схватил Хала за шиворот. Но, застигнутый врасплох, судья позволил юному шахтеру вовлечь его в разговор. Сыщик растерялся и отступил на два шага назад.

Хал повторил свое заявление.

— Ваша честь, сто семь рабочих — взрослых и подростков — гибнут сейчас в шахте в Северной Долине. Их убивают, а я пытаюсь спасти их!

— Молодой человек, — сказал судья, — я спешу по очень важному делу.

— Отлично, — отозвался Хал. — Я пойду с вами и по дороге изложу вам свою жалобу.

И, не дав «Его чести» возможности высказать согласие или несогласие, Хал пошел с ним рядом, а Пит Хейнан и двое других сыщиков двинулись следом на расстоянии десяти шагов.

Хал повторил всю историю, как рассказывал ее судье Паркеру, и услышал тот же самый ответ: такие вопросы не легко разобрать и вряд ли они касаются судьи. В городе есть специальный горный инженер штата, он один уполномочен решить, совершено ли в данном случае правонарушение.

Хал еще раз заявил, что человек, обратившийся к этому инженеру, был выселен из Северной Долины.

— И меня тоже выгнали оттуда, Ваша честь.

— А вас за что?

— Мне этого никто не сказал!

— Та-та-та, уж положим, молодой человек! Никого без причины не выгоняют!

— Вот именно — выгоняют, Ваша честь! А до этого они посадили меня в тюрьму и продержали там тридцать шесть часов, без малейшего права!

— Ну уж, вероятно, вы в чем-то провинились!

— Я провинился в том, что шахтерский комитет выбрал меня своим контролером у весов.

— Контролером у весов?

— Да, Ваша честь. Мне известно, что существует закон насчет того, что, если рабочие требуют контролера и согласны оплачивать его труд, Компания обязана допустить его к проверке записи их выработки. Правильно я говорю?

— По-моему, да.

— И существует наказание за нарушение этого закона?

— За нарушение любого закона, молодой человек, предусмотрено наказание.

— Мне сказали, что этот закон существует в кодексе около пятнадцати лет и за его нарушение полагается штраф от двадцати пяти до пятисот долларов. Это совершенно бесспорное дело, Ваша честь. Шахтеры сообщили управляющему, что они нуждаются в моих услугах, но, когда я явился в весовую, меня не допустили к весам. Затем меня схватили, бросили в тюрьму и в конце концов выгнали из Северной Долины. Я зафиксировал все это в заявлении, которое сделал под присягой. Полагаю, я имею право требовать ордер на арест виновных.

— Можете вы указать свидетелей, которые подтвердят ваше заявление?

— Могу, Ваша честь. Один из членов шахтерского комитета — Джон Эдстром — находится сейчас в Педро, так как его не пускают вернуться в арендованный им дом, за который он аккуратно платил. Второй — Майк Сикориа — тоже изгнанный оттуда. В Северной Долине есть еще много людей, которые в курсе всего.

Он замолчал. Судья Дентон в первый раз внимательно посмотрел на юного шахтера, шагавшего рядом. Потом он сосредоточенно нахмурил брови и произнес медленно и важно:

— Я займусь этим делом. Ваша фамилия и адрес, молодой человек?

— Джо Смит, Ваша честь. Я поселился в доме Эдуарда Мак-Келлера, но не знаю, сколько я смогу там жить. Шпионы Компании установили слежку за домом.

— Пустые выдумки! — нетерпеливо прервал судья.

— Их трое, — продолжал Хал, — и сейчас они следуют за нами по пятам. Одни из этих шпионов — Пит Хейнан — помог выпроводить меня из Северной Долины. Если вы соблаговолите обернуться, вы увидите всех троих позади нас.

Но дородный судья не соблаговолил обернуться.

— Меня предупредили, — продолжал Хал, — что, предпринимая эти шаги, я ставлю под угрозу свою жизнь. Полагаю, что я имею право просить у вас защиты.

— Конкретно, чего вы от меня хотите?

— Во-первых, чтобы вы распорядились об аресте этих субъектов, которые преследуют меня.

— Подобные аресты не входят в мои обязанности. Обратитесь к постовому полисмену.

— Я не вижу тут полисмена. Не скажете ли вы мне, где его найти?

Такая настойчивость начинала уже раздражать судью.

— Молодой человек, — сказал он, — знаете, в чем ваша беда: вы начитались бульварных романов и это чтение расстроило вам нервы.

— Но эти люди здесь, за моей спиной! Поглядите сами!

— Я уже вам сказал, молодой человек, что это не входит о мои обязанности.

— Меня могут убить прежде, чем я найду полисмена!

Но эта перспектива нисколько не встревожила судью.

— И еще скажу вам, Ваша честь, — настаивал Хал, — пока вы будете рассматривать это дело, люди в шахте успеют умереть!

Судья не ответил.

— У меня с собой есть письменные показания. Вы желаете их взять?

— Если хотите, можете оставить, — ответил судья.

— Но вы у меня их не просите?

— Пока нет.

— Разрешите задать еще один вопрос. Извините, Ваша Честь, но не можете ли вы сказать, где мне найти хоть одного честного адвоката в этом городе — такого, который согласился бы повести процесс против «Всеобщей Топливной компании»?

Последовало молчание — долгое и упорное. Судья Дентон из фирмы «Дентон и Ваглемен» медленно шел по улице, уставившись взглядом вперед. Какие бы бури ни бушевали в его душе, на бесстрастном лице судьи ничего не отражалось.

— Нет, молодой человек, — сказал он, наконец, — не моя это обязанность давать вам справки об адвокатах!

С этими словами судья резко повернулся и скрылся за дверью фешенебельного клуба.

6

Хал стоял и смотрел вслед этому представительному господину, пока тот не исчез; затем круто повернул назад и прошел мимо трех застывших на месте сыщиков. Проходя, он поглядел на них, но не подал виду, что знает, кто они, и они ответили ему тем же. Но, пропустив Хала на двадцать шагов вперед, сыщики снова двинулись за нам.