Король

Но было бы наивно полагать, что они не предпримут вторую попытку.

Они просто найдут другой способ насолить ему.

С помощью Кора.

Боже, если бы он только мог добраться до этого сукиного сына.

– Я не могу заснуть, – сказала Бэт. – Когда ты мечешься по комнате.

– Я хочу остаться.

– Тебе здесь абсолютно нечего делать. Мы в подвешенном состоянии, пока все не выяснится наверняка.

– Кто покормит тебя, когда ты будешь готова к этому?

Ее тон стал нежным. – Я отлично пообедала как раз перед твоим приходом.

Вот... черт.

В конце концов, он был вынужден согласиться, что отдых ей необходим больше, чем его опека. Поцеловав ее пару раз в губы, он позволил Джорджу вывести себя из комнаты и вниз по лестнице.

Спустившись на площадку второго этажа, Роф резко остановился. Его кабинет – последнее место, где он сейчас хотел оказаться…

Стук молотка привлек его внимание. Что за...?

– Лестница, – скомандовал он псу.

Пока Джордж вел его на первый этаж, звук становился все ближе и громче – а его нос уловил запах бетонного порошка в воздухе. И еще чего-то ...

– Хей, – сказал Рейдж. – Как дела?

Роф протянул руку и хлопнул ладонью по ладони Брата.

– Нормально. Что происходит?

– Полы поднимают. В качестве защиты от пыли в проеме установили сверхпрочный пластиковый щит… Фритц надеялся, что мы оставим все настежь, чтобы он мог каждое утро прибираться. Естественно, мы его обломали.

– И правильно.

По ту сторону занавеси раздавались мужские голоса, кто-то над кем-то подтрунивал под шум молотка, разбивающего камень, обычное дело для хорошо знакомых между собой людей.

– Сколько рабочих?

– Семеро. Мы хотим, чтобы они все сделали как можно быстрее и убрались отсюда, а то все как-то дергаются по этому поводу… Джон Мэтью здесь со мной.

– Привет, Джей-Эм, – кивнул Роф в сторону, где учуял запах парня.

– Он тоже тебя приветствует и спрашивает, как себя чувствует Бэт?

– Она в порядке. Реально в порядке. Спасибо за все, сынок.

– Он говорит, что не за что. Вы оказали ему честь.

Хороший паренек. Который становится великим мужчиной.

– Я хочу встретиться с ними, – вдруг сказал он, без какой-либо на то причины.

Последовала долгая пауза, во время которой, он готов был поспорить на что угодно, Рэйдж и Джон уставились друг на друга, думая о том, как этого избежать.

– Отлично, рад, что вы согласны, – заявил Роф и дернул Джорджа за поводок.

Собака остановилась, давая понять, что они дошли до барьера, и Роф протянув руку, коснулся плотного щита. Отпустив поводок, обеими руками он сдвинул щит в сторону, осторожно, чтобы не вырвать держащие его канаты.

Разговоры немедленно прекратились.

Только кто-то выдохнул:

– Срань... Господня.

Послышался грохот, словно инструменты попадали на пол… а потом шорох.

Словно семеро человек только что рухнули на колени

На мгновение глаза Рофа заслезились за очками.

– Добрый вечер, – он постарался сказать это обычным тоном. – Как идет работа?

Ответа не последовало. И он почувствовал запах глухого неверия, который был похож на аромат жареного лука… не сказать, что сильно неприятный.

– Мой господин, – послышалось тихое приветствие. – Это большая честь лицезреть Вас.

Он открыл рот, чтобы оборвать эту фразу ... и сразу захлопнулся, потому что понял, что это была правда. Для всех и каждого из них. Они на самом деле были в благоговении.

Хриплым голосом он произнес:

– Добро пожаловать в мой дом.

***

Когда Джон нырнул под щит и выпрямился позади Рофа, то подумал о том, что сделал это очень вовремя.

Семеро рабочих опустились на одно колено, склонили головы, часто моргая, словно Роф был солнцем, свет которого они с трудом выносили.

Когда Король заговорил, пять приветственных слов из его уст оказали преображающий эффект: рабочие подняли на него взгляды... полные любви.

Роф сделал вид, будто огляделся.

– Ну, и как, думаете, все проходит?

– Мы вскроем полы. И положим новые.

Снова последовало переглядывание… пока Роф водил туда-сюда очками, словно озирался по сторонам.

– Вы... – Бригадир откашлялся, словно ему было больно говорить. – Вы предпочли бы другую бригаду?

– Что?

– Мы каким-то образом огорчили нашего Господина, что он сам вышел к нам?

– О Господи, нет, конечно. Мне просто интересно. И все. Я ничего не смыслю в строительстве.

Бригадир взглянул на каждого из своих мужчин.

– Ну, это ниже Вашего достоинства, Милорд.

Роф грубо рассмеялся.

– Ни черта подобного. Это достойная работа. Здесь нечего стыдится. И как вас зовут?

Бригадир от удивления вытаращил глаза, словно это последнее, что он ожидал услышать. Тогда он поднялся с колена и поправил свой пояс с инструментами.

– Я Элф. А это… – И быстро представил остальных.

– У вас у всех есть семьи?

– У меня дочь и подруга, – сказал Элф. – Моя первая шеллан умерла в родах.

Роф прижал руку к сердцу, словно его что-то ударило.

– О, черт. Мне так жаль.

Бригадир моргнул, глядя на Короля.

– Я... Спасибо, Милорд.

– Как давно ты ее потерял?

– Двенадцать лет, – мужчина откашлялся. – Двенадцать лет, три месяца и семнадцать дней назад.

– Как поживает твоя дочь?

Мужчина пожал плечами. Затем покачал головой.

– Она в порядке…

– Она парализована. И она настоящий ангел, – заговорил парень, что стоял позади и до этого произнес «срань господня».

Начальник бросил на него быстрый взгляд, словно не хотел беспокоить этим Рофа.

– Парализована? – кажется, Роф побледнел. – С рождения?

– А... да. Ей причинили травму. Она родилась без надлежащей помощи. Рядом был лишь я, а из меня жалкий помощник.

– А где был Хэйверс, мать его?

– Мы не смогли попасть в клинику.

Роф гневно раздул ноздри.