Королева

Неожиданно всё приобрело смысл, я поняла реакцию Бохана, когда они поймали меня, и спешку с моим похищением. Он знал, что один из его людей был в храме и, следовательно, знал, что я должна была видеть и слышать замысел использовать шкуру драккана, чтобы пройти через чары храма. Они не могли рисковать тем, что я поделюсь этой информацией с Неблагими, так что они забрали меня раньше, чем я смогла говорить.

Айбел шагнул вперёд, и я впервые заметила что-то в его руках. Я подумала, что это был другой даннакин пока он не поднял его, и я не увидела ободок из того же металла с вкраплениями кусочков кости драккана.

Новая волна страха пронзила меня, и я отступила. Конард поймал меня и потащил назад. Холодный металл зажал мои запястья, и он дернул мои руки высоко над головой, чтобы закрепить кандалы на крюке, вбитом в каменную стену. Он схватил меня за голову и заставил быть неподвижной, пока Айбел плотно надевал на меня ободок.

— Обычный даннакин не работает на тебе, так что мы должны использовать другую технологию, — Королева Анвин подошла и встала в полуметре от меня. — Мои люди экспериментировали с созданием более эффективной версии, после которой, как мне сказали, старый даннакин кажется почти приятным. После одного использования ты будешь умолять рассказать мне то, что я хочу знать. Кричи, не стесняйся. Никто тебя здесь не услышит.

Два стражника отошли от меня.

— Готово, — сказал ей Айбел.

Она постучала по подбородку тонким пальцем.

— Бохан всё ещё в Неблагом Дворе, так что я продолжу с того места, где он остановился. Давай начнем с последнего вопроса, который он задал тебе. Как ты пережила своё обращение?

Я сжала губы и схватилась за цепь между кандалами. Это просто боль, напевала я снова и снова в своей голове, пока металлическая лента вокруг моей головы становилась всё теплее. Ты сильная, Джесси. Ты сможешь справиться…

У меня вырвался крик, когда пламя охватило мою голову. Я билась в агонии, когда моя кожа покрылась волдырями, а волосы пожухли. Запах горелой плоти и волос заполнил мой нос и горло, пока я не потеряла способность дышать.

Аедна, пожалуйста, я беззвучно закричала, потому что мои обугленные губы больше не могли произносить слова.

Её прохладная рука коснулась моего лба, и огонь ослаб, как и в прошлый раз. Боль всё ещё ощущалась, но была сносной, и я могла набрать воздух в легкие.

Так же внезапно, как и начался, огонь исчез. Я висела на кандалах, упираясь подбородком в грудь, и слёзы текли по моим щекам. Руки болели от напряжения, но я не могла собраться с силами, чтобы встать во весь рост и снять с них тяжесть своего веса.

Рука обхватила мой подбородок и подняла мою голову. Я открыла глаза и встретилась с холодным взглядом королевы. Она выглядела в равной степени сердитой и любопытной, изучая моё лицо, прежде чем позволила моей голове упасть вперёд.

— Увлекательно. Это действительно впечатляет, — она постукивала ногой по полу. — Я должна сказать тебе, что с каждым разом будет становиться только хуже. Ты можешь сейчас ответить на мой вопрос и спасти себя от боли. В конце концов, ты сломаешься, и я получу то, что хочу. Я всегда получаю.

В этот момент я поняла, что не выберусь отсюда живой. Даже если я дам ей то, что она хочет, она не отпустит меня после похищения и пыток. Хуже того, она может понять, как использовать меня и камень богини против людей, которых я люблю. Я не знала, какая у неё конечная цель, но я умру раньше, чем дам ей такую власть.

Потребовалось нечеловеческое усилие, чтобы поднять голову, и несколько попыток, прежде чем я смогла произнести:

— Ты не сможешь сломать меня.

Я получила небольшое удовлетворение, наблюдая, как самообладание Королевы Анвин пошатнулось, прежде чем она улыбнулась и сказала:

— Давай попробуем снова.

Затем я не ведала ничего, кроме боли.

* * *

Меня разбудил озноб. Я открыла воспалённые сухие глаза и уставилась в темноту, осторожно выпрямляя своё окоченевшее тело. Я спала в позе эмбриона на холодном полу. Болело всё, даже ресницы, а моё горло было таким саднящим и пересохшим, что я едва могла глотать.

Я застонала, когда наконец-то смогла перекатиться на спину. Ловя ртом воздух, я немного отдохнула, оценивания состояние своего тела. Одежда была пропитана потом, от чего она липла к телу, а в воздухе витал едкий запах мочи. Я скривила лицо, осознав, что обмочилась, и до сих пор была в перепачканных брюках.

Мои зубы стучали. В комнате было так холодно, что я могла бы увидеть пары своего дыхания, если бы тут был свет. Я заставила себя встать на четвереньки и поползла по комнате в поисках паллеты, на которой проснулась ранее. Мои пальцы задели грубую ткань, и я рухнула на убогий паллет. Тут не было защиты от холодного ветра, проникающего сквозь окна, но, по крайней мере, паллет создавал барьер между мной и ледяным полом.

Я свернулась в клубок и стала отвлекать себя мыслями о Лукасе. Я знала, что он ищет меня, но знал ли он где смотреть? Поверит ли он в ложь, что я сбежала, или он поймёт, что за моим исчезновением стоят Благие? И даже если он действительно подозревает Благих, что он сможет с этим поделать, не имея доказательств их причастности? Разве кража ки'тейна не сошла им с рук по той же причине?

Мои мысли переключились на менее приятные, и я непроизвольно всхлипнула от воспоминаний, которые преследовали меня. Я понятия не имела как долго Королева Анвин и её мужчины использовали даннакин на мне, и только прохладная рука Аедны не дала мне сойти с ума от боли. Вот чего я не понимала, так это почему Аедна позволила этому случиться со мной, ведь достаточно всего одного её появления и всё это было бы прекращено. Было ли это некого рода испытание, чтобы понять, смогут ли они сломать меня?

Они не смогли. Я никогда не забуду яростный вид королевы, когда она поняла, что никакое количество боли не заставит меня выдать секреты. Она орала на меня, слюна летела из её рта, когда она злопыхала и угрожала уничтожить всё, что было дорого мне. Даже два её стража таращились на неё, словно она сошла с ума.

Несмотря на дискомфорт, я снова уснула. Когда спустя некоторое время я открыла глаза, тонкая линия неба виднелась через окна. Я была там, где была, несчастная и замёрзшая, а день просыпался, и утренний свет начал медленно заполнять комнату.

Только когда я услышала скрип двери, я перевернулась, чтобы посмотреть, кто вошел в мою тюрьму. Я ожидала увидеть королеву и её охранников, но это была темноволосая женщина в простом платье, похожем на те, что носили эльфийки в Неблагом Дворе. Увидев, что я смотрю на неё, она резко обернулась, отчего сопровождавший её стражник врезался ей в спину.

— Я принесла тебе свежую одежду, — в руках она держала сверток.

— Спасибо, — я захрипела и тут же закашлялась.

Было ощущение, что я полоскала горло битым стеклом.