Космическая опера

– Большое спасибо,- ответила дама Изабель, чрезвычайно польщенная таким замечанием.

Бернард Бикль с улыбкой закивал головой в знак согласия. '

Ментальный воин удалился со сцены. Минуты две продолжалась тишина, внезапно прерванная ударом в большой гонг. Это послужило сигналом к началу удивительных и чудовищных событий. Снизу фонтаном вырвался поток пламени; сверху с грохотом в проход между сидениями упали железные рельсы. Затем откуда-то сверху появились шесть маятников с острыми, как у бритвы, краями и начали раскачиваться взад-вперед. Завыла оглушительная сирена, ей ответила еще одна, со свистом упал огромнейший валун, привязанный к цепи, и начал раскачиваться в дюйме над головами зрителей. Струя пламени ударила горизонтально, затем вертикально, и в довершение ко всему сверху посыпались раскаленные докрасна капли металла… Через две минуты сорок секунд труппа начала визжать, падать в обморок, короче, предалась всевозможным видам истерии.

Представление закончилось совершенно внезапно. На металлических цепях сверху и по краям арены появились ментальные воины и принялись презрительно завывать, мяукать, кричать. Позже Дарвин Личли сумел вспомнить некоторые из их комментариев: "И откуда только взялись такие трусишки?" Или: "Мы же просидели три часа на вашем худшем из худших представлений!" Или совсем уж обидное: "Ну и слабаки же живут на Земле!".

Бестолковым стадом труппа вернулась на "Феб". Дама Изабель тут же отдала приказ собирать театр и стартовать при первой возможности.

Вскоре "Феб" полетел обратно к Землеграду, чтобы высадить Дарвина Личли, после чего незамедлительно отправился дальше в космос.

Глава девятая

На следующий день, когда Пси Орион превратился в почти анонимную небольшую звездочку, дама Изабель наконец пришла в себя настолько, что смогла обсудить с Бернардом Биклем события, произошедшие на плато.

– Мне бы не хотелось обвинить кого-либо в недоброжелательности,- заявила она,- и я не нахожу в случившемся злого умысла.

– Вероятно, так оно и есть,- согласился Бернард Бикль.- Скорее всего, мы просто не так поняли друг друга… Попали в ситуацию "испорченный телефон"., Ну и шут же гороховый этот мистер Личли. Полная некомпетентность!

– Вынуждена с вами согласиться,- кивнула дама Изабель.- Только совершенный профан мог перевести "испытание" как "представление" или "вызов" как " пригл ашение ".

– Но надо быть справедливым,- задумчиво заметил Бикль,- он с самого начала честно признался, что слабоват в языках. Однако все пропустили это заявление мимо ушей.

В салон вошел капитан Гондар и присоединился к беседе. Выглядел он очень плохо: под глазами были черные круги, а его и без того болезненный цвет кожи приобрел желтоватый оттенок. Дама Изабель сделала по этому поводу, возможно, не слишком-то тактичное замечание:

– Вам надо бы делать какую-нибудь зарядку, капи тан Гондар. Даже в наш век биологических чудес че ловек должен и сам прикладывать некоторые усилия, чтобы разгонять по венам кровь.

В ответ капитан Гондар лишь безразлично кивнул и сразу же перевел разговор на другую тему:

– Не так давно я упоминал одну цивилизованную и культурную планету…

– Да, я хорошо об этом помню. А также о том, что для этого нам придется делать крюк.

– Возможно, совсем небольшой,- возразил Гондар,- Все зависит от того, каким образом вырулить на Гидру. Вы верно заметили, что пунктом нашего назначения является система Кита… Правда, я не уверен в разумности такого решения…

– Что! – негодующе воскликнула дама Изабель.- Посещение Рлару – главная цель нашего путешествия! Мы ни на секунду не должны об этом забывать!

Капитан Гондар потер лоб.

– Да, разумеемтся. Но эта планета на Гидре не менее развита, чем Рлару. Местные жители могут даже со гласиться послать на Землю какой-нибудь коллектив точно так же, как это в свое время было с Девятой труппой.

Дама Изабель бросила взгляд в сторону Бернарда Бинкля, тот скептически покачал головой.

– Капитан,- заговорила она спокойным голосом,- эта планета, несомненно, заслуживает посещения. Но у нас есть продуманный, тщательно разработанный мар шрут, и мы просто не можем бросаться из угла в угол, следуя случайным идеям,- капитан Гондар хотел что- то возразить, но она подняла руку.- Есть и еще одно веское основание не сбиваться с намеченного курса. Наш ближайший пункт назначения – Жаворонок. Если мы сумеем принести хоть одну радостную искорку за ключенным там беднягам, то все наши усилия и затра ты можно будет считать оправданными. Жаворонок на ходится в Эридане, а это всего лишь небольшое откло нение от курса на систему Кита, так что, как видите сами, об изменении маршрута не может быть и речи.

Капитан Гондар отрешенно и грустно уставился на нее.

– На вашем месте,- без всякой жалости сказала дама Изабель,- я бы обратилась к доктору Шенку за тоником. Мне кажется, вы перетрудились.

Капитан Гондар издал неприятный хриплый звук, вскочил на ноги и вышел из салона.

– Странный человек! – заметила дама Изабель.- Что, интересно, его мучает?

Бернард Бикль улыбнулся.

– По-моему, у капитана Гондара небольшое недо могание в связи с тем, что он никак не может дойти, как сказал бы Карвет, до блаженства на "розовых лепе стках".

Дама Изабель возмущенно покачала головой.

– Какая бесстыжая дрянь! Сначала бедный Род жер, а теперь капитан Гондар! – она решительно взя ла подобранные для нее Биклем заметки по Эридану BG12-IV, известному в народе как Жаворонок.- Одна ко полагаю, нам не стоит вмешиваться в это дело,- она углубилась было в чтение заметок, но почти мо ментально подняла недовольный взгляд.- Бернард… вам не кажется, что вы чересчур строги?

Бикль удивленно нахмурился.

– Вы о чем?

– Вы ни слова не говорите о физических условиях на планете, относительно ее особенностей вы заявляете следующее: "Жаворонок интересен тем, что в последние двести лет является исправительной колонией для наиболее закореневших, неисправимых и жестоких преступников в человеческой Вселенной".

Бикль пожал плечами.

– Ну и что? Жаворонок имеет известную репутацию последней инстанции.

– Я отказываюсь думать об этой планете в таком контексте,- возразила дама Изабель.- Многие из этих "преступников" просто жертвы обстоятельств.

Говоря это, она бросила беглый взгляд на Роджера, только что вошедшего в салон.

– В какой-то мере это можно сказать про каждого из нас,- заметил Бернард Бикль.

– Именно это я и имею ввиду! В каком-то смысле я рассматриваю "Феб" как судьбу… но благотворную судьбу. Если мы сумеем убедить хотя бы дюжину осужденных в том, что они не забыты, не заброшены; если после нашего посещения эта дюжина посмотрит на себя новыми глазами, то визит на Жаворонок уже будет являться большим успехом.

– Вашей сентиментальности можно только позавидовать,- сказал Бернард Бикль и с явным сожалением добавил: – Теоретически у меня, конечно, нет никаких возражений против гуманизма.

– Пожалуйста, не относитесь к моим словам так уж серьезно. Сказать по правде, я сегодня просто не в духе. Проблемы так и валятся на нас, мы не достигли и половины того, на что надеялись, и вообще, вся эта затея начинает казаться довольно пустым мероприятием.

– Выступления на Заде отобрали у нас слишком много сил,- сказал Бернард Бикль,-Но одино-два успешных выступления, несомненно, все исправят и поднимут дух.