Крафтер

Григорий молчал, но выражение лица говорил само за себя. Я кивнул и направился вниз. Там, прямо в холле, стояла Лиза. Её руки были скрещены на груди, взгляд насупленный, а в воздухе явно витало что-то, напоминающее грозу.

— Верни мне Плюма, — заявила она вместо приветствия.

Я лениво улыбнулся, сложив руки за спиной.

— Доброе утро, Елизавета. Рад видеть, проходи, чувствуй себя как дома.

Она прищурилась.

— Не надо этих любезностей. Верни мне Плюма.

— Ага, конечно, — кивнул я, будто соглашаясь. — Просто отдам, и ты уйдёшь?

Она сжала губы.

— Я попробую ещё раз.

— Ещё раз? — переспросил я, усмехнувшись. — Ты уверена, что хочешь повторить свой… хм… магический трюк? Напомню, условия те же. Если опять провалишься, то… — я сделал паузу, наслаждаясь моментом. — Ты уже мне «торчишь», а это значит, что сумма долга кратно возрастёт.

Лиза мрачно посмотрела на меня, но в её глазах уже мелькало что-то похожее на тревогу. Я же просто наслаждался ситуацией. Ах, как же прекрасно начинается это утро!

Девушка подняла подбородок, явно собираясь пустить в ход последний козырь:

— Если ты не хочешь решить это мирно, я могу попросить отца заняться этим вопросом. Думаю, результат тебе не понравится.

Я выслушал её с искренним интересом, потом медленно улыбнулся.

— Правда? — с любопытством протянул я. — Ну, попробуй.

Она ожидала чего угодно — раздражения, гнева, может, даже страха. Но я просто стоял перед ней, спокойно и уверенно, с лёгкой усмешкой на губах.

— Лев…

Я поднял ладонь, останавливая её.

— Лиза, мне, если честно, плевать.

Она сжала губы, но промолчала. Я кивнул, сделав шаг назад.

— А теперь извини, но у меня, знаешь ли, очень много дел. Крайне важных, невероятно срочных!

Лиза ещё секунду смотрела на меня, будто пытаясь прожечь взглядом дыру в моей чертовски самоуверенной физиономии. А потом молча развернулась и вышла, оставив после себя лишь едва уловимый аромат злости и раздражения.

Отличное утро. Я это уже говорил?

Развернувшись, я неспешно направился в столовую, предвкушая завтрак. После утренних разборок с Лизой аппетит у меня только разыгрался.

На столе уже ждал поднос с едой — горячие тосты, яйца с беконом, кофе и что-то сладкое, подозрительно похожее на булочку с корицей. Настасья явно не теряла хватки.

Я уселся поудобнее, подцепил вилкой кусок яичницы и задумался. Чем бы себя занять? Вариантов было много: заняться артефактами, устроить инспекцию поместья, устроить новую тренировку… но ни один из них не вызывал должного энтузиазма.

Я откинулся на спинку стула, бросив взгляд в окно. За стеклом простиралась территория поместья, заросшая травой, а за ней — море. Море…

И тут я осознал, что с момента моего появления в этом мире я так и не удосужился в него окунуться. Это надо было исправлять! Я довольно кивнул самому себе и быстро доел завтрак. Когда последняя капля кофе исчезла из чашки, я уже окончательно утвердился в своём решении.

Поднявшись из-за стола, я направился к выходу. Мой мотоцикл, чёрный, как ночь, стоял под навесом, сверкая в утреннем солнце. Я сел, проверил управление и запустил двигатель. Магия внутри механизма мягко отозвалась, разгоняя энергию по зачарованным деталям.

Скоро я буду у моря. Я тронулся с места, и особняк остался позади, скрываясь за поворотом дороги.

Я подъехал к пляжу и припарковал мотоцикл у ограждения. Двигатель заглох, а я с неудовольствием осмотрелся.

Народу было… много. Нет, не просто много — до отвращения много. Многоголосая толпа, опаленная солнцем и пропахшая потом и морской водой, занимала буквально каждый квадратный метр песка. Семьи с детьми, компании друзей, влюблённые парочки, хмурые одиночки — все они рассыпались по берегу, словно колония муравьёв, жадно вцепившихся в летний день.

Такое меня категорически не устраивало. Но тут мой взгляд зацепился за пирс, где качались на волнах прогулочные катера. Белые, элегантные, манящие к себе. Вот это уже интереснее.

Но катер — это, конечно, прекрасно. Только что за удовольствие кататься на нём в одиночку? Это как пить дорогой коньяк в тёмной комнате, глядя в стену. Так дело не пойдёт.

Я усмехнулся и направился к пляжу. В голове уже сложился чёткий план.

Пройдясь немного вдоль берега, я выцепил взглядом две подходящие кандидатки — две девушки лет двадцати, загорающие чуть в стороне от основной массы людей. Одна — брюнетка с озорными карими глазами и хищной улыбкой, вторая — блондинка с чистым взглядом и явно более сдержанным характером.

Я подошёл ближе, создавая вокруг себя ауру лёгкой самоуверенности.

— Добрый день, леди, — начал я, легко улыбаясь.

Обе подняли взгляды. Брюнетка прищурилась с интересом, блондинка лишь вопросительно вскинула бровь.

— Добрый, — осторожно ответила вторая.

— А вот и нет, — качнул я головой. — День у вас унылый.

Брюнетка усмехнулась:

— Правда? И чем же?

— Лежите тут, жаритесь на солнышке, пьёте тёплый лимонад, вдыхаете ароматы чужого солнцезащитного крема… — я махнул рукой в сторону толпы. — Это не отдых, это выживание.

— И что ты предлагаешь? — брюнетка заинтересовалась, а это уже половина успеха.

Я чуть наклонился вперёд, понижая голос, будто выдавал мировой секрет:

— У меня есть катер. У вас есть настроение для приключений. Чувствуете, к чему я веду?

Блондинка покачала головой:

— С чего ты взял, что у нас есть настроение?

— С того, что вы не сказали «нет» сразу, — ухмыльнулся я, блеснув родовым перстнем.

Девушка чуть прикусила губу, раздумывая. Ее подруга, брюнетка, уже вовсю улыбалась.

— И что за катер? — полюбопытствовала она.

— Тот, что я сейчас сниму. Но мне не по себе пить шампанское и загорать на палубе в полном одиночестве, — я театрально вздохнул. — Скука — страшная вещь, согласны?

Они обменялись взглядами. Блондинка колебалась, но брюнетка уже приняла решение.

— Вино будет?

— Сколько угодно.

— Тогда я в деле, — сказала она и посмотрела на подругу. — А ты?

Блондинка оценивающе посмотрела на меня ещё раз, будто искала подвох.