Крепче брони

Еще была она непоседой. Рано начала верховодить мальчишками и девчонками. Позднее это ей очень пригодилось. И не случайно, когда приняли в комсомол, сразу же назначили пионервожатой.

Время было тревожное. Все мы, молодежь и подавно, жили тогда событиями в Испании. В Одессу привозили детей республиканцев, и Анна с подружками каждый раз бегали их встречать. Она тогда уже возненавидела фашистов, не щадящих даже детей.

Человека воспитывает вся жизнь. Встречи, события, повседневная обстановка постепенно формируют его характер. Но бывает, что какой-то случай, врываясь в его душу, делает больше, чем годы этой повседневности. Таким «случаем» для Анны стал кинофильм «Чапаев». Сколько раз смотрела его. И как-то так получилось, что все внимание сосредотачивалось на одном эпизоде. Помните Анку за пулеметом? Каппелевцы идут в «психическую» атаку. Грозно, несокрушимо, с барабанным боем. В рядах чапаевцев неуверенность, замешательство. Они уже начинают пятиться, кое-кто поднялся, побежал. А Анка лежит за пулеметом. Лежит и ждет, чтоб поближе. Ведь патронов мало… А каппелевцы совсем рядом, сейчас сомнут и ее. Но вот она нажимает на гашетки пулемета. Длинные очереди косят вражеские цепи… У Анны Рыбаченко вырывается вздох облегчения. А когда на горе появляется во главе конницы сам Чапаев, она не может усидеть на месте. Вскакивает, аплодирует, кричит…

Трудно выразить, какое воздействие оказал на Анну тогда этот фильм. То, что с тех пор ее стали называть Анкой, было лишь внешним отражением ее переживаний. И, вероятно, совсем не случаен тот факт, что, когда в 1939-м, после освобождения Западной Украины, туда потребовались учителя, она вызвалась поехать одной из первых.

Ее отговаривали — не бросай университет. Даже пугали: будет очень трудно. Но она была непреклонна.

— Вот и хорошо, что трудно. А в университете я могу учиться и заочно.

В первый же день по приезде на новое место с ней приключилась забавная история. Комнату ей отвели в школе. Вечером, надев коньки, Анна побежала на речку, где на льду резвилась ватага ребят. Кто-то подставил ей подножку, и она растянулась. Плохо пришлось обидчикам.

Что взять с девчонки! Правда, она забыла, что уже не просто девчонка… И вот конфуз. Утром на следующий день приводит ее директор в четвертый класс и представляет:

— Новая учительница Анна Алексеевна.

А Анна смотрит на ребят и многих узнает: это ведь с ними она подралась вчера вечером на реке.

Но все обошлось благополучно. Они быстро подружились. Случай на реке, быть может, даже помог этому.

Только втянулась по-настоящему в работу, а ее вызывают в Одессу:

— Поедешь в Северную Буковину. Старшей пионервожатой…

Здесь она не раз слышала выстрелы из-за угла, подвергалась опасности — агентура прежнего боярского строя, румынской сигуранцы не могла примириться с осуществлением народной мечты о воссоединении с родной Советской Украиной. Но не это осталось в памяти Анны о пребывании на новом месте.

«Вы знаете, что значит принять первую пионерку?! Это была Елена Максимюк, или просто Оленка. Сейчас она народный судья Глыбокского района Черновицкой области».

Из письма А. Рыбаченко.

3

Война застала Анну на границе. Накануне, 21 июня, она, секретарь Глыбокского райкома комсомола, выехала с активистами в пограничное село Белая Криница договориться, как лучше отпраздновать годовщину воссоединения с Советской Украиной. На рассвете они вместе с пограничниками вступили в бой.

Первое ранение. А матери в Одессу эвакуированные из Черновиц принесли страшную весть: ее дочь погибла.

…Генерал был неумолим. В который раз она пробивалась к нему на прием. Но все бесполезно.

— Сколько раз вам говорить: женщин не принимаем! Не женское это дело.

Он еще старался соблюсти такт. Но Анна чувствовала: вот-вот сорвется. А довести его до этого, значит действительно потерять все.

Направилась к выходу.

А вдруг она в этом кабинете последний раз? Генерал может сдержать свое слово, и ее сюда просто не пустят…

У самой двери остановилась. Перед глазами живо предстала дорога отступления. От самой границы. Через всю Украину. А сколько за эту дорогу передумано горестных дум?.. И о судьбах людей, отходивших на восток, и о судьбе Родины в этом грозном испытании. А она, готовая отдать свою жизнь за этих людей, за Советскую власть, не у дел… Когда добралась до Воронежа и узнала о курсах младших лейтенантов, которые организует штаб Юго-Западного фронта, решила: наконец-то! Стану настоящей Анкой-пулеметчицей… Уж я тогда покажу этим гадам фрицам…

Нервы сдали.

— Да я же с первого часа войны на фронте. Вот этими руками фашиста уничтожила. А вы…

— Рыбаченко, вернитесь! — приказал генерал, стоявший у стола. — Расскажите, как вы уничтожили того фашиста.

— Это еще в истребительном отряде, товарищ генерал, — стараясь успокоиться, сказала Анна. — У меня сломалась лыжа, и я отстала от своих. Слышу, кто-то разговаривает, но слов не разберу. Рядом стог сена. Осторожно подхожу. А тут фриц — я сразу поняла, что он по телефону передает сведения. Не может же наш солдат прятаться от своих! Я вначале немного растерялась. Потом подняла винтовку и — прикладом по голове. Забрала у немца документы, оружие и сдала в штаб…

Генерал долго молчал. Анна почувствовала, что сейчас решается ее судьба.

— Стрелять-то умеешь?

— Товарищ генерал, я еще в педучилище сдала все нормы ГТО и стреляю хорошо…

Опять молчание. И вот:

— Ладно, оставайся. Зачислим.

Это было в мае сорок второго года в Воронеже.

Многие сотни парней и одна девушка. Но Анна была не из робких и не привыкла уступать ребятам. Было и другое — жгучая ненависть к фашистам, захватчикам, желание отомстить им…

Обстановка в Воронеже вначале была довольно спокойной. Фронт далеко. И, пользуясь возможностью, она упорно, с присущей ей настойчивостью занималась. Изучала уставы, материальную часть оружия, тактику, совершенствовала стрельбу.

«Когда научилась стрелять из миномета и противотанковой пушки, я уже считала себя артиллеристом. Но „максим“ был моей мечтой. У меня была мирная профессия — учитель, затем секретарь райкома комсомола, и вдруг, нет не вдруг, а от большой ненависти к врагу, мне захотелось уничтожать их группами, а не в одиночку, что я и делала до конца войны».

Из письма А. Рыбаченко.

Своим оружием Анна владела в совершенстве. Могла с закрытыми глазами исправить любую неисправность. Имя Анки-пулеметчицы прочно закрепилось за ней среди курсантов.

С каждым днем фронт приближался к городу. Участились налеты вражеской авиации. Дни курсанты проводили в классах, на стрельбище, в поле, а ночью дежурили на крышах домов, боролись с «зажигалками». А предприятия, местное население спешно эвакуировались на восток.

Курсы срочно перевели под Саратов. В августе состоялись экзамены, на которых присутствовал маршал С. К. Тимошенко…

Эшелон увозил на фронт молодых младших лейтенантов. Анна нет-нет да и посматривала на свои петлицы. Она — лейтенант, подумать только. Одна из всего выпуска — лейтенант. Так оценила комиссия ее отличные знания, ее добросовестный труд.