Крестная мать

Ее швырнули на ковер в кабинете, как грязную половую тряпку. Неподалеку бросили Лешу, скрутив руки за спиной.

— Подписывай, — Барс положил перед Анной дарственную на химчистку.

— А нотариус?..

— С деталями я разберусь без тебя! Подписывай.

— Послушай, это правда недоразумение! — она умоляюще распахнула глаза. — Честно! Я не знала, что он будет играть, я даже не поняла, что это он! Пожалуйста! Одна партия, только ты и я, за этим столом… В последний раз…

Барс раздраженно прикрыл глаза, явно теряя терпение. Молча подошел к стене, снял один из мечей, высвободил лезвие из ножен и поднес к Лешином горлу.

— Нет! — Анна дернулась. — Нет, пожалуйста!

— Подписывай!

— Сейчас, подожди… — она лихорадочно пыталась за спиной разблокировать телефон, незаметно набрать Веню, но гаджет выскользнул из вспотевшей ладони и с глухим стуком упал на ковер.

Звук был тихий, но Барса не зря называли котиком. Опустив меч, он обошел вокруг Анны и ногой отшвырнул телефон в сторону.

— Второй раз за вечер? Да ты издеваешься!

— Нет, пожалуйста!.. — от испуга каждый вдох давался Анне с трудом, легкие будто кто-то сжимал.

— Ну, ты сама напросилась! — Барс снова подошел к Леше, занес меч — и резко обрушил рукоятью на основание затылка. Леша мгновенно обмяк и рухнул лицом на ковер.

— Не-е-ет! — крикнула Анна, что есть мочи, и тут же хлопнула дверь кабинета.

— Что за вопли? — послышался голос Кристины. — О, телефончик!

— Крис, выйди сейчас же! — прорычал Барс.

Но Кристина, как ребенок, который нашел на дороге что-то удивительное и невероятное вроде окурка или пивной крышечки, уже подняла телефон Анны и теперь вертела его в руках, разглядывая со всех сторон.

— Симпатичный какой… — она будто не замечала взбешенного котика. — А можно я себе заберу?

— Свалила! Быстро! — рявкнул Барс так громко, что и Анна, и Кристина синхронно вздрогнули.

— Фу, грубый какой, — надулась Кристина. — А телефончик я все равно заберу…

— Я кому сказал…

— Все-все! — и куколка, воодушевленная находкой, исчезла за дверью.

Барс медленно выдохнул, восстанавливая самообладание, покрепче сжал меч и поднес его острием к шее Анны.

— Подписывай.

Анна почти ничего не видела из-за слез, дрожащими пальцами нащупала на полу ручку.

— Где?.. — всхлипнув, спросила она.

— Опять будешь дуру корчить?

— Я правда… Ничего… — Анна с трудом сглотнула, опасаясь, что лезвие оцарапает горло. — Плохо вижу… Зрение от стресса…

— Вот, — Барс раздраженно ткнул кончиком меча в нужную черту на документе.

Анна шмыгнула, склонилась над бумагой, трясущейся рукой собралась вывести подпись.

— И не думай даже нарисовать кривые каракули! — предупредил Барс. — Без глу…

Но договорить ему не дал очередной хлопок двери.

— Да что ж такое! — вспылил разъяренный мечник.

— Шеф, тот рэпер… — мордоворот, завидев оружие в руках хозяина, предусмотрительно решил остаться на пороге. — У него крупный выигрыш… Проверять будете?

— Вы хоть в чем-то можете разобраться сами?! — заорал Барс, краснея на глазах, будто кто-то макнул его лицом в кипяток. — Что ж вы за идиоты?! Выдайте чертов выигрыш и оставьте меня, наконец, в покое!

— Есть, — мгновенно среагировал амбал и скрылся из виду.

— Бараны гребаные… — волосы Барса растрепались, шейный платок сбился, и сейчас человек, стоящий перед Анной, больше напоминал психопата, чем эстета. — Подписывай, сука!

Анна втянула голову в плечи и поставила росчерк.

— Все… — почти беззвучно выдохнула она, пытаясь унять крупную дрожь, охватившую тело.

— Какое все?! Три экземпляра!

— Да-да-да, — торопливо закивала Анна. — Сейчас.

Спорить уже не было ни сил, ни куража. Рука ходила ходуном, слезы лились сами собой, капали на ковер, на документы, расплывались серыми пятнами. И когда одно из этих пятен оказалось на месте для подписи, когда чернила из «паркера» растеклись уродливой кляксой, Барса прорвало.

Он выругался так, что услышь его в эту минуту комиссия из маститых филологов, они непременно разразились бы рукоплесканиями и вручили Барсу приз за вклад в русский язык, а затем дружно бросились бы дополнять словарь обсценной лексики.

— Ты нарочно это делаешь, да? — осипшим голосом вопил Барс. — Думаешь, получится потом опротестовать сделку?

— Нет, я…

— Молчать!.. — он схватился за телефон. — Люда! Еще копию дарственной! Десять копий! Поняла, дрянь? Ты подпишешь все, и попробуй только… Нет, Люда, мать твою, я не тебе!..

Убрав телефон, Барс снова ткнул в Анну мечом.

— Ты еще будешь умолять меня, чтобы я все сделал быстро! Слышишь? Тебя будут долго собирать в лесу по частям!..

Часто так бывает, что в те самые минуты, когда человеку больше всего нужна приватность, окружающие превращают его комнату в проходной двор. Вот и сегодня кабинет Барса по посещаемости мог уступить разве что вокзальному туалету, потому что не успели угрозы дойти до нужного уровня устрашения, как на пороге появился Федя.

— Какие люди! — созерцание Анны на коленях доставило ему нешуточное удовольствие. — А я-то думаю — с какой радости ее сынок ошивается на улице с сумками…

— Что? — насторожился Барс.

— Ну, пацан ее, Савелий. Сопляк такой в кепочке, — с ухмылкой пояснил Федя. — Смотрю: прет куда-то сумки, ну, думаю, не иначе наша мамочка затеяла коварную месть. А ты уже, я смотрю, разобрался…

— В кепочке? — нахмурился Барс.

— Да какая теперь разница…

— В какой кепочке?

— Нет! — Анна дернулась. — Федя, нет!

— Молчать! — прервал ее Барс.

— Кепка как кепка, — Федор пожал плечами. — Молодежь так носит. Цепи всякие, куртец такой рэперский, штаны свисают…

— Так вот оно что… — Барс склонился над Анной и стиснул ее подбородок, заставив смотреть в глаза. — Ты ведь на это и рассчитывала, да? Весь этот спектакль… Отвлечь меня хотела? Закосила под дуру? Ну, мои тебе поздравления, у тебя почтиполучилось.

— Нет, пожалуйста… — прерывисто выдохнула она. — Я умоляю, только не он… Делай со мной, что хочешь, только не он!