Крёстный сын

– - Я убегала из Западной башни, так что прихватила кое-что из твоих вещей, -- она подняла на вытянутой руке его меч.

– - Это мне тоже понадобится. А себе меч взяла?

– - Конечно.

– - Сколько мы сможем пробыть здесь?
– - спросил Филип, усаживаясь за стол на кухне.

– - Четыре дня. Сейчас, судя по всему, вечер первого, -- ответила дочь Правителя, приоткрывая ставень и выглядывая на улицу, где было уже темно.

– - Когда же ты приехала?

– - Вчера около пяти вечера.

– - Да ты времени не теряла!

Она, улыбаясь, пожала плечами.

– - Раз все так удачно складывается, может, уедем пораньше, не будем рисковать?
– - спросил он.

– - Давай попробуем. Но выезжать нужно ночью, чтобы не привлекать лишнего внимания.

– - Лучше рано утром, затемно. Тогда меньше придется ехать в темноте.

– - Ладно, только не завтра, -- сказала Ив, выставляя на стол еду.
– - Мы сейчас всю ночь проговорим и протрахаемся, а перед выездом нужно набраться сил, дорога нам предстоит не близкая.

– - Конечно, не завтра. Мне нравится твой план на ночь, -- засмеялся Филип.
– - Едем в твой феод?

– - Да, но не в замок.

– - Это понятно, но об укрытии лучше расскажешь по дороге, а сейчас я хочу знать, что было, после того как старик отправил меня в темницу, и какую сказку ты поведала начальнику каторги, вытаскивая меня, -- Филип придвинул к себе жареную курицу.

– - Я все с удовольствием расскажу, дай только чего-нибудь съесть и выпить.

– - Смотри, не растолстей!
– - он налил ей вина.

– - С тобой растолстеешь, пожалуй! Ты ж меня затрахаешь -- теперь ведь не только ночи наши.

– - В этом можешь не сомневаться, -- он улыбнулся ее любимой улыбкой.

Они утолили голод, и Ив приступила к рассказу.

– - Жаль, вряд ли удастся когда-нибудь поблагодарить ребят, мы здорово им обязаны, -- сказал Филип, когда она закончила.

– - Да, с друзьями тебе повезло, мне было бы гораздо труднее без их помощи.

– - Мне повезло не только с друзьями, -- улыбнулся он.

Девушка уселась к нему на колени и поцеловала. Он обнял ее и ответил тем же, потом спросил:

– - Значит, старик изменился к тебе?

– - Да, причем разительно, если, конечно, не притворялся.

– - Ты должна радоваться.

– - Знаешь, я так привыкла к его прежнему обращению, что не могу поверить в эту перемену, подозреваю какой-то подвох и очень боюсь. И потом, на прощание он ведь опять начал угрожать. А уж когда он узнает о нашем побеге...

– - Хотел бы я увидеть его в этот момент!

– - рассмеялся Филип.

– - Я тоже не отказалась бы!
– - улыбнулась Ив, потом, немного помолчав, неохотно сказала: -- Он спрашивал о причинах твоих неладов с отцом.

– - Ты рассказала?

Она кивнула, гадая, не будет ли он недоволен.

– - Ну и хорошо, так даже лучше, -- рассеял ее сомнения Филип.
– - Я сам не стал бы этого делать, но мне хотелось, чтобы он знал. Он что-нибудь сказал, когда ты его просветила?

– - Нет, не сказал. И я ничего не разглядела по его лицу. Фил, насколько я знаю старика, он всегда будет на стороне своего друга.

– - Уверен в этом.

– - Злишься на него? Я заметила тогда, в кабинете, он тебя довел.

– - Злюсь!
– - усмехнулся Филип.
– - Проведя месяц по его милости на каторге сложно не разозлиться. Сама же видела, где мне пришлось жить, и это не считая кормежки и работы. Я на постоялых дворах иногда зимой не останавливался, в лесу ночевал, лишь бы клопов не кормить, а тут...
– - Он зло махнул рукой, потом посмотрел на девушку.
– - Но когда он поймал нас, я злился из-за его отношения к тебе, на себя мне было наплевать.

– - Если хочешь, чтобы мне было хорошо, прекрати относиться к себе наплевательски!
– - полушутя потребовала Ив.

– - О, это я уже понял, моя леди!
– - Он взял ее руку и нежно поцеловал ладонь.
– - Кстати, сколько ты заплатила за меня этому жирному слизняку?

– - Я не сказала?
– - улыбнулась Ив.
– - Полторы тысячи золотых.

Филип присвистнул.

– - Мне придется долго их отрабатывать!

– - Может, начнешь прямо сейчас?
– - промурлыкала его подруга и потерлась лицом о его щеку, ухо и шею.

– - С удовольствием, моя леди, -- засмеялся он.
– - Вас отнести в спальню или убрать со стола посуду?

– - Отнеси в спальню. Пока на попе не нарос жирок, заниматься непотребствами на столе будет жестковато, -- ответила она высокомерным тоном королевы.

Это развеселило его еще больше.

Так в разговорах и занятиях сексом с перерывами на сон и еду прошла ночь и следующий день. Вечером второго дня они собрались в дорогу, а выехали, как и планировали, ранним утром третьего дня, когда еще не начало светать. Оба были невероятно счастливы и надеялись, что скоро им удастся окончательно сбежать из-под власти Правителя.

Правитель находился в отъезде уже неделю и все больше беспокоился о дочери. Уезжая, он отдал распоряжение Тайной службе справиться дней через пять-шесть о ее состоянии и отправить к нему человека с сообщением. Он ждал курьера со дня на день, но прошло полных десять дней, прежде чем тот объявился. Как-то вечером, когда Правитель уже отправился отдыхать, к нему постучал слуга и сообщил, что человек из столицы привез сообщение. Правитель вышел в приемную и увидел там одного из своих гвардейцев, Шона Райли. Лицо молодого человека было усталым, одежда пыльной, похоже, он спешил доставить новости. При виде вошедшего гвардеец встал со стула и отдал честь.