Крёстный сын

В отношения молодых людей Правитель решил не вмешиваться и разлучать дочь и крестника больше не собирался. На его взгляд, полутора лет вместе было вполне достаточно, чтобы доказать прочность привязанности друг к другу. У главы государства никогда не имелось планов на блестящую или политически выгодную партию для дочери, но уже давно хотелось сбыть ее с рук. Крестник ему нравился, а раз тому так нужна Евангелина, пусть забирает это сомнительное сокровище. Правитель подозревал, что его дочь способна испортить жизнь любому, несмотря на в высшей степени притягательную внешность, но и Филип с его строптивым характером тоже далеко на подарок. Со стороны казалось: эти двое прямо-таки созданы друг для друга, а уж как там на самом деле -- пусть сами разбираются.

Ив ненадолго задремала в объятиях Филипа, а проснувшись, чувствовала себя гораздо лучше. Правитель, заметив это, оживился: ему хотелось поговорить.

– - Полегчало?
– - спросил он дочь.

– - Да, спасибо.

– - Ты потрясающе владеешь мечом.

– - Еще раз спасибо. Это, в основном, заслуга Филипа.

– - Не скромничай, Ив, -- сказал тот.

– - Почему ты сдался?
– - задал очень интересовавший его вопрос Правитель.
– - У вас был шанс сбежать, даже и без помощи друзей.

Он действительно так полагал и хотел проверить, не замыслил ли чего крестник.

– - Кстати, о друзьях, -- проговорил Филип.
– - Я очень прошу вас, крестный, не применять к ним никаких санкций. Просто забудьте.

Правитель внимательно посмотрел на него.

– - Они помогли Евангелине сбежать?

– - Я все сделала одна.

– - При всем моем теперешнем уважении к твоим способностям, что-то не верится.

– - Ваше право, -- она пожала плечами.

– - Так что с Шоном и Кайлом?
– - не отставал Филип.

– - Сам-то как бы поступил на моем месте? Молодчики готовы были предать меня, ты это прекрасно видел. Странно, что не воспользовался.

– - Я б воспользовался, если бы Ив этого хотела. Но она, к счастью, лишена вашей неразборчивости в средствах, -- усмехнулся молодой человек.

– - Правитель из тебя не получится: тобой слишком легко управлять, -- сказал глава государства с изрядной долей презрения.

– - С чего вы взяли, что я хочу занять ваше место?
– - рассмеялся Филип.
– - Мне это не нужно. А управлять мной может только ваша дочь, и то не всегда (при этих словах Правитель с нарочитым удивлением поднял брови), все остальные, кто пытался, где сели, там и слезли: что мой отец, что вы.

– - И почему же я должен простить твоих дружков?
– - решил вернуться на менее скользкую почву Правитель.

– - Они случайно оказались втянутыми в ваши семейные дела. Шон и Кайл не виноваты, что вы не можете найти общего языка со своими близкими. Мне они пытались помочь, зная: я никогда не причиню вреда ни вам, ни Евангелине. Ваше же обращение с ней и со мной их несколько удивило. А мы с Ив всего лишь хотели и хотим спокойно жить подальше от всех. Нам удалось хорошо спрятаться: никто о нас целый год не слышал, и дальше все шло бы также, потрудись вы путешествовать с нормальным сопровождением.

– - Ладно, уговорил, -- проворчал Правитель, -- твоим друзьям ничего не грозит.

– - Спасибо.

– - И все же, почему ты сдался?

– - Не хотел подставлять Шона и Кайла.

– - Как трогательно! А почему ты, Ив, так спокойно к этому относишься?

– - Надеюсь вытащить его законным путем.

– - Это как же?

– - Поговорю с адвокатом, узнАю. У меня прекрасные отношения с братом лучшего адвоката в столице.

– - Ладно, удачи, -- хмыкнул Правитель.

Такой расклад его вполне устраивал: не нужно самому проявлять излишней заинтересованности в деле знаменитого разбойника. А Евангелина выжмет из адвоката все, что можно и даже больше: веревки вить из мужчин она умеет, и ради Филипа на все готова. Видимо, потому, что только ему удается вить веревки из нее. Правитель с неудовольствием вспомнил, как легко крестнику удавалось успокаивать девчонку, когда та выходила из себя или была расстроена. Да и сейчас, глядя на сидящую напротив парочку, он никак не мог решить, кто из них больше жмется к другому: он к ней или она к нему. Некоторое время ехали молча, потом Правитель спросил дочь:

– - Как тебе удалось вызволить его с каторги?

– - Элементарно: за деньги, -- с присущим ей цинизмом ответила Ив, дерзко глядя на отца.

– - И во сколько же его оценили?
– - в голосе Правителя звучала неприкрытая издевка.

– - Я сама назначила цену, чтобы не торговаться и не тратить время.

– - Сколько?

– - Полторы тысячи.

Глава государства присвистнул точно также как Филип, когда узнал сумму выкупа.

– - И как, не жалеешь?
– - с интересом спросил он.

– - Вы же видите: не жалею, -- усмехнулась дочь, давая понять, что его недовольство их близостью не осталось незамеченным.

– - Где ты взяла столько денег?

– - Продала кое-какие драгоценности.

– - Сама продала?

– - Естественно. Повторяю: мне никто не помогал.

– - Кроме твоей няни.

– - Что вы с ней сделали?
– - заволновалась Ив.

– - Ничего, еще и заплатил за услуги. Старушка уморительно прикидывается выжившей из ума.

Филип, разозленный разговором о его рыночной стоимости, хмыкнул.

<