Крёстный сын

– - Воля ваша. Тогда послушаем защитника.

Адвокат выступил с не слишком длинной речью, в которой делал упор на искреннее раскаяние подсудимого и его подтвержденное временем решение не возвращаться на преступный путь. Спасение Правителя и его людей занимали в построениях защитника не последнее место. Судья некоторое время сидел молча, делая вид, что обдумывает услышанное, потом встал.

– - Я принял решение. Подсудимый герцог Филип Олкрофт приговаривается к смертной казни через повешение.

Правитель побледнел, его крестник и дочь оставались спокойными. Судья, огласив приговор, сделал паузу, обвел глазами зал и сказал:

– - По традиции я должен спросить, не желает ли кто-либо из присутствующих женщин предъявить права на осужденного?

При этих словах Ив поднялась со своего места и громко произнесла:

– - Я прошу отдать осужденного мне в мужья.

Все, кроме Филипа и адвоката были шокированы этим заявлением, в особенности Правитель, хорошо знавший отношение дочери к замужеству. В зале поднялся незатихающий гул, все присутствующие повернулись в сторону Евангелины. Повышенное внимание ее не радовало, но она ожидала подобного и сумела сохранить бесстрастный вид, хотя слух уже успел уловить фразы типа "Это правда! Она и герцог... кхм, бывший герцог...", "Так опозорить имя отца!", "Понятно, почему гордячка долго выбирала: любит лошадок", "Достойный у Правителя будет зять!" Судья неодобрительно хмыкнул, заметив торжествующий взгляд Филипа, затем жестом призвал присутствующих к порядку.

– - Ну что ж, моя леди, -- сказал он, -- я принимаю вашу просьбу, но прежде, чем выполнить ее, должен задать несколько вопросов. Не могли бы вы пройти вперед и встать рядом с вашим избранником?

Ив подчинилась. Ее кресло стояло с краю, и пробираться между сидящими не пришлось. "Краснеть я не буду, не дождетесь", -- подумала она, становясь рядом с Филипом. Дочь Правителя не опустила ни головы, ни взгляда. Судья какое-то время молчал, пристально разглядывая молодых людей, потом спросил:

– - Как давно вы знаете осужденного, ваше высочество?

– - Около полутора лет. Мы познакомились, когда он жил во дворце.

– - Вы знали, что он был разбойником?

– - Да, отец предупредил меня.

– - Это из-за вас осужденный поссорился с крестным?

– - Отец не захотел касаться причин ссоры, не буду и я.

– - И что же привлекло вас в осужденном, раз вы знали, чем он занимался?
– - в голосе судьи слышалась издевка.

– - А чем таким он занимался?
– - Ив напустила на себя удивленный вид.
– - На войне мужчины проделывают гораздо худшие вещи, а женщины, как всем известно, очень любят военных. Филип никого не насиловал, не грабил бедняков, не делал подлостей. И не врал мне.

Судья смотрел на дочь Правителя с нескрываемой неприязнью. "И у этой язык хорошо подвешен", -- подумал он.
– - "Жену старшего Олкрофта знать не довелось, но его сынок нашел подходящую. Наплодят острословов..."

– - Вы знаете, сколько у осужденного было женщин?
– - слуге правосудия очень хотелось заставить нахальную девицу покраснеть.

– - Точного числа, конечно, не знаю, но порядок мне известен, -- ничуть не смутившись, ответила та, по-прежнему не опуская глаз.

– - И вас это не смущает?

– - Мне всегда хотелось иметь дело с опытным мужчиной, -- девушка улыбнулась столь игривой улыбочкой, что судья совсем скис, а на щеках Правителя вспыхнул румянец.

В зале засмеялись. Филип, искоса поглядывавший на свою подругу, с трудом сдерживал смех. Судья все еще не терял надежды смутить не в меру бойкую дочь Правителя.

– - А вы знаете о... э-э-э... некоторых анатомических особенностях осужденного?
– - прибегнул он к последнему средству.

– - Вы имеете в виду размер его мужского достоинства?
– - простодушно поинтересовалась Ив, глядя судье прямо в глаза. Тот раздраженно кивнул.
– - Конечно, знаю. Зачем мне кот в мешке?

Несколько женщин в зале хихикнули, Правитель закрыл лицо рукой, прислоненной ко лбу, Филип задрал голову к потолку и улыбался до ушей.

– - Вас это устраивает?
– - буркнул судья, отчаявшийся приструнить языкастую особу.

– - Меня все в нем устраивает.

Ив повернулась к Филипу и взяла его за руку. Он улыбался и не сводил с девушки ликующего взгляда. У нее защемило сердце при мысли о том, как изменится его лицо после объявления условий освобождения. Судья некоторое время наблюдал за парочкой, но те, видно, забыли, где находятся, держались за руки и улыбались друг другу. Слуга закона кашлянул, так и не добился внимания этих двоих, с неудовольствием покачал головой и сказал:

– - Ну что ж, закон есть закон. Если осужденный не возражает, властью судьи я объявляю вас мужем и женой. Теперь вы состоите в законном браке друг с другом. Если захотите, можете освятить ваш союз в церкви.

Правитель продолжал пребывать в состоянии шока, но среди свидетелей и зрителей послышался недовольный ропот.

– - Тише, тише, -- призвал к порядку судья, -- я еще не закончил! Осталось огласить условия, на которых осужденный получает свободу.

Филип вопросительно взглянул на Ив. Та прижалась к нему, пряча лицо.

– - Во-первых, расторгнуть сей брак может лишь смерть одного из супругов. Во-вторых, осужденный с этого момента лишается титула, дворянства, родового имени, имущества и становится человеком вне закона, что он, впрочем, сам выбрал, ступив на преступный путь, -- закончил судья, удовлетворенно наблюдая, как на лице Филипа все отчетливее проступают сильнейшее разочарование и гнев.
– - Так-то, молодой человек! Наслаждайтесь медовым месяцем, -- слуга закона вышел из зала.