Кривые зеркала

– Откуда мне знать? Всё слишком быстро произошло.

Джонсон прикусила губу, что-то напряжённо соображая.

– Вы согласны на следственный эксперимент?

Ассоль и Сергей заговорили одновременно.

– Если нужно...

– Ни в коем!..

Удивлённо уставились друг на друга.

– Но если это необходимо, - сказала Ассоль.

– Это может быть опасно, - Сергей замотал головой.

– Чем? Думаешь, они могут попытаться ещё раз? Да и не верю я...
– эльфийка покосилась на капитана и заговорила на русском, - не верю, что меня действительно хотели убить.

– Пусть так, но ты всё-таки не должна соглашаться подвергать свою жизнь опасности!

"Не должна"... не лучшее выражение в разговоре с принцессой. Ассоль посмотрела сердито, повернулась к капитану:

– Я готова.

Сергей тихо ругнулся.

Они вышли из музея, прикрываемые со всех сторон бронежилетными полицейскими. Ассоль раздражённо вертелась в собственном бронежилете, лицо её под пластиковым забралом было мрачно. Она решительно восстала против защиты, но Сергей, не слушая возражений, продел её в бронежилет и нахлобучил каску.

В отместку Ассоль отказалась выходить, пока он сам не облачится в защиту, возражения, что это не на него охотятся, не произвели впечатления. Джонсон и полицейские наслаждались представлением.

В конце концов Ассоль и Сергей выбрались на улицу, окружённые стеной полицейских, и началось посекундное восстановление события. Сначала так, как оно запомнилось участникам, потом просматривали записи уличных камер наблюдения.

Ассоль шёпотом спрашивала, Сергей пояснял.

– Конечно, с помощью этих записей можно с высокой степенью достоверности восстановить произошедшее, но такой следственный эксперимент может помочь полицейским заметить что-нибудь такое, что при работе с записями не увидишь, - он заглянул через плечо капитана, которая как раз прокручивала на небольшом экране полицейского компьютера такую запись.

С другой стороны, эти уличные камеры - тоже очень полезная вещь...

– Заметили что-нибудь интересное?
– поинтересовалась капитан.

– Пока не знаю, - Сергей кивнул Ассоль.
– Полюбуйся-ка...

Ассоль полюбовалась.

– Ты думаешь...

– Думаю. Это не покушение, а опять предупреждение, - Сергей перешёл на лоу-орк.

– И мы не скажем им?..
– принцесса намёк поняла и спросила на том же языке.

– По крайней мере, пока не скажем...

Капитан с изумлением смотрела на них и, кажется прикидывала, не пора ли вызывать психологов, от помощи которых в начале беседы с полицией Ассоль и Сергей решительно отказались. Настоящий орочий язык не то чтобы слишком сложен... но человеческая глотка просто не способна правильно воспроизвести его звуки. Упрощенный язык клыкастых, лоу-орк, звучал странно для непривычного уха - этакий каскад сложномодулированных рычаний, всхрюкиваний и обезьяньей трескотни.

Сергей повернулся и подмигнул Джонсон.

– Ну да, не говорите на русском, как же. Так я вам и поверил.

– Как вы догадались?
– она ответила на том же языке, с таким незаметным акцентом, что его можно было принять за какой-нибудь местный диалект русского.

– Элементарно, Уотсон, - Сергей усмехнулся. Джонсон пепелила его взглядом.
– В самом деле, элементарно. Капитан английской полиции не знает русского языка... ладно, напрягу воображение и поверю, всяко бывает. Но эта фраза характерна только для нашего Холмса. В "родных" экранизациях такого нет. И произнесли вы её с характерной интонацией Ливанова.

Женщина кисло усмехнулась и тронула козырёк своей каски, изображая приветственное поднятие шляпы.

– А вы неплохо соображаете, капитан.

– Не так быстро, как следует, капитан. Вы слышали наш разговор.

– Так вы не скажете мне, что привлекло вас на этой записи? И почему вы считаете, что это не покушение, а лишь угроза?

Сергей подумал, покачал головой.

– Простите, но мы граждане Сибирского Объединения Университетов, и расследовать это дело должны наши спецы...

– Пополам с нашими, - ревниво добавила Джонсон.

– Конечно, - Сергей кивнул.
– Но именно наши будут решать, что передать английским коллегам.

Капитан буркнула что-то нелестное в адрес русских зазнаек. Толпившиеся вокруг специалисты сделали вид, что не расслышали и что их вообще здесь нет. На женщину смотрели испуганно, перешёптывались.

– Русские зазнайки обладают иными ценными качествами, - сообщил Сергей громко.
– Например, они не имеют обыкновения подавать в суд за оскорбление словом.

Джонсон кивнула. Вроде бы даже с благодарностью.

– Прошу меня извинить, если я... пересолила?
– спросила с сомнением.

– Я же говорю, мы не собираемся подавать в суд, - буркнул Сергей.

– А я просто так извиняюсь. Ничего не имея в виду, - женщина вдруг улыбнулась и как будто перестала быть капитаном полиции.
– За то вас, русских, и люблю.

– За что?
– хмуро спросил Сергей.

– За это...
– капитан неопределённо махнула рукой, словно муху отгоняла.
– Нелюбовь к официальности, пренебрежение к правилам и... как там у вас?.. безумству храбрых... Надо же, мечи и револьверы!
– она развеселилась.
– Чем бы они вам помогли?

– Это шпага была, - буркнула Ассоль.

– Спортивная и тупая.

– Даже такая в умелых руках может многое, - сказал Сергей.

– А ваши руки умелые, - обратилась Джонсон к эльфийке, не спрашивала, утверждала. Сергей обругал себя, язык распустил. Впрочем, ничего ничего необычного в этом нет, мало ли земных "эльфов" умеют обращаться с древним холодным оружием.

Ассоль дёрнула губами.

– Ну... да, - неловко кивнула.
– Откуда вы знаете?

– Видела, как вы держали оружие, - кажется, капитан чуть не сказала "элементарно, Уотсон".

Тут её "мыльница" запищала, и женщина отошла в сторонку. Тут же вернулась.

– Ваши уже на подходе. То бишь на подлёте.

– Наши?
– Сергей задрал голову. Небольшой юркий городской вертолёт развернулся в каньоне улицы, и пошёл на посадку. Приземлился на перекрёстке. Из машины выбрался мужчина в костюме-тройке, огляделся по-хозяйски и уверенно направился к ним, поприветствовал капитана как старую знакомую.

– Почему без защиты?
– сердито спросила она. Прибывший отмахнулся с великолепной небрежностью.