Курьер
Шрифт:
Мужчина средних лет сидел, опершись спиной о большой камень, и обматывал тряпкой левую руку. При моем появлении поднял голову:
– Молодой человек, не подсобишь раненому?
– Кто это вас так?
– Да вот угораздило на обратном пути из Оборотграда со львом столкнуться. Сколько лет хожу, понятия не имел, что они тут водятся. Все слухи о хищниках гряды считал нелепыми сказками. А тут – на тебе!
– Вы купец?
– Был до недавнего времени, теперь уже и не знаю, как дела сложатся. Моих людей загрыз хищник, да и мне досталось, как видишь. Еле ушел. Теперь ни товаров, ни денег. Одни долги.
– Давайте
– Не стоит, парень, лучше достань из мешка целебную мазь, а то мне одной рукой его не развязать.
С завязками пришлось изрядно повозиться, вспомнил недавнее одевание. Наконец выудил металлическую коробочку.
– Молодец! Теперь сними эти тряпки и, будь любезен, смажь раны.
– Ого! – не удержался я, увидев, как глубокий порез начал затягиваться прямо на глазах.
– Это рецепт моей бабули. Заживляет практически все. Даже кости сращивает.
– Здорово! Интересно, сколько ваша мазь может стоить?
– И не мечтай – слишком дорого. К тому же я не собираюсь ее продавать.
Мужчина взбодрился. Он встал, распрямил сгорбленную спину, поправил ножны.
«Интересно, в Глирзане все купцы похожи на воинов?» В моей голове сразу зародились подозрения. Вспомнил о науке Ловкача. Рассмотреть незнакомца не получалось – его лицо находилось в тени, а мне заходившее солнце светило прямо в глаза.
– Я бы тоже не стал расставаться с таким полезным снадобьем. – Сделал шаг в сторону, чтобы улучшить свою позицию.
– Благодарю тебя, молодой человек. Кстати, а куда ты направляешься? Может, нам по пути?
– Нет, мы в Оборотград.
– Ты не один?
И кто меня за язык тянул!
– Трое нас. Я, девушка и ишак.
– Ишак? – Он почесал макушку. – Слушай, а ты мне его не продашь?
– Не могу. Иначе мне придется девицу на руках нести.
– Она что, больная?
– Плохо ходит, – соврал я.
– А ты ей ноги моей мазью смажь, сами пойдут. – Он протянул коробочку.
Не бывают купцы такими щедрыми. И зачем ему ишак, пусть даже единственный оставшийся на этой гряде? Может, мужик нашел клад и желает вывезти? Но он только что говорил о своем бедственном положении! Врал? Я бы, наверное, тоже не стал говорить о кладе, но…
– Нет, ишака отдать не могу. Разве что на обратном пути.
– Я спешу. – Из голоса незнакомца улетучились все дружелюбные нотки, а рука коснулась ремня возле самых ножен.
– Я тоже. – Отошел еще на один шаг.
Он быстро выхватил меч и сделал выпад, стараясь угодить в горло. Едва удалось отскочить.
– Вот и помогай после этого людям.
– Тебе предложили разойтись миром. Отказался – теперь пеняй на себя.
Следующий удар удалось отбить вращением топора, но за ним последовали другие. Приходилось пятиться. Очень боялся оступиться. Упаду – конец.
«Чтоб твою душу сожрали черные духи!» – мысленно проклинал я ловкого соперника.
Он постоянно рвался в ближний бой, а мне все не удавалось разорвать дистанцию и перейти в нападение. Как говорил учитель, топор – оружие атаки. Однако враг не позволял перехватить инициативу. Еле успевал уклоняться и уводить в сторону его смертоносные выпады.
«Ну вот, снова из-за девицы попадаю в круговерть. Сейчас он меня прижмет к пропасти, и тогда выбирай – то ли прыгать на меч, то ли вниз».
Вдруг
к ногам противника метнулась тень, и мужику пришлось отпрыгнуть в сторону. Ишак? Наш скакун оправдывал свое имя. Храбрец, к сожалению, не сумел сбить соперника с ног, мало того – он сам был подранен мечом негодяя и теперь убегал, оставляя за собой кровавый след, но дал мне так необходимую передышку в атаке.«Ну держись, гад!»
Боковой удар, полуразворот, колющий выпад в область живота, отскок с перехватом оружия в левую. В тот же миг извлекаю метательный нож. Ложный замах топором с одновременным броском клинка. Противник пытается уклониться. Частично ему это удается, нож попадает в левое плечо.
– Вижу, ты даже кое-что умеешь. Но этого недостаточно, чтобы выжить. Слышал о графе де Гринкусе? – Противник бросил мимолетный взгляд на следы крови Храбреца.
– Нет. – Меньше всего сейчас меня интересовали титулованные особы.
– При жизни он считался одним из лучших мечников Заргина, а я мог продержаться в бою с ним почти полминуты.
– Ну и что?
– Если не дурак, должен понять – этот бой для тебя последний.
– Предлагаешь мне самому броситься на свой топор?
– Нет. Я тебя, так и быть, отпускаю. Можешь идти.
Ага, а ты в это время отправишься за ишаком, который рискнул своей жизнью ради меня. Ну нет, в нашем роду предателей не было.
В руке оказался второй нож. Вперед! Врага нужно добить, пока он не воспользовался своей мазью.
К сожалению, новая рана не сказалась на бойцовских качествах незнакомца. Он ловко увел в сторону мой выпад, и резкая боль обожгла правый бок. Отскакивая назад, метнул клинок. Не столь удачно, как бы хотелось, но хоть в ногу попал.
– Ну все, щенок! Ты меня разозлил!
Я отступил еще на несколько шагов и уперся в каменную стену, а противник уверенно, словно вместо ножей в его теле застряли мелкие занозы, двинулся ко мне. Стало по-настоящему страшно.
«Соберись, Сарин. Нельзя безропотно отдавать себя демонам. Эй, Рухус, или кто там, если тебе еще для чего-то нужен сержант Дюзан, пора бы и вмешаться».
Злобный незнакомец уже никуда не спешил. Он остановился в трех шагах.
– Сначала я сниму тебе кожу с рук, затем отрежу уши и нос, потом…
Поскольку Рухус не торопился на помощь, я не стал дослушивать страшилку, просто замахнулся и прыгнул вперед. Четко сознавал – мне не увернуться от его клинка, но рассчитывал, что умру не сразу и на последний удар сил хватит. Лишь бы не промахнуться! Я метил в середину ненавистной фигуры.
Резко обожгло ногу. Во время удара развернулся на пол-оборота. Глянул на лезвие топора. Судя по наличию крови – не промахнулся. Стою, значит, живой. Пока.
Повернул голову, и меня чуть не вырвало. Незнакомец увяз в скале по пояс, только вот шляпу ему теперь надевать было не на что.
«Провалиться мне в пасть демону!»
В глазах потемнело, но не от вида поверженного. Я стоял в луже собственной крови.
«Не хватало еще следом за ним отправиться!»
Затуманенный взгляд остановился на сжатой в кулак левой руке, где оставалась знакомая коробочка. За время боя злодей ее так и не выпустил.
«Быстрее, Сарин!»
Я разжал пальцы трупа и отобрал снадобье. Вытащил нож из плеча безголового, разрезал себе штанину. Сильно он меня пропорол, гад.