Ласточки

– Теперь, когда мы снова встретились, нам столько нужно рассказать друг другу. Завтра ты еще будешь здесь? Мы могли бы погулять. Полагаю, погода не испортится. Я поживу здесь, пока мы не разберемся с машиной.

– Очень жаль, – улыбнулась она. – Но мне нужно в Бруклин. Завтра день рождения тети Плам, и я не могу пропустить его еще раз.

Оба вздохнули.

– А может, ты тоже поедешь? Это будет такой чудесный сюрприз для тети Плам, и ты сможешь повидать всех сразу. Я еду поездом, но ты можешь приехать позже.

Грег знал, что должен вернуться и проверить качество кладки, но завтра воскресенье, и никто не работает. Машина Чарли превратилась в груду хлама, и будет очень трудно найти эвакуатор.

– Попытаюсь, – кивнул он, – но теперь, когда я знаю, что ты в Лидсе, возможно, мы могли бы встретиться снова?

Она взглянула на него и улыбнулась.

– Конечно, но я то здесь, то там, словом, повсюду, где есть работа.

Мадди нацарапала адрес на обратной стороне конверта, который вытащила из сумки, после чего принялась расхаживать среди других гонщиков, время от времени поглядывая на него. Грег же не сводил с нее застывшего взгляда, очевидно, завороженный этой неожиданной встречей. Он просто обязан поехать завтра в Бруклин! Другого не дано!

Грег схватил стакан с виски и сунул в руки Чарли.

– Могу я просить об огромном одолжении? – Чарли уже прочел его мысли.

– Давай сначала оттащим в мастерскую эту развалину. Позволь сказать, что я никогда не мешал истинной любви!

* * *

Глория наслаждалась своей тайной и ни о чем ином не могла думать в поезде по пути в Бредфорд. Наконец-то у нее выходной!

Неужели всего три недели назад она решилась приехать, тем более что карточка фотографа уже прожгла дыру в ее сумочке?

Она сверхтщательно подготовилась к встрече. Забрала локоны наверх, приняла ванну, напудрила и без того белую кожу, надела лучшее платье и начистила туфли.

Не одной Мадди быть фотомоделью! Теперь она – одна из постоянных моделей ЭТОГО фотографа, и ей предстоит самая что ни на есть раскованная съемка.

Все началось, когда шесть лет назад в пансион на уик-энд приехали Кен Силверстоун с женой. Они зарезервировали номер люкс, и Плам даже решила, что эта пара – молодожены, но наблюдательная Глория заметила, что когда девушка впервые сняла перчатки, на ее пальце не было кольца. Оно появилось только, когда парочка спустилась к позднему завтраку.

Кен был очень дружелюбен с Глорией, часто с ней болтал, пока она обслуживала столик, но его подружка бросала на нее злобные взгляды, когда мужчина стал распространяться, как ему нравятся рыжие волосы.

– Бьюсь об заклад, ты здорово выглядишь в купальнике. Я часто снимаю моделей для каталогов, и нам постоянно требуются девушки с необычным цветом волос – сама знаешь, брюнетки или рыженькие, вроде Риты Хейворт, всегда в цене.

– Именно таким образом вы встретили свою жену? – окрысилась Глория, ожидая, что девушка покраснеет.

– Кого, Далси? Она не… – начал он, но тут же поморщился, когда Далси пнула его ногой под столом.

– Я секретарь, – выдавила платиновая блондинка, – и не имею ничего общего с бизнесом Кена. Пойдем, дорогой, время для укрепляющей прогулки, – хихикнула она.

«Ну конечно, особенно на высоких каблуках», – ехидно подумала Глория. Она уже успела заметить, в каком виде они оставили спальню. Пахло духами, возбуждением и еще чем-то, пробудившим в ней интерес.

Только когда они укладывали чемодан в багажник «Джоветта», Кен сунул ей вместе с чаевыми визитку.

– Если когда-нибудь надоест менять белье, навестите меня. Я сделаю вам снимки бесплатно. Посмотрим, может быть, из этого что-нибудь получится, – подмигнул он, оставив ее на крыльце. Глория едва не фыркнула. Ну и нахал!

Но все же это хоть какое-то избавление от каждодневной рутины Бруклина! Как бы Глория ни любила этот дом, все же работа оказалась монотонной. По выходным она сбивалась с ног, но выдавались и такие, когда она умирала от скуки. Но на этой неделе день рождения Плам. Мадди почтит их своим присутствием, и на этот раз она не затмит Глорию своим гламурным занятием. У нее теперь есть свое!

Студия находилась на боковой улочке, недалеко от Форстер-сквер, рядом с пабом. Туда вела шаткая лестница. Если уж быть честной, здесь немного сыровато, но художники в фильмах всегда предпочитали необычные студии.

Эта была меньше, чем она себе представляла. Обстановки никакой. Просто голая комната. В первый приезд она, судорожно сжимая сумочку, нерешительно открыла дверь.

– Я решила заглянуть повидаться, – солгала она. – Мне нужно кое-что купить в городе.

Стены были завешаны черным полотном. Кроме серебряных зонтиков и настенных прожекторов, а также матерчатой ширмы, вроде тех, которые использовались, чтобы загородить больничные кровати, здесь больше ничего не было. Кен был занят в проявочной и вышел на звяканье дверного колокольчика на двери. Нужно сказать, что он сразу же узнал Глорию.

– А, маленькая мисс Красноголовка! Я так и подумал, что вы не устоите.

– Мне интересно посмотреть, – улыбнулась Глория. – Хотелось бы стать моделью. У меня подруга работает в этом бизнесе, – добавила она.

– У нас другие снимки, дорогая, куда более интересные.

Он подвел ее к столу, усеянному газетами и фото, показал страницу с рекламой лифчиков и корсетов: девушки были одеты в кружевные трусики и прозрачные ночнушки.

– Для работы такого рода нужно быть, что называется, в теле, с формами, чтобы белье выглядело привлекательнее, – снова подмигнул он.

– Понятно, – ахнула Глория при виде таких нескромных снимков.

– Сделано с большим вкусом, конечно. Лучшие фото получаются при хорошем освещении и правильных позах. Нужно следить, чтобы не было видно недостатков при неудачных ракурсах. Сначала следует сделать несколько пробных кадров, посмотреть, что получится.

– Понимаю, – снова ахнула Глория. – Как считаете, я подойду?

Каким-то уголком сознания она желала оказаться как можно дальше от этой темной комнаты, особенно после того, как увидела эти фото.

– При такой фантастической фигуре? Естественно! – кивнул он. – Давайте попробуем несколько раз, чтобы вы привыкли.

– Я пришла к вам, чтобы попробовать себя в модельном бизнесе, а не раздеваться догола. Этого я делать не хочу.

Лучше быть твердой и с самого начала прояснить обстановку. Никаких недоразумений. Она приличная девушка!

– Конечно, понимаю, дорогая. Но нам нужно сделать высококлассные художественные фото, без пошлости. Будь у меня такое тело, как у вас, я бы захотел его показать. Можете зайти за ширму и раздеться. Трусики и комбинацию оставьте – я посмотрю, насколько вы подходите. Сначала только лицо.