Леди Арт

Последние слова были сказаны с лёгкой издёвкой. Один фыркнул, но с глубоким поклоном попросил у почтенной дамы её руку, и они тут же переместились.

Сэр Рейверн удивился, когда они появились в его кабинете, но вопросов задавать не стал: поклонился мадам Монтель и предложил ей присесть. Она отказалась.

— Я здесь ненадолго, но по очень важным вопросам. Первый: ваш друг, — она кивнула на скривившегося от такого обращения Одина. — Я понимаю ваше беспокойство за её высочество, но будьте добры на приёмы, подобные моему, приезжать лично. На рядовые балы, так и быть, она может выезжать с кем вы только захотите. Хоть с отрядом стражи.

Рейверн сжал кулаки.

— Я приму к сведению, мадам, — проговорил он, не глядя на неё. — К сожалению, по личным соображениям я не мог сопровождать её высочество сегодня.

Мадам Монтель смерила его взглядом и прошла по кабинету, покачивая широкой юбкой.

— Личные соображения стоит оставлять вне политики. Я полагала, за столько лет вы это выучили.

Рейверн промолчал.

— Второе, — продолжила мадам, ударяя веером по столешнице, — я бы хотела — настоятельно, кхм, хотела, — чтобы у её высочества было больше понимания того, что происходит в мире.

— Я бы тоже этого хотел, — выдохнул сэр Рейверн и тут же осёкся под вопросительным взглядом мадам Монтель.

— Что, простите? — поинтересовалась она, поджав губы.

— Прошу прощания, мадам, но я сомневаюсь, что её высочеству стоит сейчас вникать в международные отношения глубже, чем она может. Она не готова.

— Так сделайте так, чтобы была готова! — приказала она. — Это ваша работа, Элжерн!

— Я делаю всё возможное.

— Нет. Если вы считаете, что она не готова, значит, делаете не всё! И если так будет продолжаться, то, несмотря на все ваши заслуги, Элжерн, — заговорила она мягче, но от этого становилось ещё более неуютно, — образованием леди Арт займётся кто-то другой.

Ненадолго повисло молчание. Сэр Рейверн смотрел на мадам Монтель, чувствуя себя учеником, которого разочарованный наставник отчитывал за проваленный тест.

— Я приложу все усилия, ваше превосходительство, — глухо сказал Рейверн.

Мадам Монтель дёрнула тонкими губами, будто хотела ухмыльнуться.

— Надеюсь, — и посмотрела на облокотившегося на книжные полки Одина, который скучающе и безучастно смотрел в стену. — В-третьих, — продолжила она, — я желаю знать имя, Один.

Он повернулся к ней и иронично поднял брови.

— Я не имею права вмешиваться, миледи.

— Вы уже вмешались достаточно, — отрезала она. — И пока Альянс или Совет не принял решение запретить вам пребывание на нашей территории, мне необходимо узнать имя, чтобы я не жалела так глубоко, как могла бы. Ну так что, — мадам Монтель прищурилась, — кому змеи должны откусить язык, Один?

— Женщинам, что пытаются манипулировать, — хмуро произнёс он.

— Признайтесь, что они в этом преуспели. — На губах мадам Монтель заиграла улыбка давней обольстительницы, но взгляд не потеплел. — Вы ведь знаете, что информация, которую требую я, соответствует вашим же целям. Вы хотите кого-то защитить? Кому-то помешать? Так дайте мне одно имя, и Совет сможет встать на вашу сторону. Если ваши обвинения подтвердятся, разумеется. Так кто это, Один?

Он смотрел на неё долго и напряжённо. Мадам Монтель была права: он пришёл сюда с целью. И его паззл почти сложился. Он нашёл белый замок, нашёл девочку в голубом платье, нашёл тьму, что с вызовом расползалась по его картам. Осталось не допустить последних картин из видения. И если тьма хочет вести свою игру по-крупному, то ему пора начать тоже.

— Ариес Роуэл, — процедил Один сквозь зубы, и в голосе его не было и тени сомнения.

Сэр Рейверн уставился на него, поражённый. Мадам Монтель склонила голову на бок, прищуриваясь.

— Интересно, — протянула она. — Я даже не удивлена. Этот человек говорит нонсенс. Что-то на грани гениальной лжи и бреда сумасшедшего. Сразу ясно, что нельзя доверять ни единому его слову. Но есть ли у вас доказательства, Один?

Тот развёл руками.

— Только моя память.

— Кто ещё знает?

— Рейс.

Мадам Монтель нахмурилась.

— Леди Керрелл?

Один кивнул.

— Она. Вероятно, принц Керрелл тоже.

— Что ж, — мадам Монтель задумчиво прикоснулась к подбородку, перед ней из воздуха возник блокнот и слетевшее со стола сэра Рейверна перо сделало несколько заметок. — Альянс присмотрит за господином Роуэлом. И если у вас появятся хоть какие-то доказательства и серьёзные зацепки, — она посмотрела на обоих мужчин, — помните о том, что ни Альянс, ни Совет не лишали вас права говорить.

* * *

Хелена в нетерпении постукивала каблуком, обводя зал взглядом.

Один сделал это опять. Оставил её одну, не сказав, куда идёт, зачем и когда вернётся. Он должен был её сопровождать, а не привезти сюда и бросить! Вдруг ей стало бы плохо, или что-то ещё? Хелена фыркнула и тряхнула головой. И после этого он имеет дерзость прикасаться к её лицу!

А ведь в его отсутствие ей даже не с кем было поговорить. Про флирт и другие развлечения не могло идти и речи. Самые молодые мужчины в зале — император Райдоса и король Нефрита. Оба женаты. Последний даже прибыл с женой. Хелена пыталась отвлечься разговорами с ними, Дорин даже с лёгкой иронией заметил, что Мариус очень ждёт приглашений во дворец Санаркса и с её стороны очень невежливо и жестоко мучить его безразличием. Хелена в ответ рассмеялась, сводя всё в шутку. Хотя наверняка шуткой это не было. И ей это не нравилось.

Она могла бы получить Мариуса себе, стоило только захотеть, и никакая Розали бы ей не помешала. К тому же это была бы неплохая инвестиция в будущее: из богатства Нефрита и мощи Санаркса наверняка бы получился очень интересный, пусть и неожиданный союз. Но Хелена не могла назвать Мариуса другом, что уж говорить о чём-то большем? Она только кривила губы от таких мыслей.

После замечания про Мариуса беседа быстро сошла на нет. Хелена попыталась присоединиться к нескольким обсуждениям насущных политических проблем, но стоило ей приблизиться и поймать пару фраз, как разговоры сразу же обрывались, а участники начинали делать неловкие комплименты и отшучиваться, мол, зачем забивать ерундой такую прелестную головку. «Вы не поймёте, мисс Арт». Хелена выгибала бровь и фыркала, а список имён людей, которые точно впадали в немилость, пополнялся.

Они ещё пожалеют. Они просто ещё не поняли.

Хелена ударила каблуком сильнее, словно ставила точку, и казалось, что вышло слишком громко и звонко, и все слышали, и даже несколько взглядов скользнуло по ней, оставляя неприятный осадок. Но те скользнули — и пропали, потеряв интерес, а один остался. Он словно изучал её, пронизывал. Наблюдал достаточно долго, чтобы нахлынувшее раздражение ненадолго отступило, сменяясь любопытством — совсем лёгким, какого недостаточно для того, чтобы осмотреть зал в поисках смотрящего, но хватает, чтобы зажечь заинтригованную искру, — и вернулось снова. Она так устала от мальчишек, которые пялились на неё с другого конца зала, но трусили подойти! Здесь весь даже нет этих мальчишек! В чём проблема?

Хелена тряхнула головой, шумно выдыхая, отбросила упавшие на плечи локоны назад и на секунду замерла. Нервирующий взгляд ушёл, и словно стало легче, но ненадолго: приблизившийся сбоку чёрный силуэт заставил напрячься снова. Но Хелена даже не обернулась.

— Вы опять скучаете, леди Арт?

Его можно было узнать, не глядя: слишком яркое необычное смешение южного и заокеанского акцентов, подчёркнутое расслабленной небрежностью. Он даже не пытался как-то его скрыть или исправить. Будто гордился.