Легионеры
Шрифт:
Рысака короновали в законные воры, без сучка и задоринки. Единогласно. Многие из присутствующих знали его лично. Всем было известно, что он сейчас «чалится»» на зоне и его личное появление на сходняке, вызвало удивление и восхищение.
Молодец пацан, не побоялся, явился сам, проявил к людям уважение. Впрочем, московские воры хотели поговорить о странной случайности, совпавшей по времени с его арестом, с одной стороны и убийством Мордана, с другой.
Однако, после рассказанной красивой эпопеи о похождениях и
Водки и вкусной закуски было еще на десять таких сходняков. Но, странное воровское правило, водкой особо не увлекаться, сыграло свою роль. По крайней мере, за столом, в присутствии всей братвы, напиваться, считалось не совсем правильно и могло расцениваться другими, как проявление к ним неуважения. Для вновь избранного было сделано исключение, но и он им не воспользовался. Понимал, что качество его новой, «коронованной» жизни после сегодняшнего дня изменилось.
В напутственном слове возведенному в высший воровской сан, один из самых авторитетных воров Байкал сказал:
«Смотри, бродяга, мы все за тебя сегодня, как бы поручились. Не подведи нас. Теперь ты, среди нас, как равный, среди равных. Будь здоров и помни, что отныне твоя семья, это все те, кого ты сейчас видишь. Мы верим в тебя»
На обратном пути в зону, он опять ехал в одной связке с представителем ФСБ, а может и не ФСБ? Какая в принципе разница.
Иван Петрович, «мухомор гребанный», поздравил его с «коронацией» и сообщил, что не все было так просто и гладко, с его выдвижением и посвящением в «рыцари фомки и отмычки».
Вор из Сибири, с достаточно часто встречающимся погонялом Синоним был одним из старейших авторитетов приехавших на сходняк. К его мнению прислушивались и с ним считались, именно он и высказал свои сомнения по его поводу. Но фактов не привел, а сослался на своего кореша, смотрящего в той зоне, где отбывал наказание Рысак. Мол молодой, это почти в тридцать-то лет, не пользуется авторитетом. Воры на это отпарировали, что молодец, не выпячивается. Что-то сибирский вор еще говорил, но прямых преград и предъяв, у него не было. Поэтому, высший совет все его сомнения оставил без внимания.
Много еще рассказал Иван Петрович, с усмешкой добавив, что если бы они, «читай ФСБ», были заинтересованы в смене смотрящих, то сделать это не составляет никакого труда. Слишком много на каждого накопилось бумажек, фотографий, кино- и видео- материалов. Особенно это касалось того, что на языке блатных называлось крысятничеством или иначе кражей у своих. Заключалось оно в том, что большая часть получаемых доходов, особенно от торговли наркотиками, скрывалась ими и шла не в воровской общак, а наличные нужды.
Дорога обратно была длинной. Обстоятельный разговор у них продолжился. Иван Петрович отечески (ага, пожалела кошка мышку) посоветовал Колюне, по возвращении на место, особо на рожон, с остающимся смотрящим зоны Данилой Белокаменным не лезть. Тот считался вором хитрым и очень злопамятным. А также, опасаться с его стороны провокаций. Прошел-де слушок, что Данила заявил одному из своих приближенных, что двум медведям в одной берлоге не ужиться. И что готовиться новому «законнику», теплый прием с разными сюрпризами.
Со своей, —
понимай, феэсбешной стороны, Иван Петрович пообещал прикрыть его, теми силами, которыми они располагали в лагере.На прощание Иван Петрович шепнул ему пару интересных слов, по которым он сможет определить человека пришедшего от него либо выявить провокатора ссылающегося на контору.
Зона встретила Рысака торжественно. Данила при всех очень тепло поздравил. После таких дружеских объятий, остается незабываемое ощущение того, что как будто со Змей-Горынычем обнимался. Остается только дух перевести, и порадоваться, что он тебя сразу не съел.
Рысак не подкачал. Братву с нетерпением ожидающую его возвращения, не обидел. Выставил угощение, за которое ему стыдно не было.
В который раз Рысак убедился в силе денег. Надо было угостить братву? Тут же, на строго охраняемой зоне появилась и водка, и закуска. Подбросили даже наркоты. И все они — деньги. Вопросы участия в таких мероприятиях оперчасти им не рассматривались.
«Бойтесь данайцев дары приносящих» — в переносном смысле (без детального изучения Гомера и Вергилия) это означало для размякшего от счастья Коли Коломийца, только одно, то, о чем его предупреждал гражданин начальник.
Когда было выпито достаточно и все тосты произнесены. Сидели молча. «Шестерки» сварили чифирь. После пары глотков, ощущение было такое, как будто и водки не пили. Так прояснилось.
В отдельном закутке, где жил Данила, стояла печка. Любил он перед сном посмотреть на огонь и подумать о своем хозяйстве. Именно там, как радушный хозяин он и принимал новоиспеченного законника. Там у него имелась качественная аппаратура для прослушивания и просмотра CD-дисков. Чтобы обидно не было, такой же Hi-Fi стоял в кабинете у «хозяина», начальника колонии.
Дровишки в печке особенно радостно хрустят и потрескивают, когда за окошком вьюжит. Из мощных динамиков лился томный голос Фреди Меркури, прекрасно дополняемый всем мощным, слаженным многоголосьем группы «Куин». Когда же зазвучала одна из самых красивых композиций «Богемская рапсодия», все присутствующие, разве что глаза не закатывали от получаемого наслаждения, от этой в самом деле божественной музыки.
В такие минуты хорошо помолчать. При чем, помолчать всем, включая и неофита, только сегодня принятого в высшее воровское сообщество — Колю Рысака. Но, то ли он об этом не знал, то ли у него от счастья мозги размякли, неизвестно. Спроси сегодня у него, кто тебя дурака, вечно за язык тянет и зачем ты нарушил созданное в уголовном коллективе благодушие и благолепие? Он, на такой вопрос не ответит. А все оттого, что если другие наслаждаются, то и ты наслаждайся…
Вьюга гудит, музыка звучи и посреди этого пиршества духа вдруг раздается разомлевший голос Рысака.
— Нештяк он выводит свои ноты, эко закручивает-то, как аккуратно, — отпивая обжигающий чифирь и передовая кружку по кругу, ни к кому конкретно не обращаясь, разомлевшим голосом произнес он. — Жалко только, что пидором был.
Тихо-тихо стало. Как потом рассказывал Микроб, вор-карманник присутствующий при этом, он почувствовал своего рода озноб. По спине поползло что-то страшное, наверное, именно так, дает знать о своем приближении, злая тетка с косой, по имени Смерть.