Лев и Сокол

— Почему бы тебе, кошка др…

— Я чувствую запах завтрака! — объявил Нолан, встав между ними, чтобы открыть дверь. Работники службы кейтеринга вкатили несколько тележек, покрытых белыми скатертями, с множеством блюд.

Присутствие человеческого персонала заставляло его мать и Клариссу молчать, но невидимые кинжалы между ними летали быстро и яростно.

Как только люди получили щедрые чаевые и наконец ушли, Нолан уселся в кресло и стал открывать тарелки. Аппетитные ароматы наполнили воздух

— Пора убирать когти в ножны, дамы. Завтрак подан.

Как и в случае с дремотой, Нолан не позволял ничему мешать еде. Льву нужно было восполнять энергию, особенно когда он имел дело с матерью. И при общении с взъерошенной птицей, которая выглядела так, будто предпочла бы выклевать им глаза.

— Нам пора приступать к работе, — заметила Кларисса.

— Сначала еда, — приказал он между глотками.

— Отпусти птицу. Я отвезу тебя в офис, — предложила его мать.

Прежде чем он успел отказаться, Кларисса ответила:

— Если так подумать, я очень голодна. Девушка не может просто так сидеть и глядеть, как лев удовлетворяет свои потребности.

Нолан чуть не подавился.

***

Кларисса, не обращая внимания на недовольное урчание старшей кошки, села за стол. По правде говоря, сегодня утром она чувствовала себя довольно голодной, и, несмотря на не самое лучшее обоняние, даже она не смогла устоять перед богатыми ароматами, доносящимися от стола. Доктор не шутил, когда сказал, что закажет все, что есть в меню. Вафли, большие и пушистые, украшенные шарами из взбитых сливок, россыпью глазури и фруктами, искушающее лежали на одном блюде. Тосты лежали горкой на другом. Блинчики источали пар на третьем. Бекон, едва прожаренный и пропеченный до хрустящей корочки, сосиски и ветчина вызвали у нее аппетит. Апельсиновый сок манил. Кофе обещал возвращение к здравому смыслу.

— Где яйца? — требовательно спросила его мать.

— Из уважения к гостье я не счел их уместными.

Ах, как мило. Бе.

Однако его мать не могла оставить все как есть.

— Боишься съесть своего кузена?

Кларисса изогнула бровь.

— Ты всегда такая грубая или кто-то забыл принять лекарства сегодня утром? Я слышала, что менопауза для женщин твоего возраста может оказаться испытанием. — Цель обнаружена. И… бум. Прямое попадание. От ярости мать Нолана покраснела и готова была броситься через стол.

Кларисса так и думала, что Сильвестр испортит ей веселье.

— Хватит. Касается обеих, — приказал Нолан. — Мама, следи за своими манерами, а ты, Кларисса, ешь, иначе я выполню свое обещание.

Поцелуй, если она не заткнется? Черт, ему нужно было придумать наказание получше, иначе она начнет устраивать неприятности только для того, чтобы проверить, выполнит ли он, что обещал.

В молчаливом хрупком перемирии они ели и ели, но Кларисса даже близко не подошла к количеству еды, которое впихнули в себя два льва. Куда они все это девали? Она видела Нолана почти голым. Вопреки его ленивой натуре, на его теле не было ни унции жира. Напротив, все его шесть футов с лишним были загорелыми, с подтянутыми мышцами…

В дверь постучали, и Кларисса воспользовалась этим предлогом, чтобы сбежать от эротических образов, решивших разрушить стену в ее сознании. Она взглянула в глазок и застонала. Может, притвориться, что никого нет? Стук повторился — быстрый, настойчивый.

Распахнув дверь, Кларисса отступила в сторону, чтобы впустить гостей. Назойливая крольчиха заскочила внутрь, за ней — ее неповоротливый медведь-муж, нагруженный знакомым багажом.

— О боже. Мне показалось, я чувствую запах еды. — Миранда подскакала к столу и почти тут же набросилась на морковные кексы, которые вместе с несколькими другими блюдами из здоровой части меню остались нетронутыми.

— Доброе утро, — хрипловато сказал Чейз, бросая сумки Клариссы к ее ногам. — Хлоя попросила нас привезти ваши вещи. Видимо, быть адвокатом — недостаточно важная работа. FUC низвел меня до посыльного.

— Ну-ну, ворчливый медведь. Мы оба знаем, что ты расчистил свой календарь встреч, потому что скоро родится ребенок, плюс кризис FUC, из-за которого мы все на взводе.

— Я отказался от клиентов, чтобы успеть выспаться до рождения детеныша.

— Выспаться? У кого есть время на сон? Еще столько всего нужно сделать, — напомнила Миранда, приканчивая кексы, а затем приступая к датским сырникам, что привело к тому, что они с Ноланом с рычанием сцепились за последний, с вишней.

— Я думал, что беременность замедлит ее, — скорбно признался Чейз, усаживаясь на стул и потянувшись за пончиком с медовой глазурью, который, как ни странно, никто не приметил.

— О, п-п-п-пожалуйста!.. Я никогда не чувствовала себя такой энергичной, — промурлыкала Миранда, держа в руках большую часть сырника.

— Я заметил.

— Почему ее до сих пор никто не прикончил? — шепотом спросила Нолана Кларисса. — Такая жизнерадостность ненормальна.

— Поверь, многие пытались.

— Я чувствую но.

Он пожал плечами.

— Скажем так, Миранда гораздо крепче, чем кажется.

— Морковные кексы уничтожены, сырники покорены, а йогурт съеден, — беременная зайка похлопала себя по пухлому животу. — Итак, какие планы на сегодня?

— Ты будешь держаться подальше от неприятностей, — предупредил ее муж.

Миранда махнула рукой, но не обиделась. Неужели что-то пробило ее жизнерадостную маску?

— Конечно. Я спрашивала, какой у них план. Я знаю, что не смогу сражаться с плохими парнями, пока не родится ребенок.

— Вообще-то я не знаю, какой у нас план, — ответил Нолан. — У нас была та еще ночка, и мы только что встали.

— У меня есть план, — сказала его мать. — Нолан поедет со мной, и прайд будет защищать его как моего единственного наследника мужского пола.

— Кх-отеночек, — Чейз кашлянул в ладонь, и Кларисса захихикала. Нолан не выглядел довольным.

— Я не поеду с тобой, мама.

— А что задумала девушка из ASS? спросила Миранда, откусывая от фруктов.

Обижаться или нет? Решив, что еще слишком рано затевать драку с беременным зайцем, Кларисса сделала вид, что не заметила колкость.

— Я собираюсь осмотреть другие места преступления.

— Эй, звучит заманчиво. Не возражаешь, если я с тобой? — Нолан оживился.

Первым побуждением было сказать «нет», но тут Кларисса увидела, как его мать яростно трясет головой, и птенец, которому нравилось раздражать старших, заговорил раньше, чем она успела остановить себя.

— Конечно, но только если я снова сяду за руль.

— Снова? — Глаза его матери чуть не вывалились из орбит. — Ты позволил ей водить твою машину?