Лея Леса
Шрифт:
Таня зафыркала.
— Ну да. Звезду Смерти!
— Почему нет? Им кто-то скажет, что это кино?
— Может, тогда правда костюмчик Дарта Вейдера прикупить? В интернете все есть, закажем…
— Не переигрывай. Лучше качественная экипировка… скажешь, что там мужской вариант, а здесь — женский. Костюм, все же, будет бутафорский. Из дерьма и палок. То есть синтетики и каркаса. А вот мотоциклетная экипировка — тяжелая. Настоящая. И можно туда какой-нибудь техники напихать.
— Техники?
— Чтобы сигналы шли. Вразнобой.
— Томагочи по всем карманам распихать. Десяток.
— Томагочи,
— Это все не умрет рядом со мной? — озадачилась Салея.
— Можешь и не рассчитывать. Старые модели — где хочешь выживут. Даже в жерле вулкана, — отмахнулась бабушка Мила. — У знакомого овчарка сотовый телефон сожрала, из первых моделей. Так что ты думаешь? Вышел невредимый.
— А звонил после этого?
— Звонил. Как ни удивительно.*
*- одна из первых моделей нокии. И прошу не считать рекламой. Случай — был. Прим. авт.
— Буся, слов нет!
— И не надо. Лея, вопрос. Можно ли как-то изолировать все это… излучение ша-эмо на время перехода? Как радиоактивность — свинцом?
Салея задумалась.
— Не знаю. Надо пробовать.
— Пробуй и думай. Если тебя слушается вся живая природа — может, какие листья налепить? Или вообще кокон сделать? Как у гусеницы-шелкопряда?
— Я подумаю.
— Думай. И разбивайте все на три этапа. Первый — объяснить все старейшинам и пусть готовятся. А ша-эмо передать приглашение на переговоры. Второй — переход группы для подготовки. И они займутся обустройством места для всех остальных. Поработать, понятно, придется. Но выбора все равно нет. Там же и переговоры проведете. Подумайте, что можно пообещать ша-эмо. Из вкусного, чтобы они заинтересовались — хоть ненадолго. Третий этап — собственно, уход.
— Жаль, нельзя им напоследок что-то хорошее подарить. Этим шарикам, — мечтательно вздохнула Таня. — Ядрен-батон, там, или хотя бы пробирку с плутонием…
— Даже если будут деньги, все равно у вас не будет физической возможности достать что-то подобное. Максимум — огнестрел. А этим, я так понимаю, ша-эмо не удивишь.
Салея кивнула.
— Бомбу вам никто не продаст. Припять в тот мир тоже не перекинешь, увы. Давайте исходить из реальности. И созвонись с Русланом, Танюша. Если они пообещали помощь с женьшенем… пусть мы даже чуточку потеряем в деньгах, плевать! Время дороже!
Вот тут были солидарны все трое.
— Хорошо, буся.
— А раз хорошо… тут никому на занятия не пора?
Девушки посмотрели на последнюю оладью на блюдце, подумали, и протянули ее Гному. Ротвейлер открыл пасть, закрыл…
Оладья?
И рядом не было! И вида не осталось…
— Идем, бусь!
Действительно, стоило поторапливаться, чтобы не опоздать на первую пару.
Один день, но как все изменилось!
Руслан ждал девушек у входа. Сидел на перилах, не обращая внимания на Попова и компанию, которые курили рядом с машиной, читал что-то в планшете…
При виде девушек его с перил буквально снесло. Вихрем.
Сначала поймали и расцеловали Лею.
Потом — Таню.
Потом Руслан покосился на обалдевшего Попова, у которого даже сигарета из пальцев выпала, и повторил в обратном порядке. И по его лицу все было и так ясно.
— Здорова?
— ДА!
И
что тут еще скажешь? Счастье — есть.— Тогда бежим на пару, — предложила Таня. — Рус, есть в городе магазинчик, чтобы мотоциклетной сбруей торговал?
— Да, и не один. А что надо?
— Вот оно и надо.
— А мотоцикл?
Девушки покачали головами.
— Нет. Мотоцикл не надо, только саму сбрую.
Камеру решили не покупать, купить пару планшетов, все равно они все идут со встроенными камерами. И чего множить сущности? И надо бы ломбард какой посетить. Набрать там старинного барахла за небольшие деньги. Такого, неубиваемого.
— Хотите — после уроков съездим? Я знаю, куда именно.
Девушки не возражали.
И снова — латынь.
— Non est medicina sine lingua Latina…
Поговорок надо было выучить двести штук. И сдать потом на зачете. Таня старательно переписывала их из учебника латыни в тетрадь. Заодно запомнит получше.
Пожить спокойно, увы, удалось только на уроках. На перемене Попов не выдержал.
— Петров, это че за цирк перед колледжем был?
— Это мы в воздушные акробаты готовимся, — не спустил Руслан. А что?
Раньше ему на все было плевать.
Самоутверждение? Статус?
Да тьфу на вас три раза, идиоты! Какое значение имеет вся эта глупость, когда у тебя умирает самый близкий человек?! Если на то пошло, Руслан и сам мог бы на машине в колледж ездить, но не хотел. Не то было состояние… отвлечься, задуматься — и врезаться в столб? Чтобы отцу еще и с ним хлопот добавилось?
Нет уж!
Поэтому Руслан ездил с отцом. А чтобы тому не приходилось делать крюк, выпрыгивал в одном квартале от колледжа.
Не из маскировки. Просто так было удобнее, а добежать?
Да что такое один квартал для нормального человека? Пять минут ходьбы быстрым шагом! Тьфу!
Но Попов—то некоторых обстоятельств не знал. И, с его понтами и прочими, воспринимал Руслана, как неудачника. А че?
Отец не башляет? Тьфу, лузер! Предки должны давать бабки! А зачем они еще нужны?
В системе координат Попова как раз все было просто. Как у амебы. Есть деньги, значит, все самое лучшее должно принадлежать ему. К примеру, была Извольская, но Сантос, конечно, экзотичнее. Поэтому можно поменять одну на другую.
Сантос уедет? Найдем третью…
Петров имеет деньги? Ну, так шапочно, Сережа об этом знал. Не сильно влезал в отцовские дела, но был в курсе, кто такой Даниил Петров и сколько ему принадлежит. Но Руслан-то этими деньгами, считай, не пользовался.
Да, у него неплохие шмотки и аксы, но не брендовые. И айфон не последний. И вообще… девчонками он тоже не интересуется, считай — лузер. Уж точно ниже Сереги на иерархической лестнице.
И превращение мирного оленя в голодного крокодила Сергея как-то не обрадовало. Руслан ему скалился прямо в глаза, как бы говоря — и?
Вот что ты тут сделаешь?
Попов такого спустить никак не мог.
— Петров, ты напиток смелости выпил?
— С утра не пью. И не похмеляюсь. А ты жвачку пожуй, а то перегаром на километр шибает. На нормальные напитки денег не хватило?
— Петров, ты че — нарываешься?
— Восстанавливаю историческую справедливость.
— Не, ты точно нарываешься.