Личные дела киллера

Полицейские выяснили, что нападавших было четверо, но никого их них не нашли ни сразу, ни позже. Было ли это связано с тёмными делишками моего папаши я так и не выяснил, а дядька Ромас, что забрал меня вместе с моими вещами и доброй частью квартирной обстановки, особо о произошедшем не распространялся. Сказал только, что все деньги и драгоценности исчезли, а их было немало! И ему с семейством ещё тройные похороны организовывать. Разумеется, я бросил школу, постигать что-то, кроме жизненных тягот, не было смысла. Сперва помогал дядьке в автомастерской. Потом, когда тот стал доставать с упрёками, будто назло ему ограбил первый попавшийся под руку магазин (так себе и не престижный вовсе, как раз по соседству с дядькиным бизнесом). Большую часть добычи отдал Ромасу. Расплатился, так сказать, за хлопоты. Сам же, прихватив дядькин пистолет (незаменимый и повсеместный пм), нож, рюкзачок и в нём некоторые шмотки, подался в Вильнюс. Электренай, по понятным причинам, стал для меня тесноват.

Даце ничего из этих околичностей не знала. Поэтому, когда её стали расспрашивать обо мне с величайшим пристрастием, по пути валя в мой адрес неправдоподобный компромат, девушка, скорей всего, была удивлена, и это удивление с недоумением напополам стали для неё последними в жизни. Я только недавно стал осознавать, как же её подставил! Мало того, как распоследняя сволочь, я продолжаю жить и вдобавок забираю чьи-то жизни. Во имя чего же сейчас?! Ясный смысл моего существования понятен, если только моему создателю. Для меня же это давнишняя катастрофа. Всё время выживать... Когда вокруг тебя все продолжают гибнуть!

Если честно, надоело мне такое убогое выживание! Сидеть на заброшенной хате (она же - перевалочный пункт в стиле побитых молью 70-х) и ждать следующего сигнала к действию. Вещей у меня, как всегда, немного, а вот денег уже предостаточно. И главное: паспорт! Могу сорваться хоть сейчас в любую сторону, подальше от самозванных екатеринбургских мафиози. Но, как и ранее, жду символического тычка в спину. Это значит: либо я кого-то достану, либо кто-то достанет меня. По меркам новых "друзей" я - простой, понятный и на самом деле, круче некуда, но какой-то нестандартный. Собственную вместимость алкоголя знаю, матерными словечками собеседников особенно не бомблю, сленг и "не переводимую игру слов" частично не воспринимаю. А девок в ресторанах и вовсе мне не предлагать! Я в бегах, этим всё сказано. Притом происходит дельце на неродной территории. Сотворил вот нехилое ограбление (правда, застрелил того, кого не надо!), и скорей на боковую, в обнимку с недавно реанимированной совестью. В последнее время старым ремеслом занимаюсь исключительно, чтоб расплатиться за то, за сё. Собственно, любви к "профессии" я никогда и не питал. Скорей наоборот. Просто, раз уж так выпало: среди зверей стать супер-зверем, то нужно таким и оставаться ещё некоторое время. Ради собственного блага.

Это я у Джека Лондона почерпнул, из последней книги, которую прочитал.* А до того осилил целую родительскую библиотеку, потом часть собрания книг в школе, и на этом дело закончилось. Наверно, где-то наверху решили, что настоящая практика реальнее книжной теории. Заодно жёстче, страшней и черней. Как раз мне по плечу! Притом в буквальном смысле. Таких, как я, здоровяков, вообще, опасаются, а уж немногословных и с оружием тем более!

Может, в этом причина? Канадец с Кителем не такие по сути и добренькие, благотворительностью точно не занимаются. Я к ним стихийно навязался, они до сих пор меня конкретно опасаются. Скорей бы с ними развязаться! Дело в том, что я присмотрел себе на лето ничейный на вид хутор с садом-огородом, а один там жить и хозяйничать не собираюсь. Короче, я мыслю на перспективу. В этой широченной державе никто меня всерьёз не ловит, главное: больше сильно не светиться. Интерпол пока не подозревает, в какой же стороне меня искать, а путь к настоящей свободе мне перекрывают всего эти двое! Их "шестёрки", на которых я вышел вначале, не в счёт. Нужно избавиться лишь от одного из "смотрящих", второй уймётся сам по себе. Меня, собственно, всё в них достало: это их, типа, общение: "как же я накидался на днюху!", "а я опять подмял очередную бабу!" Их недалёкая уверенность: не считаться ни с чем, нигде не видеть для себя преград! Хватит мне их ерунды, я и так будто исчерпан до дна... Думаю, в тот момент, когда я увидел мёртвую Лину, ценность любой жизни для меня стала значить ровным счётом: ничего.

Поэтому расположившись на продавленном диванчике под выцветшим абажуром, я принялся гадать в уме: кого ж пустить в расход, притом немедленно? Китель тута важная персона, ещё наоборот спустят из-за него всех собак! Канадец по сути уже не так важен, а руки у него хоть не по локоть - до запястий в крови, это точно! Тем более он многим мешает. Значит, буду ждать выпада от Канадца, а там его в ответ прихлопну, успокаивал я себя, засыпая и поглаживая под подушкой ту самую незабвенную дядькину "пушку". Всё тот же пм. Лучшее на сей момент подспорье. Так что, врасплох не застанешь!

В итоге, Канадец (без Кителя, кстати) явился назавтра, аккурат к полудню, я к этому моменту нахлобучив свитер, куртку, джинсы, прохаживался пультом по каналам. Под нервной сменой телекартинок таилось всего лишь желание: спалить некоторую часть своей жизни дотла. Канадец по привычке предложил проехаться, взглянуть на следующий объект для взятия. Как бы... Сначала я молчал, слушал его нудноватую "разнорядку", потом резанул:

– В России, вроде, волю ценят?! Вы же не одни такие...

– Этакий ты - деликатный малый...
– перебил меня Канадец.
– Так волю к воле не отстаивают!

– А так?
– я достал свой верный пистолет.

Руки у Канадца были заняты рулем, но похоже, я удивил его, если только своим нетерпением.

– Строптивый ты однако! И эта строптивость бабу твою загубила! Что ж ты в своих редких лесах за дюнами прятался, когда её, беременную (от тебя, между прочим, тварь ты этакая!) твои бывшие дружки на куски растерзали?!

У меня моментально возникло стремление: приставить пистолет Канадцу к голове, но мы всё ещё в городе, и этот гад ровненько ведёт машину. Тем более, ничего нового он мне сейчас не сообщил, да и почти не затронул зажившую рану. Хотя о произошедшем не я же ему рассказал! Значит, откуда-то пришли слухи. Поэтому моя обычная сдержанность дала мелкую слабину:

– Я не могу отсюда никого достать!

– Тогда, давай-ка, напрягись маненько! Ну, как бы в последний раз, а потом можешь возвращаться в свои дюны и мстить до посинения...

Я точно знал, что мне "последний раз" не нужен, и месть уже не актуальна - с большинством жизнь сама разобралась, довела их бытие до жуткой или жалкой смерти. А возвращаться?.. Но я решил всё ж не трогать Канадца, наверно, из-за грубоватого сочувствия в словах, хотя его "деловое" предложение меня озадачило. Он захотел убрать Кителя. Естественно, с моей помощью!

Я сразу размечтался: может, Китель так же захочет избавиться от Канадца? Вдруг они оба созрели до взаимного уничтожения?! А мне удастся стравить их вместе в чистом и честном... т.е. абсолютно грязнющем бою! Вот же будет удача: два волчары подомрут на радость третьему! Да, размечтался я... Но быстро напустил на себя покерный вид и стал просто уточнять детали. Личностных моментов раньше в нашем общении не было, и помогать мне стали тоже не по дружбе. Стало быть, кто с кем обретается и где - мне было до сей поры не известно. А сейчас, чем больше я узнавал о Кителе, тем сильнее мне хотелось запереть их обоих с Канадцем в каком-нибудь подвале, шоб они, так сказать, с моего одобрения, наконец, порешили друг друга. За этими двумя если только гнусная педофилия не водилась. Вот уж где действительно отъявленные и отпетые!

Так, обговорив нюансы, я согласился и взял пару деньков, якобы на подготовку. Канадец укатил обнадёженный, а я впервые в жизни стал молить богов, чтобы Китель тоже захотел избавиться от закадычного друга-врага. Ещё я просил о том, чтобы для меня (после всех этих распрей) по-быстрому наступило... семь лет счастья. Почему семь? А на большее я бы никогда и не рассчитывал. Хотя бы столечко, а с окружающей напастью я управлюсь!

Точно! Управиться я могу с чем угодно. Те двое, что поджидали меня дома поближе к вечеру, и сообразить-то не успели, как получили по свинцовой метке каждый. "Кителя человечки!" - смекнул я, меняя куртку на ту, что потеплее, с крайне ценным содержимым карманов и спешно закидывая в сумки свои остальные вещички. Удостоверившись, что всё захватил, я обезоружил собственноручно отправленных на тот свет. Кроме "пушек" у них ничего ценного не было, если только огромная зажигалка в виде бронзовой гранаты у того, кому я влепил между глаз, и ключи от авто у того, кому попал в горло. Убитые были совсем сопляки. У Канадца команда матёрая; это Китель всегда подбирает безмозглых ушлёпков. Я бросил пылающую "гранату" под шторки и ретировался. В квартирке слишком много моих отпечатков, вдобавок эти двое идиотов приключились! Не хочу доставлять радость местной полиции и заодно упрощать свою поимку Интерполу, Европолу, или как там оно называется. О соседях я не беспокоился, дом готовился под снос, я всё это время прятался в пустом "крыле", только противоположное было более-менее заселено такими же, как и я, туманными личностями.

Я выскочил на улицу: смеркалось, и весна грустила, пустая пока и несносно холодная. Видавший виды джип стоял неподалёку. Сойдёт! Я оккупировал собой и сумками салон, обратив внимание на небольшой бардак: "Машинку оставлю себе - приберусь..." - и рванул теперь к прибежищу Канадца. Тот (после очередной измены) был изгнан ревнючей женою на дачу. В городской черте, хотя пришлось пилить порядком. Сделалось совсем темно, я чувствовал себя бодрым, хотя предполагал, что заночую сегодня в случайно подфартившем джипе без ужина, душа и телевизора. Чёрт! Чего же я не прихватил с собою зомбоящик! Престарелый по всем статьям, но очень даже функционирующий. Может, как-нибудь за ним вернуться? Ладно... Хорошо, что Канадец посвятил меня в собственное житие, показав временное дачное пристанище. Я, конечно, джип тоже оставил не на виду и, крадучись последовал вдоль забора к симпатичному такому домику. На веранде было темно, но в кухоньке что-то светилось. Я усиленно приглядывался: где этот долбаный Канадец, блин! А узрел Кителя с пистолетом и тут же достал свой, потом сию же секунду передумал, вынул из другого кармана тот, что с глушителем, реквизированный у несостоявшегося киллера номер 2, и прицелился с улицы. Стекло чуть слышно звякнуло, я в этот момент подобрался поближе: Китель грузно обрушился на стол, за которым сидел истекающий кровью Канадец.