Лицо в темной воде

– Какой?

Девушка удивленно хлопнула черными ресницами.

– Не скажу. Это же секрет.

– Ах да, – с улыбкой кивнула Инга. – Хорошо, я отведу вас к Шуравину.

Она встала из-за стола.

– Идемте со мной!

Они вышли из кабинета (Тайча кивнула и улыбнулась секретарше, как старой знакомой) и пошли по широкому светлому коридору.

– Надеюсь, вы от него не беременны? – с легкой иронией уточнила Инга.

– Что вы! – возмутилась девушка. – Конечно, нет. Я вообще не беременная.

– А хотели бы?

– Нет. В Москве дети не нужны. В Москве нужны деньги. Много денег.

Инга смотрела на девушку с сочувственным интересом. «Вот и еще одной дурехе Москва затуманила голову, – подумала она. – И все же интересно, что ей надо от Шуравина?»

– Это в тайге без детей не выжить, – продолжала рассуждать провинциальная дикарка. – Старой станешь – никто не поможет, только дети. И воду принесут, и зверей настреляют, и пушнину продадут. Далеко еще идти?

– Нет. Мы уже пришли.

Инга остановилась возле кабинета Шуравина и постучалась.

– Да! – отозвался тот из-за двери.

Инга распахнула дверь и посторонилась, впуская девушку в кабинет.

– Входите, – сказала она.

Девушка смело вошла в кабинет, взглянула на Шуравина, хмыкнула и сказала:

– Теперь я понимаю, почему она от вас убежала. Вы же старый.

Руслан Маратович уставился на Тайчу обескураженным, недовольным взглядом, потом перевел глаза на Ингу, явно требуя объяснений.

– Это Тайча, – представила Инга. – С недавних пор она танцует в ночном клубе. До этого обитала на вокзале, пока не встретила «нужных людей». А еще раньше жила… Где ты жила, Тайча?

– В лесу, – бодро ответила девушка.

Инга кивнула:

– Так я и думала. Руслан Маратович, Тайча хочет открыть вам какую-то тайну. И тайна эта связана с вашей погибшей женой Диной.

Услышав имя жены, Шуравин нахмурился, на скулах у него проявились желваки.

– Что ж… – произнес он, как бы с трудом открывая рот. – Присаживайтесь.

Тайча села в кресло, на которое указал ей Руслан Маратович. Покосилась на Ингу и сказала:

– А вам нужно уйти. Я буду говорить только с мужем Дины.

Шуравин исподлобья посмотрел на Ингу. Та пожала плечами, повернулась и, ни слова не говоря, вышла из кабинета.

– С чего начнем? – спросил Руслан Маратович у юной гостьи.

– У вас есть водка? – выпалила та.

– Водка?

– Да. Мне часто дают – там, где я работаю.

– В ночном клубе?

– Да.

Шуравин хмыкнул.

– Водки у меня нет, но есть хороший коньяк.

– Можно и коньяк, – разрешила Тайча.

Шуравин открыл верхний ящик стола, достал бутылку французского коньяка и два чистых стакана. Открыл бутылку и плеснул коньяк по стаканам. Один пододвинул к Тайче.

Девушка взяла стакан и выпила весь коньяк залпом. Поставила стакан, передернула плечами, сморщив смуглое личико, потом посмотрела на Шуравина влажно и мягко заблестевшими черными глазами и проговорила:

– Хочу сказать об одном деле. У вас есть интерес, и у меня есть интерес. Наши тропки пересеклись.

– И что же это за тропки? – уточнил Шуравин.

– У вас есть жена, у меня – парень. Пока он мне не муж, но станет мужем, когда я вернусь.

– Вернешься в лес? – уточнил Руслан Маратович.

– Да. Я вернусь к нему на своей машине. На джипе! У меня будет много денег, и я куплю ему «карабин-вепрь», о котором он мечтает. И еще – много пуль и много новых капканов. А потом мы с ним построим новый дом – из белых кирпичей, а не из черных бревен. И поставим в доме белую ванну. А краны будут золотые, как у нас в ночном клубе.

Шуравин молча выслушал девушку. А когда она остановилась, чтобы перевести дух, изрек:

– Заранее поздравляю. Только ты что-то напутала, девочка. У меня нет жены. Вернее, когда-то она была, но потом умерла. И с тех пор я один.

Тайча усмехнулась.

– Ты так говоришь, потому что ничего не знаешь, – снисходительно сказала она.

– О чем не знаю?

– О своей жене. – Тайча весело посмотрела Шуравину в глаза и вдруг подмигнула. – Твоя жена совсем живая! Понял?

Лицо Шуравина оцепенело, и на этом оцепеневшем лице лопнувшей струной дернулось больное веко.

– Ты что-то путаешь, девочка, – с трудом проговорил он.

– Ничего я не путаю. Она живет в лесу, в пауле моей прабабушки Элинэ. Мой жених Пакин принес ее из леса. Она была мертвая, а ее душа блуждала по нижнему миру. Но старая Элинэ вернула ей душу и оживила твою жену.

Руслан Маратович помолчал, стараясь переварить все то, что только что услышал. Потом с мрачной рассеянностью уточнил:

– Твоя прабабушка врач?

Тайча покачала белой, как сахар, головой:

– Нет. Она шаманка. Только она неправильная шаманка, и духи постоянно на нее сердятся.

– Что значит «неправильная»?

– Она охотится на зверей. А этого шаманам делать нельзя. Батюшка-медведь из верхнего мира постоянно ее ругает. Но все равно ей помогает, потому что моя прабабушка – хорошая шаманка. Хоть и неправильная.

– Так. – Шуравин взял себя в руки. – Чего же ты хочешь от меня?

Тайча резко подалась вперед.

– Поезжай в тайгу и забери свою жену! – взволнованно выпалила она. – Как добраться – я тебе скажу! Сначала надо долго ехать на поезде, потом на машине! Тоже долго. А потом свернуть у Тарсунского тумана к скалам и пойти пешком в лес. Тебе понадобится хороший лодочник, но в Користном ты его найдешь. Главное, возьми с собой побольше водки!

Шуравин молчал, пораженный словами девушки. Тайча улыбнулась и мечтательно проговорила:

– Когда ты заберешь свою жену, Пакин снова меня полюбит. А уж как я его полюблю! Теперь я умею. Меня научили в ночном клубе. Камиль сказал, что теперь от меня ни один мужик не уйдет. Я красивая и умелая.

Шуравин тяжело и неуклюже поднялся из-за стола.

– Выпей еще коньяка, – хрипло проговорил он. – Посмотри телевизор, вот пульт. Пользоваться умеешь?

Тайча обиженно шмыгнула носом:

– Конечно. Я не дикая.

– Я ненадолго отлучусь. Нужно кое с кем поговорить.

– Поговори. Я же не глупая, все понимаю. Обязательно поговори.