Лир. Книга вторая

Глава 17

Улла была крепкой тётей лет сорока и ростом под метр девяносто. Белые волосы почти полностью были окрашены в синий цвет, что явно о чём-то должно было сказать окружающим.

— Пойдёшь с нами? Десять энтов серебром, если тихий рейс, и золотой, если с кровью.

— А если до крови не дойдёт?

— Это как?

— Ну, мачта у врагов сломается, стрелы долетать перестанут, корабль вдруг в воду нырнёт?

— Фантазёр. Ну, так что?

— Давай сходим до Виртонга, а дальше видно будет.

— Выходим с рассветом. Тебя поднимут. — коротко проговорила капитан банды русалок. Путешествие обещало быть забавным.

******

Четыре больших купеческих ладьи охраняли два корабля наёмников. На каждом корабле полсотни девиц, крепких телом, острых на меч и язык. Казарменные шуточки в адрес Лира сыпались регулярно, но разве они могут чем-то напугать бывшего десантника? Уж женской груди он точно не испугается, да и магию никто не отменял.

Место ему выделили на юте у рулевого весла. Маленькая надстройка высотой с табуретку из грубо остроганной доски. На ней были свёрнутые бухты каната, мешки с провизией и немного места для ковра из войлока, который расстилали перед сном. За рулевым веслом стояла черноволосая, которую звали Авила. Остальные пока налегали на вёсла, но выйдя из бухты в море, ветер наполнил парус, и Улла скомандовала сушить вёсла.

Корабли охранения шли спереди и сзади каравана, а охрана зорко осматривала окружающее морское пространство.

— Бывал в море? — спросила Авила.

— Жил на побережье. А так, впервые на корабле. — коротко проговорил Лир.

— Нам пять дней идти. Кстати, видишь блондинку на третьей скамье по правую руку?

— Там их две.

— Ближе к проходу.

— И?

— Дочь Уллы.

— И что с того?

— Присмотрись, вдруг понравится.

— Мне и неженатым нормально.

— А кто говорит о женитьбе?

— Предлагаешь её отматросить в жёсткой форме?

— Пф. — фыркнула Авила. — А ты забавный. Самой, что ли, на тебя покуситься?

— А понравится, что делать станешь? Вы же тут из-за меня передерётесь, а я крайним буду.

— Ну, так попробовать хочется.

— Кто бы сомневался.

— Так ты не против?

— С чего бы? Стереться — не сотрусь. Мне лишь бы вы тут все не перегрызлись.

Авила довольно улыбнулась, а Лир сел на бухту каната и, откинувшись на борт, погрузился в мир рун, изучая окружающих его наёмниц. Наблюдение показало, что его хотели все. Это могло стать проблемой, но в данный момент он решил заняться собой. Несколько лет, проведённых за книгами, физической формы не добавили, поэтому он и стал думать как прокачать себя в данных условиях.

Укрепление, усиление, преобразование, мышцы, связки, костная ткань, хрящи, зрение, нейронные связи. Часа три пролетело незаметно.

— Выспался? — поинтересовалась Авила.

— Я не спал.

— А что делал?

— Работал с внутренней энергией.

— Слышала, это редкий дар.

— Может и так.

— И что это даёт?

— Крепкое тело и возможность лечить.

— Так ты не травами лечишь?

— Раны зашиваю, а так мазями и внутренней энергией.

— Хорошо, что тебя Огонёк не зашибла…

— Не смогла бы.

— Почему?

— По кочану.

— Стила! — крикнула Авила.

— А? — отозвалась рослая девка из команды.

— Надо лекаря на мечах потренировать. Возьмёшься?

— Конечно, но если выиграю в десяти схватках, то я его оседлаю.

— А если не победишь? — уточнил Лир.

— Тогда позволю оседлать себя.

Гогот наёмниц заглушил плеск волн, а наёмница уже спешила с двумя тренировочными мечами.

Оставшись в рубашке и брюках, Лир принял затупленный меч и начался поединок.

*****

Как давно он не тренировался с клинком… Три первые схватки он проиграл вчистую, приноравливаясь к противнице и оружию, потом победы начали идти попеременно, и в конце он уже практически уверенно начал побеждать. Стилу сменила Лерата, а потом и Верта. Когда клинки замолчали, Авила спросила:

— Пятерых-то за ночь осилишь?

— Каких?

— Меня и всех, с кем сражался.

— Пф. — выпустил воздух Лир.

— А говорил, что не сотрёшься. — подначила его рулевая.

— Только потом не жалуйтесь. — ответил Лир, вызвав усмешки наёмниц.

******

Обед состоял из сушеной просоленной рыбы, лепёшек и воды с вином. Рыба была крупной, и пищи вполне хватило добротно наесться. После обеда к рулевому веслу встала Улла, с усмешкой посматривая на то, как на носу натягивают на каркас запасные паруса.

Всего этого он не замечал, всецело наблюдая по сторонам, пока Улла не окликнула его.

— Лир, иди получай свой приз.

— Куда?

— Да вон, на баке уже парус натянули.

— Так вроде не ночь?

— А что тянуть? Раньше начнёшь — больше обслужишь. — Философски заметила вожатая.

Вызов был брошен, но парень поступил иначе.

Психология женского воинского коллектива мало отличается от такого-же мужского. Предвидя это, он отправил Бродягу набрать на море плоских голышиков и, поработав с ними, создал «Малыша Яна». Ян был такой же плотной иллюзией, как и Бродяга, только имел вид крепкого двухметрового парня, способного удовлетворять экипаж корабля круглые сутки. Именно этот камушек он и продемонстрировал Улле.

— Вот, заимел по случаю, но ещё не испытывал. Это малыш Ян.

Улла оценивающим взглядом прошлась по фигуре.

— Он неживой?

— Нет, но разницы никто не заметит.

— И он неутомим?

— Совершенно. Он знает, что надо женщине, от него невозможно заразиться, как от портового шлюха, но и детей от него не будет.

— Сколько?

— Брал за десять золотых.

— Ого, присвистнула вожатая.

— Вам же платить не надо. Пользуйтесь, а ко мне не лезьте.

— А что так?

— Я, конечно, могу утомить всех красоток твоей ватаги, но после этого возненавижу всех женщин, а оно мне надо? Да и привык я одной партнёршей обходиться.

— Дочь моя тебе нравится?

— Но ты же понимаешь, что это всё временно?

— А разве я принуждаю тебя жениться?

— Тогда другой разговор. Как её зовут?

— Ольма.

******

Малыш Ян и вправду вжаривал так, что с соседних кораблей слышно было, и к прибытию в Виртон «Касатку» раз десять обещали взять на абордаж. Пользуясь этим, Лир сделал небольшой бизнес, продав пару «Малышей». Сам он тоже не страдал от одиночества. Ольма вполне пришлась ему «по вкусу».