Ллойс
Шрифт:
– Эй. Ты чего уснул? Вывел его из прострации голос Элеум. – Помоги-ка лучше. Ткнула она дымящимся концом сигареты в сторону скорчившейся недалеко от ямы напоминающей смесь человека, гиены и полураздавленного паука, фигуры.
Взгляд Райка, невольно прошелся по бугристой, серо стального цвета коже, по торчащим вдоль позвоночника из здоровенного спинного горба шипам, по прикрытой пучками длинных спутанных волос плеши, плоской, словно срезанной макушки, гипертрофированной, вооруженной, больше бы подходящими хищной рыбе, чем человеку, зубами верхней челюсти, споткнулся наткнувшись на огромную рану на месте нижней, на секунду задержался на обтянутой, разошедшейся, покрытой кое-где струпьями, залитой застывшей кровью, мало уже чем напоминающей человеческую, морде.. Переместился на вторую тварь, намного более мелкую, болезненно сухую, но все еще более-менее человекообразную, просто скособоченную смятую и перекрученную добрым десятком пулевых попаданий. На трупе монстра, можно было разглядеть остатки того, что при должном воображении сошло бы за изодранное ситцевое платье. Женщина, осознал он внезапно, это существо когда-то было женщиной. Где-то в районе виска раздался чуть слышный звук, словно прямо в голове у скриптора лопнул огромный мыльный пузырь и пошатнувшегося от неожиданного приступа головокружения Райка
Ударивший по ушам гром выстрела, рванувший ухо нестерпимо горячий, острый словно бритва осколок.. Стук шагов и грохот переворачиваемой мебели крики и хлопки приглушенных деревянными перекрытиями выстрелов наверху, там, куда отправились Ллойс со снайпером.. Полутемные коридоры особняка. Он был сам виноват, слишком расслабился, слишком понадеялся на остальных. Упырь напал на него когда он поворачивал сияющую начищенной медью ручку того что он считал дверью в ванную. Огромная, похожая больше на вставшего на дыбы медведя чем на человека фигура выросла в темноте коридора совершенно бесшумно, гигантская, чем-то напоминающая заточенные грабли когтистая лапа обманчиво неторопливо рассекла воздух и выбив из стены целый пласт штукатурки упала на голову скриптора. Райка спасла тяжелая, дубовая дверь и раненное ухо. Видимо кровопотеря оказалась серьезней, чем он думал и почувствовавший что сейчас от страха и накатившей слабости он просто потеряет сознание, подросток, вместо того чтобы отшатнутся от монстра, чувствуя, как неожиданно превратившиеся в кисель ноги стремительно теряют опору, шагнул вперед и вцепился в косяк. Странно, но тогда ему показалось намного более важным остаться стоять на ногах чем избежать атаки. Монстр этого не ожидал. Проехавшись по дверному полотну, когти чудовища, вместо того чтобы сорвать с него скальп и размозжить голову подростка словно гнилой фрукт прошли вскользь, рванули за волосы и отбросили прочь. В соприкоснувшемся со стеной затылке словно взорвали небольшую бомбу, в глазах потемнело от боли. Райк заорал. Перехватил автомат, раздирая кожу ладони хлопнул по флажку предохранителя, навел ствол на занимающую казалось все пространство коридора размытую, двоящуюся, утопающую в чем-то красном и липком, заливающем глаза фигуру и всхлипнув нажал на спуск. Оружие неожиданно больно лягнуло в плечо, грохнул выстрел, из груди монстра выбило фонтанчик крови, но упырь даже не пошатнулся. Скриптор отчаянно затряс оружием, не понимая, почему его снова заклинило. В голове, пойманной за жабры рыбой, забилась мысль, что у этой винтовки крайнее положение предохранителя переключает ее в полуавтоматический режим. И что сделано это именно для того чтобы поддавшийся панике солдат не выпустил впустую весь свой боезапас. Пальцы потянулись к переводчику огня, но сделать уже ничего не успели. Монстр зарычал и прыгнул. Райк снова вскрикнул, попытался откатиться в сторону, запутался в собственных ногах, выставил перед собой оружие, прикрываясь автоматом словно щитом, зажмурился, съежился в ожидании следующего скорее всего последнего для него удара. А когда открыл глаза…
Ллойс не должна была успеть. Все случилось слишком быстро, чтобы хоть кто ни будь смог прийти к нему на помощь. Да он слышал тяжелые шаги и сиплое дыхание бегущего откуда-то со стороны кухни Ытя, лязг затвора пулемета Куклы, отчаянно злобный, забористый мат Пью, но они были слишком далеко от него - в соседней комнате, и им еще предстояло пересечь коридор, что было равносильно тому, как если бы они находились в другой галактике. А оставшейся на втором этаже девушке, чтобы оказаться здесь пришлось бы еще спустится вниз по лестнице, пройти через гостиную в холл и преодолеть столовую, но именно Нежить стояла сейчас между ним и монстром. И именно мощный удар приклада ее обреза, сбив прыжок, отбросил чудище на пару шагов назад. Коротко глянув на то, что осталось от познакомившегося с зубами мутанта ложа наемница с глухим звериным рыком запустила остатки безнадежно испорченного оружия прямо в морду оскалившегося упыря. Следом отправилось два, невесть откуда, вытащенных ножа. Первый рыбкой сверкнув в воздухе, вонзился чудовищу в район паха, второй с противным чваканьем погрузился в грудь. Отступившее было существо зашипело, словно проколотая покрышка колеса авто, опять сверкнуло вполне подошедшими бы акуле или крокодилу зубами, метнулось вправо, потом влево, но видимо осознав, что уйти попросту не успеет, скакнуло вперед. Райк снова взвизгнул. От страха. Не за себя. Он почти увидел, как сломанной куклой отлетает от удара жилистой, неестественно длинной, увенчанной стальными крючьями когтей лапы, кажущееся сейчас таким хрупким тело, как брызжут кровью и вываливаются на паркет разорванные внутренности, как закатываются от болевого шока глаза.. А потом случилось еще одно чудо. Элеум была крепкой. Мускулистой. Райку трудно было это признать, потому что это граничило еще с одной ересью, но ему нравилось наблюдать как она что-то делает, как рубит кустарник, заостряет колья для палатки, как при этом под кожей ее спины и рук перекатываются крепкие узлы мышц. Как напрягается невероятно плоский, настолько плоский, что далеко не толстому скриптору становится немного стыдно при каждом взгляде на ее живот. А еще она была довольно высокой. Не такой конечно как Пью или Ыть, но высокой. Несколько раз он попытался прикинуть, сколько же она весит. Подсаживал ее, когда она куда-нибудь лезла, подавал руку помогая встать. Почти каждый раз зарабатывал насмешливый взгляд, едкий комментарий, или беззлобный тычок в плечо, но по всему получалось, что в девушке на самом деле не меньше восьми десятков килограмм. Если честно Райку было стыдно, как легко она справилась с ним в их первую встречу. Да, средний легионер - боевик был выше его на две головы, весил не меньше центнера, и на базе Райка довольно часто за глаза называли недомерком, но на татами он побеждал и более крепких противников. Важно не то насколько ты быстр и силен, важно как ты эту силу применяешь, любил повторять мастер по рукопашному бою, и словно подтверждая его слова, здоровяки казалось способные размазать подростка одним ударом, послушно падали лицом в ковер. Мастер почти постоянно говорил, что у него есть талант и надо просто прилагать больше усилий к обучению. Конечно, правила спортивного поединка сильно ограничивают, а еще у него тогда была повреждена нога, но все же.. Сейчас Райк понимал насколько беспочвенными и глупыми были все его оправдания. Не смущаясь отсутствием чего-то хоть сколько-то напоминающего оружие Ллойс, шагнув навстречу монстру, неуловимым движением вскинула руки в «классическую» стойку и провела стремительную серию из шести ударов. Раз. И кулак левой, с треском врезается в широкую челюсть упыря, подавляя его атаку в зародыше. Два, правая- молотом бьет в солнечное сплетение, заставляя потерявшее
ориентацию чудовище согнуться в поясе. Три. Левая гвоздит в район уха, туда, где под кожей бьется жирный мерзко пульсирующий при каждом движении монстра паук вздувшихся от напряжения вен. Четыре. Снова правой, сильно, на выдохе с криком. В скулу. С мерзким хрустом превращая большую часть морды твари в ощетинившееся осколками кости месиво. Пять, костяшки левой соприкасаются уже фонтанирующим черной кровью широким и приплюснутым носом, загоняя осколки костей в то, что осталось у чудовища от лобных долей мозга. Шесть. Сцепленными в замок руками, в уже сломанную челюсть, с другой стороны, напрочь вырывая ее из суставов и отправляя ее в короткий кровавый полет. На темных обоях расцветает алая клякса. В узком и темном коридоре пахнет скотобойней. Съежившийся уже не кажущийся настолько огромным монстр жалобно скулит и грудой дергающего мяса оседает на пол. Из того что осталось от его головы хлещет целый водопад крови и мерзкой похожей на смешанный с ртутью гной жижи, а Элеум, перестав обращать на упыря хоть какое то внимание, склоняется над скриптором.– Черт. Райк. Дебил. Долбоклюя кусок. Тебе ведь вену рассекло.. Доносится откуда-то из далека ее голос. Надеюсь, он тебя не покусал? А то у нас ведь вообще никаких антидотов нет.. Может у Ытя.. Черт, похоже сотрясение. Потерпи, милый, я сейчас. Подростка окутывает тьма.
– Ра-а-айк? Выдернул его из мутного болота воспоминаний голос наемницы. – Похоже он тебя действительно сильно приложил.. Ладно сама справлюсь. Отбросив в сторону потухший бычок, Элеум ловко выскочила из ямы, брезгливо морщась спихнула вниз оба трупа используя лопату как рычаг, а потом кряхтя от усилий приподняла над землей и перевалив через край ухнула в яму какую-то массивную, тяжелую даже с вида, слегка тронутую ржавчиной железку – судя по всему разбитый автомобильный двигатель.
– О вот вы где. А я вас, ыть, уже обыскался. Пропыхтел вышедший из-за угла дома толстяк.
– Вовремя ты. Глубоко вздохнув девушка примерилась к следующей железяке бывшему нагревательному элементу невесть как оказавшегося в этом месте промышленного масляного калорифера.
– Я всегда, ыть вовремя, проворчал то ли не заметивший упрека, то ли просто решивший не обращать внимания на подколки наемницы Ыть. – Мы хранилище вскрыли. Ну то, в подвале, что за дверью здоровенной. Там, ыть, целый склад. И запчасти есть. Так что через пару дней сможем отсюда свалить.. Дай-ка помогу. С легкостью перехватив у покрасневшей от усилий девушки волочащийся по земле кусок металла, толстяк одним мощным рывком отправил его в яму. Раздался грохот и мягкий влажный хруст. – Эво как.. Подстраховаться хочешь?
– Ага. Раздраженно сплюнув, наемница воткнула в землю лопату и потянулась к стоящей на краю могилы большой, заляпанной машинным маслом канистре. – По уму их бы на куски разделать, но уж больно это дело муторное.
– Смотри, что я для тебя нашел. В руках толстяка появилась длинная сверкающая полоса стали. Пью хотел себе забрать, а я, ыть, не дал.
– Знатное рубило. Безразлично хмыкнула Ллойс.
– Сама ты, ыть, рубило, не на шутку обиделся толстый торговец. Вот смотри. Крепко зажав рукоять оружия, толстяк упер острие в землю и наступил на него ногой. Брови уже успевшего досадливо поморщиться в ожидании жалобного звона лопнувшего металла Райка невольно поползли вверх. Вместо того, чтобы сломаться оружие пружинисто изогнулось под прямым углом, а потом с чуть слышным, совершенно не характерным для стали звуком, распрямилось обратно.
– Это настоящая боевая жабля. Гордо, будто сам принял участие в создании чудо - ножа подбоченился толстяк. Такими еще задолго до войны, в древности рубились. Смотри, какой металл - хоть штопором загибай, хоть гвозди руби – ничего не будет.
– Дай-ка. Протянула руку Элеум. Получив оружие, девушка взвесила клинок в руке, несколько раз взмахнула, хитро крутанула вокруг кисти, и уважительно присвистнула. – Смотри-ка – с паутинкой. По идее, этой штукой можно не то, что гвозди, рельсы рубить. Странно. Я лезвия из наностали только на вибрационных клинках[33] раньше видела.. Хорошая штука. Спасибо Ыть.
– Да я, ыть, чего, развел руками толстяк. Я думал ты обрадуешься, жабля такая с Сити не меньше цинка патронов потянет..
– А ты ее мне купил? В подарок? Сладенький, какой ты щедрый, я прямо балдею. Насмешливо прищурилась наемница. – Нет, знаю, ты ее в бою добыл. Двух упырей грудь в грудь встретил. Прямо рыцарь на белом скакуне. Без страха и укропа.
– Д я не к тому.. просто.. Смешался толстяк.
– Просто очень прозрачно намекнул, что отдариться бы не мешало. Не зарывайся Ыть, фыркнув, наемница еще пару раз крутанула в руке новоприобретенное оружие.
– С Пью бы я сама договорилась. Жабля не жабля.. Он снайпер, на хрена ему такое рубило? Но все равно спасибо. Вот тебе плата. Неуловимым, смазанным движением шагнув к опасливо отпрянувшему торговцу, Элеум встала на цыпочки, обхватила бычью шею руками и чмокнула опешившего толстяка в щеку. – А теперь вали, вали давай, подтолкнула она, то ли от возмущения то ли от неожиданности хватающего ртом воздух, словно вытащенная на берег рыба Ытя, нам с Райком еще упырей жечь.
– Правильно говорить сабля. Вздохнул скриптор. И это не она. Это вакидзаси. Короткий боевой меч. Им островные люди сражались. Не те, которые белые и рыжие, а те которые желтые. Перед войной появилась мода делать такие штуки из стали с нанитами. Дорогие игрушки для коллекционеров. Действительно хороший клинок. Ты права им можно и рельсу разрубить. Если силы конечно хватит. И терпения.
– А ты ыть, откуда знаешь? Подозрительно нахмурился толстяк.
– Да наплевать как это называется, рубило и есть рубило. Хотя ты прав - красивое. Улыбнулась Элеум, и небрежно воткнув новоприобретенное оружие в землю, вернулась к канистре.
Скриптор почувствовал, как в нем поднимается волна раздражения. Он искренне не понимал, почему наемница уделяет столько внимания этому уродливому, как морально, так и физически мужику. Почему делает вид, что не было предательства, из-за которого все они попали в эту ситуацию. Почему разрешает ему есть с ними из одного котелка..
– У меня книги есть. И я много читаю Ыть. Это полезно. Похлопав по левой стороне куртки, где под тонким материалом подкладки, в потайном кармане лежал планшет Райк заставил себя расслабленно улыбнуться. Получилось, хоть и с трудом.
– Ллойс права, пацан, какая ыть разница, как это называть, главное что этой штукой делать можно, отмахнулся толстяк. Ладно, пойду, посмотрю, что с робота скрутить получиться. Хоть и постаралась ты Дохлая там конкретно. Ну как можно было одной пулей и центральный процессор, и кристаллы памяти, и фероблоки, и банки с биогелем, и резервные катушки, и…
– Ты мне еще счет выстави, акула торговли.. Вали уже, маму твою в ноздри, раздраженно буркнула, опрокидывая над ямой канистру Элеум. Из горловины сосуда потекла слегка вязкая, остро пахнущая жидкость.