Ловушка

— Повидала я уличных галерей, но это!.. — воскликнула Грейс, протирая защитное стекло шлема. — Кровь в жилах стынет при виде таких картинок!

Помимо «выставки» уличных художников на территории научного центра хватало и других примеров вандализма, включая следы поджогов. Чёрные от копоти стены встречались тут и там.

Мы шли дальше. Грейс без задней мысли повернула к входу главного здания, некогда облицованного снизу доверху голубым стеклом. Теперь на его месте стоял лишь голый каркас без стёкол. Там находились лифты. Я поймал Грейс за руку и потянул в другую сторону, двигаясь в обход. Какие к чёрту лифты?! Теперь вниз можно было попасть только с парковки! И это только в том случае, если подземные уровни ещё не обвалились.

Внутри построек царил хаос. Нам не встретилось ни одного целого компьютера — мониторы разбиты, системные блоки выпотрошены. Двери едва держались на петлях. Шкафы и столы, стулья и стеллажи, вся мебель опрокинута, разломана в щепки или попросту свалена в кучи и сожжена. Научный центр безжалостно разгромлен, по крайней мере, это касалось помещений на поверхности.

Грейс задержалась, ковыряясь железкой в одной из полуразвалившихся стен, а вскоре извлекла оттуда пулю, проржавевшую настолько, что та в виде бесформенного, съеденного коррозией куска металла была готова раскрошиться прямо в руке.

— Вот такие дела! — воскликнула Грейс, показывая пулю. — Видишь, какая я внимательная!

— Похоже, нашу прохлаждавшуюся охрану всё-таки настигла серьёзная работа! — подытожил я.

Грейс положила найденную пулю к себе в карман.

— Сколько мы уже тут шарахаемся?! — спросила она. — Я пить хочу!

Я взглянул на свои винтажные часы.

— Почти полтора часа. Возвращение в течение получаса, если проф конечно не ошибся.

— Вот гадство! — вскрикнула Грейс с недовольством. — Придётся как всегда!.. Представить, что в мире есть люди, которым гораздо хуже, чем мне. И вот так мириться со своим незавидным положением.

— В этом городе людей нет вообще, — мрачно напомнил я.

Проникнуть на подземную парковку оказалось проще простого. Въезд не загорожен. Следов обвала не видно. Перед входом мы предусмотрительно зажгли свои химические светильники и так, окружённые ореолом аквамаринового свечения, продвинулись в брюхо кромешной тьме. Среди одряхлевших, изуродованных временем автомобилей я обратил внимание на примечательную груду бурого металла. Кое-где на корпусе ещё различался алый цвет былой краски. Интуиция выслала мне в сознание молниеносную догадку: «Не профессорская ли эта тачка?» Номерной знак, пусть и частично, но всё-таки можно было разглядеть. Мы приблизились, чтобы удостовериться. Да, это была машина Говарда Молблана.

— Ты посмотри! — крикнул я, глядя на Грейс через запотевшее стекло шлема. — Мы на этом джипе в прошлом году ездили к озеру!

Грейс хлопнула ладонью по проржавевшей до дыр крышке капота.

— Тревожно, что она до сих пор здесь. Ты что скажешь?..

Я не сказал ничего.

Мы пошли дальше. Добравшись до тупика, с трудом протиснулись через приоткрытую, ржавую, намертво заклинившую дверь. Так и пролезли в техническую зону. Очень хорошо, что этот вход оказался незапертым. Винтовая лестница, ведущая на сотню метров вниз, по виду была в порядке.

Мы с Грейс вопросительно переглянулись.

— Ну что, детка, аккуратненько спускаемся? — осторожно спросил я.

Грейс прицельно кинула свой светильник в лестничный пролёт. Мы с полминуты наблюдали за падением аквамаринового огонька в темноту. До самого низа он не долетел, а упал куда-то вбок. Так и остался лежать на лестнице в виде зелёно-голубой ауры, постепенно растворяющейся в густой тьме.

— А может ну её, к чёрту, эту Сферу!? — тревожно бросила Грейс. — Вот притопаем вниз и что дальше? Потрём её как волшебную лампу что ли? А из неё вылезет джин, исполняющий желания?..

Я пошатал скрипучие перила. Они едва держались на ослабших креплениях.

— Ты права, — согласился я. — Сто метров под землю… Представь, какая разруха сейчас на глубине!

— Вот точно! — живо подхватила Грейс. — Повезло нам уже в том, что добрались сюда невредимыми! Через все те провалы, завалы, разруху…

— Получается, мы преодолели путь сюда напрасно?! — в недоумении спросил я, пошатнув перила лестницы ещё сильнее.

Звук громкого скрипа эхом понёсся вниз во мрак.

— Нет, не напрасно, — возразила Грейс. — Сколько всего увидели по пути!.. — Миг спустя она недовольно всплеснула руками. — А вот правда! Зачем мы потащились сюда? Надо было идти к отцовскому дому!..

Наши скомканные размышления о том, спускаться или нет, множили ком неприятных, тревожных эмоций, а постепенное укоренение в сознании идеи отказа от предстоящего спуска пробуждало приятное чувство облегчения.

Рисковать понапрасну не стали. Попросту покинули территорию научного центра, направились к северной ограде. Отсюда, с небольшого возвышения открывался чудесный вид. Глаз радовали раскинувшиеся вдалеке цветочные поля, разделённые густыми островами зелени. Удивительно красивое, жёлтое море расцветало там!..

Мы сели на поваленный столб ограды и стали ждать…

Закатное солнце багровело. Жизнерадостные лучики пробивались сквозь клубящиеся тучи, окропляя мрачную серость кроваво-красным сиянием.

Грейс чиркала что-то острым концом ржавой пульки по грязному металлическому столбу ограды. Я с усталостью следил за закатом в пасмурном небе. А вот и ливень начался! Полило как из ведра. Дождь струился по стеклу шлема. Пожалуй, это первый случай, когда от дождя не хотелось спрятаться в здании — мы в эти ужасные, страшные постройки больше ни ногой!

— Сегодня самый безумный день в моей жизни, — признался я.

— В твоей? — переспросила Грейс. — В нашей! — Она с силой ударила старой пулькой в металл, ставя точку под восклицательным знаком в конце своей записи. Пульку вернула в кармашек защитного костюма.

Я прочёл: «Здесь были Грейс Молблан и…!» После «и» — символ скрипичного ключа внутри кружочка.

— Скрипичный ключ? — удивился я.

— Ты же именно так везде подписываешься?.. — переспросила Грейс, смахивая струи дождя со стекла шлема.

Ответить я не успел. Мир в моих глазах померк. Ощущения мигом притупились. Сфера Грейс начала засасывать меня обратно! Я вновь пронёсся сквозь хроно-коридор, чувствуя бесконечное падение…

Привычные ощущения вскоре вернулись, но нас снова окружила тьма.

Грейс паниковала, колотя в темноте по стенке Сферы.

— Выпустите меня! Выпустите!..

— Грейс, не паникуй! — попросил я, отыскивая в кармашках светильник. — Мы вернулись!

Под ногами мешались какие-то мелкие, перекатывающиеся по дну Сферы предметы. Я зажёг световую шашку. Нежный, светло-зелёный свет засверкал в окружавшей нас, зеркальной поверхности глобулы. Под ногами валялись химические светильники, которые мы жгли в будущем по всему городу, а теперь они все разом вернулись вместе с нами.