Люба

Зазвонил телефон,

— Александр Борисович, — Раздался голос секретаря, — к вам посетители, они говорят только на испанском. Мне пригласить Корецкую?

— Да, пожалуйста. Как только она подойдет, сразу приглашайте. И приготовьте чай и кофе.

Через несколько минут дверь отворилась и в кабинет вошли. Пожилой мужчина, седой, высокий, с гордо поднятой головой и очень красивым, правильным лицом, его совсем не портили морщины под глазами и на лбу. Его спутница была явно моложе, типичная испанка, с заколотыми на голове черными волосами, смуглая и достаточно красивая. Она о чем-то очень быстро говорила с Любой. Люба больше слушала, чем отвечала, и вид у нее был явно озабоченный. Саша встал, подошел к вошедшим и на чисто русском языке и довольно сухо обратился к мужчине, которого узнал с первого взгляда.

— Я приветствую вас в нашем институте, профессор Борисов. Какими судьбами вас занесло в Россию? И с какой целью Вы решили осчастливить меня своим присутствием?

Люба поддерживала разговор с женщиной на испанском, та улыбалась и все продолжала тараторить.

— Саша, я очень рад, что ты узнал меня. Я долго не мог решиться приехать. Но все эти годы я думал о тебе, думал, кем ты стал, чего добился в жизни. Месяц назад я разговаривал с моими друзьями из «TPRO TELSTAR» и «COFARES». Они рассказывали о совместном проекте с московским новым институтом, возглавляемым профессором Борисовым. Я заинтересовался, они показали фотографии с вашей встречи. Сынок, у тебя слишком яркая внешность, чтобы тебя не узнать. Я был рад, что ты добился таких высот.

— Это визит вежливости или вам от меня что-то надо?

— Саша, я хотел тебя видеть, хотел все тебе объяснить. Когда мы расстались, ты был слишком мал, чтобы понять, но я думал, что теперь мы могли бы поговорить и наладить отношения.

— Зачем? И наладить отношения вы хотите только со мной или с Алексеем тоже?

— Вы с Алешей общаетесь?

— Да, в этом году он закончил МФТИ, поступил в аспирантуру.

— Он с матерью живет по старому адресу?

— По какому старому адресу? Они уехали из Шахтинска, куда их отправили по вашей вине, разыскали меня. И живут со мной. Мать делает вид, что следит за моими детьми, Алеша учится в аспирантуре, Зина ищет жениха. Если мне удастся встать материально на ноги, я куплю им дом в Подмосковье.

— Я не понял, что случилось с вашей московской квартирой?

— Ее конфисковали вместе с имуществом, мать судили и сослали в Казахстан, как жену предателя родины. Я не хочу об этом говорить. Все это в прошлом, а то, что нас не убивает, делает нас сильнее.

— Саша, я даже не мог предположить…

— Вы об этом прекрасно знали. Перед вами стоял выбор: или разойтись с женой, и получить взыскание и понижение, или поехать на конференцию, а там попросить убежища, тогда это было модно. Вы знали, что найти работу с вашим запасом секретных знаний не составит труда. Одним махом вы убивали двух зайцев. О детях вы думали меньше всего. Я прекрасно помню ваши скандалы с матерью, она родила второго ребенка, чтобы хоть как-то удержать вас в семье. Ей это не удалось. В Казахстане она вышла замуж за тюремщика и спилась, от него она еще родила девочку.

— Но как ты попал в Москву?

— Зачем вам все это? Говорите, зачем пожаловали.

— Саша, у него онкология, мне его жена все рассказала. Он хочет, чтобы его оперировали у нас. Саша, ты сумел простить мать, прости и отца. Давай подготовим палату, пусть ложится.

— Саша, кто эта девочка, переводчик?

— Нет, познакомьтесь. Кандидат медицинских наук, доцент Корецкая Любовь Александровна, по совместительству моя жена.

— Ты всё-таки на ней женился? Я помню тот Новый год в доме ученных. Я тогда посмеялся над твоим увлечением, а ты серьезно.

— Ладно, давайте посмотрим ваши документы и будем решать, как вас лечить.

Бориса Александровича положили. Обследовали. Через день Люба зашла в Сашин кабинет.

— Ты у отца был?

— Нет, мне некогда. И потом, его лечащий врач — ты.

— Саша, он приехал попрощаться и, наверно, получить твое прощение. Он умирает, ничего сделать нельзя. Ему осталось несколько месяцев. Поговори с ним. Если ты этого не сделаешь, ты себя никогда не простишь. О своем состоянии он знает, о прогнозе тоже.

— Люба, я не священник, и отпускать грехи не в моей власти.

— Но ты его сын. У тебя его гены. Он никогда не обижал тебя, пока вы жили вместе. Он воспитывал тебя, как умел. Он привил тебе целеустремленность, работоспособность. Посмотри, кто ты есть, в этом и его заслуга. Кто есть Зина, целиком заслуга твоей матери. Саша, не будь максималистом, ты уже вышел из этого возраста. Я тебя ни к чему не призываю и не тороплю. Обдумай ситуацию беспристрастно, посмотри со стороны, а не глазами обиженного мальчика. Решать тебе.

— Хорошо, я поговорю с Алексеем, и если он захочет, я отведу его к отцу.

??????????????????????????Саша позвонил Алексею, после обеда они беседовали в Сашином кабинете.

— Саша, ты его видел? Ты с ним уже разговаривал? Как он? У него в Испании семья? А дети есть?

— Алеша, ты как будто рад его приезду! Какое тебе дело, есть у него еще дети или нет? Мне, например, все равно. Я не хочу его видеть, но он умирает. Люба считает, что мы должны с ним поговорить, простить его, может, даже понять. Я этого не чувствую. Вот решил с тобой посоветоваться.

— Саша, я хочу его видеть. Я много слышал о нем в институте, все им восхищаются, мой руководитель сказал, что взял меня только потому, что я его сын. Саша, понимаешь, они говорят о нем, а я его совсем не знаю. Ты его помнишь, ты был большой, у тебя есть свое мнение. Мне же приходится только слушать. Пойдем к нему.

— Хорошо, я провожу тебя.

Они подошли к палате. Алексей вошел, Саша нет.

— Алеша! Боже мой! Я даже представить себе не мог, каким ты стал. Дай я тебя рассмотрю. А где Саша? Он не заходит ко мне.

— Отец, простите Сашу. Ему было слишком тяжело. Меня человеком сделал он, понимаете? Там, в Казахстане, мать говорила, что он неблагодарный, что он нас бросил, что уехал. Но это неправда. У него была цель, и он ее достиг. Мы живем за его счет. Он все для нас делает. У него семья, чудная жена и двое детей. Если бы вы знали, как он их любит и как они любят его. Если бы вы видели, как Валера каждый день ждет его с работы, он рассказывает отцу обо всем: о друзьях, о девочках, о драках, о своих чувствах, о том, что его беспокоит, о своих желаниях. Он видит в отце друга. Как Маринка залезает ему на колени, обнимает, целует. Как он играет с ней в куклы, читает сказки. Для них он не профессор, а просто отец. Я ни разу не слышал, чтобы он ссорился с женой или сказал в ее адрес что-то грубое. Он является для меня примером. Я хочу быть хоть чуть-чуть похожим на него, а раньше я хотел быть похожим на вас. Я закончил МФТИ, у нас с вами одна специальность. Я много слышал о вас. Я очень хотел вас увидеть, знать, кто мой отец. Это случилось. Вы знаете, когда я был за дверью, я очень хотел войти поговорить, рассказать вам о моей работе, о ваших старых друзьях. А вот теперь, когда я вошел и могу вам все это сказать, я понимаю, что вам это не нужно, и мне это не нужно, вы чужой мне человек. У меня есть только брат и племянники. Вы хотите получить прощение? Мы вам по-своему благодарны, вы дали нам жизнь. Люба будет вас оперировать, она сможет, она умеет творить чудеса. Я думаю, что вы еще долго будете жить. Но вы нам с Сашей не нужны. Простите, это все…

18

Снова Федор

— Александр Борисович, я таки не понимаю, почему вы позволяете моему Феденьке встречаться с женщинами! Сами вы наверняка так не делаете.

— Маргарита Семеновна, я не встречаюсь с женщинами, у меня одна жена. Насколько я знаю, Федор сейчас тоже встречается с одной женщиной и собирается на ней жениться.

— Нет, вы только послушайте, себе вы, конечно, взяли лучшую, а Феде уже то, что осталось. Когда ваши дети вырастут, вы меня, конечно, поймете, а сейчас разве у вас может болеть душа?! Как вы можете понять, как переживает мама!