Люби, Рапунцель
Шрифт:
Масштабнейшая дилемма. Ей бы радоваться востребованности Левицкого и тихонечко греться в лучах его славы, получая дополнительные комиссионные. Но нет, вдруг ни с того ни с сего просыпается обида за недооценный талант Якова и возникает жажда выбить для него нечто более серьезное, чем игры в хрупкое изящество, наповал валящее с ног мужчин и вызывающее зависть у женщин. Она – его менеджер, в конце-то концов. Разве раскрытие его потенциала не входит в ее обязанности? Глеб слишком зациклился на единообразных проектах только потому, что те приносят прибыль. Неудивительно, что при первом их знакомстве
«Я сама найду ему проект, – решила Даня. Пальцы заметались по клавиатуре с огромнейшей скоростью. – Тот, который он отработает с душой».
Функцию поиска она так и не запустила. Руки замерли над клавишами. В голове заметались мысли.
Почему она так жаждет сделать что-нибудь для Якова?
Почему хочет учесть его желания и убедиться в том, что он действительно получает удовольствие от работы?
Значит ли это, что он и правда настолько сильно важен для нее? Даниэла Шацкая не тот человек, что безвозмездно задумывается о благополучии посторонних.
«Плохо. Я уже не могу отрицать. И не способна относиться к нему равнодушно».
Она потянулась за мобильным, чтобы оценить каверзность новых вопросов Регины. Однако на экране гаджета висело оповещение о наличии сообщения совершено от другого контакта.
«Владимир Севастьянов».
По руке прошлась дрожь. Пальцы не сразу сумели вывести мобильный из состояния ожидания.
«Я учел твои пожелания. Переговорил со знакомым, он готов временно трудоустроить тебя в рекламный отдел. Через неделю сможешь приступить. О подробностях расскажу при встрече. А примерно через месяц он передаст тебя мне».
Прикрыв глаза, Даня с силой вжалась в спинку стула. Вот и выход. На Владимира всегда можно положиться. И главная прелесть его характера проявлялась в умении не задавать лишних вопросов.
«Я как перекати-поле. Бегаю от одного работодателя к другому. И вновь в основе причин – личные мотивы».
Все вот-вот разрешится. Владимир вернулся в ее жизнь как нельзя кстати. Он оградит ее от пагубных чувств и не позволит уйти на дно. Конечно, существовала вероятность, что Севастьянов снова покинет страну, а Даня будет топтаться на месте, удерживаемая оковами добровольно взятой на себя роли главы семейства.
Но об этом можно подумать и потом, ведь так? Проблемы следует решать по мере их поступления.
Взгляд задержался на поисковом запросе на экране.
Все же напоследок она должна кое-что сделать для Якова.
На прощание.
* * *
На лице Дария четко обозначился знак вопроса. Вот закругленный хвостик на лбу, основное тельце проходит по линии носа, а кругляшок пришлепнут на середине подбородка.
– Да? – В его интонациях тоже сквозило удивление.
И немудрено. От своего закутка Даня рванула на всех порах и, даже не думая тормознуть на пороге, влетела в приемную.
– Глеб Валентинович на месте?
– На месте.
Дарий не потянулся к телефону, чтобы предупредить начальство о ее прибытии, поэтому Даня с чистой совестью восприняла это за разрешение проникнуть на священную
территорию.На ее стук немедленно откликнулись. Глеб пригласил ее войти.
– Вы… ты же не знал, кто за дверью. – Она присела на стул. – Приглашаешь к себе войти всех без разбору?
– Дарию дано указание пропускать без предупреждения к двери только двух человек. – Глеб занял свое место и одарил ее спокойной улыбкой. – И ты – одна из них.
– А второй – Яков?
– Да. Дарий его все равно не удержит, поэтому проще убрать ограничение и обеспечить ему доступ. Хотя Яков не так уж часто радует меня здесь своим присутствием. Итак… – Тон гендиректора изменился. – Поощрение пришлось по вкусу?
– Поощрение нашло себе место. Спасибо.
– Очень рад слышать. – Он смолк, наблюдая за тем, как девушка раскладывает на пристроенной столешнице несколько распечаток из Интернета. – Что-то мне подсказывает, что это утро ты выбрала не для романтических бесед.
– Я работаю работу. – Даня переложила крайний лист поближе к Глебу.
«И вам советую», – хотелось ей добавить. Но, похоже, ее лимит на грубости уже был исчерпан. Она ограничилась глубокомысленным молчанием.
– Новая линейка духов? – Глеб поводил пальцем по строчкам. – Сотрудничество с этой группой компаний в наших планах не значится.
– Знаю. У них намечается обширная рекламная кампания, и, судя по тому, что прописано на сайте, они собираются выбирать моделей на конкурсной основе.
– Яков уже задействован в одном конкурсе. Ему не потянуть два. Тем более он еще не дорос до такого крупного заказчика.
– Я полагаю, он посчитает иначе. – Даня придвинула гендиректору еще два листка. – Как только увидит это. Предлагаю потягаться за право представления аромата «Ледяной мираж».
Пальцы Глеба отбили на столешнице беспокойный ритм.
– Это как-то связано с акцентом самой рекламной кампании выбранного тобой аромата? – медленно проговаривая слова, уточнил он. При этом ни на секунду не спускал глаз с девушки. – Рекламный ролик в стиле настоящего проката фигуриста?
Отнекиваться все равно было бесполезно.
– Он справится.
– Со всем, что связано с фотосессией, возможно. – Глеб прикрыл распечатку ладонью. – Но не с прокатом.
– Левицкий умеет кататься.
– Однако вряд ли сумеет продемонстрировать то, чего ждут заказчики. Может, он периодически и бегал на каток, а Горская снова навязывала ему тренировки, но все это не поможет. Яков никогда не выступал на публике. Одно дело рассекать по льду в свое удовольствие, другое – для зрителей.
– Он не выступал? – чувствуя себя очень глупо, переспросила Даня.
– Такое событие от меня бы не укрылось. – Мужчина вздохнул. – Сейчас для него это баловство.
– Как раз нет. Он вполне серьезен. Ему нравится фигурное катание.
– В любом случае компания собирается пригласить для ролика профессионала. – Глеб указал на строчки распечатки чуть пониже основного текста.
– Тут прописано «возможно». И это ключевое слово. – Даня нахмурилась. – То есть заказчики могут и передумать. Да и им будет выгоднее задействовать для фотосессии и ролика одно и то же лицо. Хорошо отработает одну часть от рекламы, вторая пойдет бодрее.