Любовь?.. Не смешите меня!
Шрифт:
– Ну как она тебе? – взволнованно спросил Константин, едва за девушкой закрылась дверь. – Думаю, стоит тех денег, что мы уже перевели на счет «Ллойд и партнеры» и заплатим ей по окончании сделки.
– Да, наверное, стоит, - вяло кивнул Антон и засобирался домой.
– Ты, как обычно в отеле? – спросил у него друг.
– Нет, поеду в дом.
– Но ты же не был в Белгравии со дня.., - начал было Костик.
– Я поеду в свой дом, хорошо? – с нажимом спросил Антон.
– Хорошо, - обиженно ответил Константин. Он знал, что не должен сердится на друга, тот слишком часто вспоминал погибших жену и сына, и эта девушка – Данилова, хоть внешне и не походила на Елену, но самому Костику, чем-то неуловимым напоминала ее.
Ксю вновь ехала в такси, который уже
Холодный гостиничный номер, непроглядная мгла за окном, у нее в портфеле десятки документов, их нужно прочитать к завтрашнему дню и приготовить ответы на все вопросы. Как бы ни было гадко на сердце, сделка века остается сделкой века, и у Ксю уже были грандиозные планы на будущий гонорар. Но сначала она примет горячий душ и напишет письмо своему любимому виртуальному другу, а с проблемами начнет разбираться потом.
«Ты совсем забыл свою Беллу, а она, вернее, я попала в самую нелепую, немыслимую и глупую ситуацию на планете. Мой недавний принц, показавший мне взлеты и восторги, оказался моим работодателем. Он смотрит на меня волком и каждую секунду в чем-то обвиняет, не на словах – в душе, но от этого только хуже. Я не могу все это бросить и улететь домой – я ведь не бросаю начатых дел.
Я в твоем любимом Лондоне, хотя ты знаешь, сама я больше люблю Париж.
Вот закончу это дело и уеду в Бразилию к подруге, помнишь, я писала тебе о ней, о моей любимой Даше. Буду плавиться на пляже, нянчить ее детей, танцевать самбу и пить убийственные местные коктейли.
Пиши мне, не забывай обо мне!
Твоя Белла!».
Ксю кликнула по значку «Отправить», а сама решила перечитать старые письма:
«Так и будем бороздить просторы мирового океана: я и моя «Звезда Портофино».
«Звезда Портофино» - Ксения подпрыгнула на холодной кровати, так называлась яхта Ксавье, Деникина, черт бы его побрал! Это название она прочитала на борту, когда уходила по пирсу в воскресенье – прочитала и забыла, как всегда, слишком погруженная в себя для таких мелочей.
Не может быть! Не может!
Деникин – Ксавье – это она еще способна пережить, но представить, что он и ее Антон был одним и тем же человеком, что писал ей такие нежные, трогательные письма, было невозможно. Ксения готова была кричать в тишину, если бы это ей чем-то помогло, увы…
Она раскрыла ему не только тело, но и душу – глупая дура, которую жизнь абсолютно ничему не научила, - Ксения, съежившись, забилась под одеяло.
О, Боже! – она только что отправила ему письмо с рассказом о нем самом! Если бы можно было вырвать последнее послание из бесконечной электронной паутины, она бы сделала это! Жалкая неудачница, вот кто она!!!! Ей и правда остается собрать все свои пожитки, прихватить маму и отправиться на другой континент!
Ксения бессильно закрыла глаза, в памяти всплыли картинки минувших выходных, строки его теплых писем – с чего вообще он начал писать ей??? Он что ждал ее тем утром в Сан-Ремо???? И вдруг газетное фото и жестокие слова: «…скорбят о смерти Елены Деникиной, пока веселый вдовец развлекается на Лазурном берегу». О, Боже, ведь это именно с ней он развлекался на Лазурном берегу. – Ксения зарыдала, она не знала, кого ненавидеть: себя, Антона или жестокий и злой окружающий мир.
Антон выпивал один бокал коньяка и тут же наполнял другой, долгожданное забвение не наступало, покинутый дом дышал воспоминаниями: игрушки перед холодным камином, фотографии в холле. «Папа! Папа!» - веселый детский крик со двора.
На экране ноут-бука мелькнуло сообщение, адресат – Белла.
Дорогая Белла, - мелькнуло в затуманенном коньячными парами мозгу, Антон потянулся, чтобы прочесть, а потом с ужасом вспомнил: Белла-Ксю-Ксения Данилова. Она что издевается над ним?! но не стал противиться любопытству, открыл и прочитал: «Ты забыл про свою
Беллу… уеду в Бразилию… буду танцевать самбу…». Он представил, как ее загорелое тело извивается в темпераментном танце, маленькие босые ножки скользят по белому песку… Мерзкая гадкая тварь, она нарочно дразнит его! Все-все они такие! – он с размаху швырнул ноут-бук о кованые решетки камина, тот жалобно пискнул и погас, Антон налил себе еще коньяку, выпил и мрачно уставился в темное окно.Следующие дни Ксю провела в офисе «Metal Alloys», она пачками читала условия, выставленные Еврокомиссией, пытаясь найти лазейки и возможности их обхода, до хрипоты спорила с Константином и исполнительным директором компании по финансам. Девушка была в центре внимания и в жутком цейтноте, но сама она ощущала себя пребывающей в каком-то странном вязком тумане. Время от времени в кабинет, выделенный ей, заглядывал Антон, бросал пару фраз по ходу разговора, смотрел на Ксю тяжелым немигающим взглядом и снова уходил. Ксения пыталась не обращать на него внимания, как мантру твердила, что он не стоит ни капельки ее нервов и слез, но это были пустые уговоры. Краем глаза она замечала, что Антон выглядит еще более мрачно, чем накануне, что вокруг еще совсем недавно смеющихся глаз залегли синяки, и морщины прорезали лоб.
Деникин, этот человек с белогвардейской фамилией, которого ей по всем правилам следовало ненавидеть за глупый жестокий розыгрыш, он, наоборот, день ото дня нравился Ксении все больше и больше. В его прошлом были какие-то мрачные страницы, казалось непонятным, кто тот ребенок, чье фото Ксю видела на яхте, и где он, но девушка не желала ничего выяснять, она понимала, что любая информация извне будет искажена и совсем не похожа на правду. Антон не просто нравился Ксю, она была влюблена, а он смотрел на нее как пустое место, как на ничтожество, которое даже будучи замеченным, не заслуживает ничего кроме презрения.
Зачем любить спокойного и внимательного к тебе мужчину? – это может каждая, куда уж лучше быть влюбленной в злобного подозрительного трудоголика, что не удостаивает тебя и взглядом…
Переговоры должны были начаться послезавтра, ранним утром Антон, Константин, штатные аудиторы и юристы, и, конечно, Ксю вылетали в Прагу. Ей было волнительно и даже немного страшно, но путь назад был закрыт – с этого места было всего два варианта: вверх или вниз, а падать Ксения не собиралась.
Было начало девятого, офис опустел, англичане наполнили шумные пабы, и только два окна горело в целом здании «Metal Alloys». Ксения медленно складывала бумаги в портфель и продолжала биться над одним вопросом, которому пока не могла найти достойного решения. Она собралась выходить, накинула легкий плащ и потянулась выключить свет, когда пронзительной трелью разразился ее телефон. На экране высветился московский номер ее шефа, Ксю удивилась, но подавила нервную дрожь – в Москве было слишком поздно для ни к чему не обязывающего звонка. Все крупные сделки с ее участием были завершены, сейчас самым значительным делом были переговоры по Steel, но здесь Ксения все держала в своих руках. Все, но не свои чувства, впрочем, это-то как раз и не важно.
– Добрый вечер, Георгий Петрович, - спокойно ответила Ксю, - да, послезавтра, в Прагу, да, я одна, - кивала девушка, все эти вопросы казались странными, ее шеф отлично знал все детали предстоящих переговоров. – Меня нельзя никем заменить, моя фамилия заявлена и топ-менеджменту Steel, антимонопольной и экологической службам, у меня почти готово обоснование по минимизации загрязнений, думаю, тут мы получим какой-то дисконт и, может быть, даже нетарифную поддержку от ЕС, - на душе становилось все тревожнее и тревожнее.
– А в чем собственно дело? – не выдержала Ксения. – В прокуратуру, да с какой стати? Я понятия об этом не имею. Да это абсурд какой-то! – почти кричала она. – Я не могу быть послезавтра в Москве, я должна быть в Праге! Наверное, можно как-то перенести мой визит, - Ксения обессилено опустилась в кресло, она не могла и предположить, с чего вдруг московская прокуратура воспылала к ней таким интересом. Девушка была, конечно, отличным, почти видным адвокатом, но это вовсе не повод для визита к синим мундирам.