Людас

“Если меня сейчас кто-то увидит и спросит: Куда это Вы, панна, по ночам бегаете? Что отвечать?- Размышляла Инга.- А так и отвечу: Ведьму иду ловить. В конце концов, это из их села ведьмы. Поразводили здесь всякую нечисть. Жить спокойно нельзя”.

Староста Федор Прищепа жил с семьей в хате, стоявшей возле церковного двора. Хозяйством в Божьем доме он занимался уже пять лет. После тяжелого ранения Федор осел в Вишневом. Хозяин он был справный. Все у него в доме находилось на своем месте. Купив старую хату, Прищепа привел её в порядок, отремонтировал крышу, по­правил двери и окна, установил новый забор. Работящего казака заприметил полковник Кульбас и попросил его заниматься хозяйственными делами в церкви. Вот так Фе­дор и стал старостой. Но не только полковник обратил внимание на Прищепу. Вдова, живущая по соседству, сразу положила глаз на ничейного казака. Мужа её убило в первом сражении, на которое он поехал, сразу через месяц после их свадьбы. Так, что и выпало на её долю супружеской жизни - только медовый месяц. Была она в таком возрасте, когда с девками к парням на гулянку не пойдешь. Зато красота женская полностью набрала свою силу. Федор тоже был уже не парубок, а жены так и не завёл. Все как-то не складывалось. Так, как Оксана, так звали вдову, пригорнула к себе Федора, тот через два дня на ней и женился.

Инга подошла к дому старосты и постучала в окно. Пес, вылезший из будки, хотел гавкнуть для приличия, но потом своим собачьим соображением решил, что не стоит обращать внимание на всякие пустяки, и снова улегся спать.

В доме загорелся свет, и отворилась дверь. На пороге стоял сонный хозяин в исподнем белье и со свечей в руке. А за ним в ночной сорочке, с платком поверх плеч, вы­глядывала его жена.

– Панна Инга? Что случилось?- поинтересовался Федор,- проходите в хату.

– Пойди, оденься бессовестный,- всполошилась хозяйка, загораживая мужа и вталкивая его в комнату.- Проходите, Ваша Милость, извините его за невежество.

– А что я такого сделал? Я только спросить хотел и все,- оправдывался Прищепа, надевая шаровары и рубашку.

– Я бы хотела поговорить с Вашим мужем наедине,- твердым голосом сказала Инга.

Оксана поклонилась и пошла в другую комнату. Инга села на лавку. Прищепа, одевшись, вошел и расположился напротив панны.

– Здесь дело деликатное,- начала Инга, показывая на комнату, в которой находилась жена старосты.- Мне нужна помощь.

– За Оксану не переживайте, она не из болтливых. Говорите, чем я могу помочь?- утвердительно проговорил Федор.

– Ладно, слушай. Я знаю, кто убивает молодых хлопцев. Я выследила её. Надо пойти и схватить злодейку,- приказным тоном сказала Инга.

– Прошу прощения, ясновельможная панна, Вы сказали “её”. Надо так понимать, что это женщина?- поинтересовался Прищепа.

– Естественно. Если бы это был мужчина, то я бы сказала “его”.

– Вы хотите сказать, что женщина может вот так убить здорового парня? А он при этом покорно, в голом виде, ждет, когда его убьют?

– Может, если эта женщина - ведьма,- убежденно ответила Инга.

Из другой комнаты донесся голос жены старосты: “Господи, помоги и спаси”. Панна подробно рассказала о своем ночном приключении на берегу реки, а потом, что она увидела в лесу.

– Да, ну и родственники у сотника Яворного,- рассуждал староста,- сначала жена, теперь племянница.

– Надо бегом идти к дому сотника и схватить Марту, пока она еще кого-нибудь не убила. Хватит ей парней губить. Погуляла. А то так скоро в округе хлопцев не останет­ся,- запальчиво говорила Инга.- Ну, так ты идешь со мной?

– Иду,- выпалил Федор.

– Господи, Боже мой,- заплакала в соседней комнате жена старосты,- да, как же вы её ловить будете?

Оксана зашла к ним в комнату.

– А, если она вас заколдует? Это еще неизвестно, кто кого словит: Вы её, или она - Вас. Надо людей поднимать и всем миром идти на неё.

– А чем мы докажем, что она ведьма? У неё на лбу ведь не написано, кто она?- спросила Инга,- представляете, что сделает сотник Яворной, если узнает, что его племян­ницу без основания обвинили в таком грехе?

– Да, панна Инга права,- поддержал её староста,- здесь нужно действовать тихо, “на мягких лапах”, так сказать.

– А защита у нас от дьявольской силы есть,- проговорила панна.

– Отец Евсей?- спросила Оксана.

Инга и Федор одновременно поморщились при этом вопросе, как будто съели кислое яблоко. Полковник Головань мне защитный амулет дал от нечистой силы,- сказала панна и, расстегнув верх у сорочки, показала медальон Чингисхана.

При этом было ясно видна глубокая впадина, создаваемая её пышной грудью. У Прищепы даже рот открылся от увиденного. Инга застегнула сорочку.

– А можно еще раз взглянуть на амулет?- попросил Федор и тут же получил подзатыльник от жены.- А что такого, здесь темно, я не рассмотрел.

– Еще хочешь? Могу повторить,- предложила Оксана.

– Нет, не надо, я достаточно рассмотрел.

Прищепа снял со стены саблю, засунул за пояс пистолет, взял икону, висевшую в углу, и произнес:

– Ну, пошли, что ли.

Инга с Федором, крадучись, передвигались по селу. Подошли к сотниковой хате. В окнах горел свет. Они заглянули внутрь. Марта сидела в ночной рубашке и расчесыва­ла волосы, как будто и не выходила из дома.

– Смотри, какой ангелочек,- прошептал староста,- а Вас послушать, так черт с рогами. Ну, что будем делать?

– Постучим. Я зайду первая, а ты за мной. Набросимся на неё и свяжем. А там будет видно,- предложила панна.

– Смело, очень смело. Правда, глупее плана я никогда не слышал,- осторожно высказался Федор.

Инга постучала в окно. Марта поднялась к двери и спросила:

– Кто там, среди ночи ходит?

– Это панна Кульбас. Отвори, есть известие от твоего дяди,- соврала Инга.

– Приходите утром,- недоверчиво произнесла девушка.

– Отвори дверь по-хорошему, а то войдем силой. Со мной здесь люди,- продолжала настаивать панна Кульбас.

– Сейчас, только оденусь, подождите.

В это время потянуло свежим утренним ветерком. Красная звезда на небе поблекла. Вот-вот должны запеть первые петухи. Вдруг в доме что-то грохнулось. Послышался свист и завыл ветер. Инга с Федором бросились к окну. В хате было пусто. Только ночная сорочка лежала на полу. Они побежали к двери. Над головами у них раздался смех. Взглянув вверх, панна Кульбас и Прищепа увидели, летящую верхом на ухвате, голую девушку. Она смеялась и неслась по направлению к лесу.

Первым очнулся староста:

– Ну и дела. Теперь я верю про то, что она в лесу с парнями вытворяет.

– А ты до этого еще сомневался?- спросила Инга и добавила,- вот только одно не понятно, где её теперь искать?

Пропели первые петухи, и утро начало забирать у ночи её управление миром.

13. Заговор.

Хорунжий Колода вернулся в головную хате вместе с атаманом Кулишом.

– Добре, хлопцы, садитесь. Будем думу думать,- начал кошевой,- пока не вернулись Головань и Череда, Раду проводить не будем. Для такого дела нужны все наши люди. Мало, что может случиться. От этих чертовых детей, писаря и казначея, можно чего угодно ожидать. Да, я думаю, что и среди старшины у них найдутся соратники. Хорун­жий Колода, понаблюдай за казначеем и писарем. Только осторожно, так, чтобы они не поняли, что мы за ними следим.